Процессы регионализации как новый фактор развития межгосударственного сотрудничества
Материал разместил: AдминистраторДата публикации: 16-11-2019
Переходный период преобразования основных компонентов международных отношений в рамках завершающегося этапа глобализации подходит к своему логическому завершению. Это в свою очередь способствует усилению процессов регионализации, как альтернативы существующей структуры в контексте развития следующей технологической эпохи. Некоторые институты международно-политической системы утрачивают свою работоспособность.

Наиболее серьезными доказательствами значительных изменений в сфере международных отношений могут выступать пренебрежение нормами международного права, стремление расширить сферы своего влияния, применение тайной дипломатии, увеличение роли спецслужб как одного из средств ведения политики в цифровом и глобальном пространстве. Многие государства переходят на жесткую линию ведения диалога, что способствует осознанию возможной опасности для суверенитета и национальных интересов. Подобные обстоятельства стимулируют объединение усилий и налаживание взаимодействия между участниками мирового сообщества для обеспечения эффективного регионального сотрудничества.

На сегодняшний день прежние механизмы решения глобальных проблем становятся невостребованными. Наблюдаются тенденции выработки иной системы взаимодействия государств в рамках международных отношений, нацеленной на разрешение вопросов, которые требуют объединения всех сил и ресурсов. Большое значение отдается «обеспечению устойчивой управляемости мирового развития, что требует коллективного лидерства ведущих государств, которое должно быть представительным в географическом и цивилизационном отношениях…»[1].

Учитывая последние геополитические изменения, происходит ломка общей структуры существующего миропорядка. Нормы международного права игнорируется. Некоторые государства все чаще используют средства силовой дипломатии при взаимодействии со своими партнерами. Страны Запада утрачивают прежние геополитические позиции. Концепты, разработанные для объяснения общих положений государственного управления, показывают свою неэффективность и противоречивость. Экономический и политический центр смещается в сторону Евразийского и Азиатско-Тихоокеанского регионов (АТР).

Китайская Народная Республика (КНР) стремится занять место нового глобального лидера мировой экономики. Для сдерживания экспансионных тенденций Поднебесной и сохранения своих геоэкономических позиций США оказывают серьезное экономическое давление на своих партнеров. Торговая война между двумя мировыми державами оказывает существенное влияние на внешнеэкономическую политику других стран. Постоянные столкновения КНР и Америки расшатывают общие стандарты мировой торговой системы. Гегемония США и его союзников подходит к концу, что проявляется в стремлении иных политических сил заявить о себе. Окончание одного из этапов глобализации ознаменовало начало нового периода в системе международных отношений. При этом надо отметить, что говорить о возможном доминировании Китая как единственного мирового экономического центра (МЭЦ) не целесообразно. На это указывает ряд причин. Во-первых, вряд ли юань сможет стать доминирующей мировой валютой. Во-вторых, необходимо учитывать, что экономика Поднебесной уже сейчас страдает от чрезмерного потребления природных, трудовых, финансовых ресурсов на фоне достаточного серьезного дисбаланса экологической системы страны.

Усиление региональных тенденций свидетельствует о кардинальном пересмотре основополагающих принципов международного сотрудничества. Агрессивная политика по отношению к развивающимся странам, проводимая представителями Старого света, способствует переходу на иной формат взаимодействия. Для обеспечения безопасности суверенитета и права реализации национальных интересов государства выстраивают общие принципы коммуникации в рамках отдельных макрорегионов.

Важно отметить, что посредством глобализации были сформированы следующие особенности системы международных отношений:

  1. Усиление процессов регионализации;
  2. Увеличение роли транснациональных акторов в принятии внешнеполитических и внешнеэкономических решений;
  3. Перемещение экономического центра в сторону Юга и Востока;
  4. Уменьшение роли международного права;
  5. Использование методов силовой и региональной дипломатии;
  6. Усиление геополитических позиций стран Евразийского и Азиатско-Тихоокеанского региона;
  7. Снижение эффективности некоторых механизмов регулирования международных конфликтов;
  8. Усиление геополитического соперничества между КНР и США;
  9. Увеличение значимости научно-технологического комплекса в условиях международной нестабильности;
  10. Опасность начала глобальной войны;
  11. Становление единого глобального информационного пространства.

Большинство игроков на международной арене осознают возможные последствия сложившейся ситуации. Пренебрежение нормами международного права ведет к политической анархии. Использование методов силовой дипломатии представителями США и его союзниками осложняет восстановление отношений с другими государствами. Погоня за иллюзиями однополярности приводит к хаосу. Возникли новые центры силы.

Важно отметить следующее:

  1. Ранее выработанные правила коммуникаций потеряли свое практическое значение;
  2. Прежние концепции внешней политики не отражают сегодняшнюю действительность внешнеполитического столкновения;
  3. Действующие институты не способны обеспечить полную работоспособность всех элементов международно-политической системы;
  4. Идейные положения Американоцентризма не представляют полной картины сегодняшних геополитических тенденций[2];
  5. Необходимо совершенствовать механизмы многостороннего партнерства в рамках Евразийского и Азиатско-Тихоокеанского макрорегионов;
  6. Развитие цифровых технологий способствует обеспечению региональной безопасности.

Сфера международных отношений переходит на следующий исторический этап – регионализации, что может выражаться в новой системе одновременного сосуществования нескольких региональных экономических центров (РЭЦ). Это обусловлено снижением вмешательства игроков внешнего поля и ограничением внешнеполитической деятельности наиболее развитых стран в определенных географических точках планеты. Развитие регионального сотрудничества создает новые вызовы государствам-партнерам как в политической, так и экономической сферах. Важно отметить, что наличие определенных конфликтов не только осложняет ведение диалога, но и стимулирует поиск эффективных способов преодоления спорных вопросов. Особое географическое положение стран диктует характерные условия для выстраивания определенной внешнеторговой политики, учитывающей геополитические тенденции макрорегионов. Наличие общих цивилизационно-культурных и историко-политических связей является важным фактором для успешного построения взаимовыгодного сотрудничества и реализации совместных проектов. Государство может состоять в нескольких региональных агломерациях для обеспечения безопасности своего суверенитета и национальных интересов.

В рамках данных объединений осуществляется кооперация основных участников для решения ряда актуальных вопросов. Расширение и усиление процессов регионализации становится закономерным явлением, вызывающим переформатирование основополагающих компонентов международного порядка.

Тенденции геополитического и геоэкономического доминирования смещаются в сторону Евразийского и Азиатско-Тихоокеанского регионов. Новые центры силы бросают вызов старой системе миропорядка. Исход дальнейшего противостояния неизвестен.

Перемещение экономического центра в сторону Евразийского пространства и АТР свидетельствует о большом потенциале рассматриваемых макрорегионов. Существует определенные предпосылки становления иного формата сотрудничества. Это свидетельствует о возможности укрепления политических и экономических позиций основных участников, географически расположенных в данных регионах. Соответственно они получают доступ к новым источникам финансирования и преференций. Концентрация геополитических и геоэкономических возможностей будет способствовать увеличению роли региональных организаций, что обеспечит внутреннюю стабильность и блокирование внешнеполитического давления.

Постоянные преобразования системы международных отношений заставляют нас констатировать, что стабилизация мировой экономики на сегодняшний день на прямую зависит от образования региональных союзов. Наиболее ярким примером является евразийское экономическое партнерство. 

Развитие проекта «Большая Евразия» открывает перед государствами определенные возможности. Так страны центральной Азии образуют основное ядро регионального сотрудничества.

Общность историко-культурных и социально-политических связей оказывает поддержку ранее установленным отношениям и способствует их дальнейшему развитию. Евразийский макрорегион концентрирует огромный потенциал в сферах геоэкономики и геополитики. «Срединная земля» становится источником новой силы[3]. Проводниками подобных явлений выступают объединения, имеющие четко выраженный характер функционирования в качестве новых субъектов региональной дипломатии. К таковым структурам можно отнести Ассоциацию государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС), Организацию Договора коллективной безопасности (ОДКБ), Евразийский экономический союз, Шанхайскую организацию сотрудничества.

В рамках Евразийского пространства данные объединения обеспечивают широкую экономическую и политическую интеграцию, учитывая интересы не только стран, одновременно осуществляя совместные проекты с государствами, не входящими в рассматриваемые структуры.

  На сегодняшний день одной из наиболее существенных геоэкономических инициатив является проект «Большая Евразия» или «Большое евразийское партнерство». Суть данного проекта заключается в разработке основополагающих компонентов системы зон свободной торговли (ЗСТ), способной создать развитую схему торгово-экономической инфраструктуры в рамках рассматриваемого макрорегиона. В контексте этой инициативы государствам предоставляется уникальная возможность по реализации своих межрегиональных проектов. Во многом их задача заключается в создании необходимых механизмов обеспечения геополитических интересов разработчиков данной идеи.

Надо отметить, что в регионе Центральной и Восточной Азии наиболее серьезно просматривается конкуренция между двумя ключевыми игроками – Китайской Народной Республикой и Российской Федерацией. Обе державы борются за геополитическое первенство в макрорегионе. Продвигая свои проекты, представители региональных экономических центров закрепляют свое влияние в определенных точках Евразии.

Подобное противостояние представляет определенную опасность для экономической и политической безопасности стран постсоветского пространства. Центральноазиатские государства вынуждены уделять значительное внимание для обеспечения своих национальных интересов.

Для решения вопросов безопасности и выстраивания коммуникаций проводится активная работа в соответствующих региональных организациях посредством привлечения третьей силы в лице представителей иных международных структур. Таким образом, поддерживается общий баланс в рамках рассматриваемого макрорегиона.

Можно утверждать, что, несмотря на столкновение интересов двух ключевых игроков Евразийского пространства, это не препятствует развитию стратегического партнерства по ряду актуальных направлений. Совместные программы развития данного региона, продвигаемые Россией и Китаем, имеют общие точки соприкосновения. Наиболее ярким примером является сопряжение определенных областей деятельности ЕАЭС с проектом «Один пояс и один путь». Цель данной инициативы заключается в стимулировании экономической модернизации заинтересованных государств и реализации основной концепции выше указанного проекта[4].

Для обеспечения работоспособности основных элементов разработанной системы взаимодействия представителями заинтересованных сторон был выбран особый формат коммуникации Евразийский экономический союз – Экономический пояс Шелкового пути (ЭПШП), позволивший произвести сопряжение определенных направлений через подписание Соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве между сторонами 1 октября 2017 года[5]. Ратификация основополагающих пунктов данного нормативного документа предоставил возможность установления взаимодействия ключевых игроков в формате АСЕАН – ШОС – ЕАЭС.

В большинстве случаев для достижения всех форм договоренностей по основным предложениям требуется провести более детальную аналитическую и практическую работу, задача которой заключается в создании специализированной институциональной базы и основ дальнейшей унификации.

Несмотря на становление многополярного формата сотрудничества, некоторые из великих держав предпринимают попытки для сохранения доминирующего положения в определенных географических областях мира. В качестве подтверждения выше представленного тезиса можно рассматривать внешнеполитическую деятельность США в Центральной и Восточной Азии, а также Азиатско-Тихоокеанском регионе. Правительство Соединенных Штатов Америки осознает преимущества и возможности контроля над Срединной Землей[6].

 

Для включения Евразийского региона в сферу американского влияния были разработаны соответствующие проекты. Стоит отдельно выделить Азиатско-тихоокеанскую зону свободной торговли (АТЗСТ) и Транстихоокеанское партнерство (ТТП). Цель данных инициатив, выдвигаемых США, заключалась в построении единого Тихоокеанского пространства.

Включение Азиатского региона в сферу интересов Америки  продвигалось через формирование общей институциональной базы, создание зоны свободной торговли, обеспечение интеграционных процессов. Важно отметить, что на сегодняшний день реализация подобных проектов приостановлена. Приход к власти сорок пятого президента США ознаменовал радикальную смену прежнего внешнеполитического курса. Однако стоит понимать, что хартленд не потерял свое геостратегическое значение в контексте внешней политики, проводимой Вашингтоном.

Непосредственно на сегодняшний день предпринимаются очередные попытки по продвижению и закреплению в Центральной и Восточной Азии со стороны представителей американоцентричной однополярной модели, что непосредственно выражается возобновлением активных действий в Афганистане и Пакистане, а также перемещением крупных группировок боевиков в сторону границ Среднеазиатских республик бывшего СССР.

Потенциальным партнером для США в Восточной Азии в процессе противостояния Китаю становится Индия, так как КНР наращивает свое присутствие в этой части планеты. Усиливающаяся внешнеполитическая активность Китайской Народной республики создает определенную угрозу национальным интересам Нью-Дели, поэтому развитие двустороннего сотрудничества между США и Индией может рассматриваться как особый фактор сдерживания Поднебесной. Специфика внешней политики Республики Индии заключается в сохранении лидирующих позиций в Восточной Азии и соблюдении баланса между различными сторонами на международной арене. Основной целью внешнеполитического курса Нью-Дели является обеспечение благосостояния индийского народа. В течение долгого периода времени Индии удавалось сохранять позицию нейтралитета во многих вопросах регионального противостояния за исключением затянувшегося конфликта с Пакистаном.

Для достижения выше представленной цели Бхарат пользуется преимуществами своего внешнеполитического и географического положения[7]. Вышеуказанные особенности являются базисом для выстраивания многостороннего сотрудничества с другими государствами.

Возможное партнерство между США и Индией может иметь общие точки соприкосновения, главной из которых является Китай. Его региональная экспансия на территорию, рассматриваемую Республикой Индией, как собственную сферу влияния, вынуждает Нью-Дели отказаться от некоторых принципов политики лавирования и невступления в военно-политические союзы. Надо также отметить общее состояние вооружений индийской армии. Это в свою очередь является дополнительным фактором для активизации более тесного сотрудничества между двумя державами. Фактические за последние десять лет Индия увеличила закупки американского оружия на сумму до 15 млрд. долларов. Однако политика протекционизма со стороны США не может радовать представителей политической элиты и руководства индийской республики, поэтому довод о растущей угрозе Китая не способен выступать в качестве долгосрочного стимулом между государствами. Несмотря на все противоречия в вопросах взаимодействия,

Индия пытается придерживаться определенных устоев своей прежней внешнеполитической позиции. Поэтому проект развития Индийско-азиатского региона, содержащий соответствующие геополитические задачи, на данный момент находится в состоянии неопределенности.

Рассматривая общую динамику интеграционных процессов, становится ясно, что для достижения существенных результатов необходимы определенные точки соприкосновения между участниками мирового сообщества. Одним из таковых пунктов развития многостороннего партнерства является сотрудничество в сфере информационных технологий. Как было ранее отмечено, цифровое пространство становится очередным полем битвы между противоборствующими сторонами. Для обеспечения собственной безопасности государствам требуется включиться в новую эпоху технологической трансформации.  Поддержка цифровых форматов мировой экономической и финансовой кооперации позволит в некоторой степени компенсировать геополитические издержки. Особенно сегодня данный фактор становится определяющим в процессе формирования цифровой экономики и новой системы управления государством, что подразумевает объединение различных заинтересованных структур: крупных технологических предприятий, научно-исследовательских центров, университетов и соответствующих подразделений государственных структур. Это позволяет генерировать огромный потенциал в сфере привлечения значительных денежных средств для реализации инновационных проектов, нацеленных на формирование единой системы, объединяющей различных сторонников тех или иных взглядов мироустройства.

За последние два года необходимо отметить, насколько возрос уровень расходов мировых держав в области разработки технологических систем оборонного значения. Стремления США сохранить свои позиции, как единственной глобальной империи, вызывает ответную реакцию со стороны Китая, Индии и России. Торговая война, разрыв Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), проблема Китайско-пакистанского экономического коридора и ряд других факторов свидетельствует о кардинальных переменах в мировой политической системе.

Усиление позиций Китая как одного из лидеров технологической гонки свидетельствует о кардинальных изменениях ситуации на рынке цифровых технологий. Взаимные претензии со стороны КНР и США создают нестабильную ситуацию для финансово-валютной системы и мировой торговли. Это в свою очередь заставляет большинство государств учитывать все возможные последствия при заключении торговых соглашений и развития дальнейшего сотрудничества. Осознавая общую геополитическую ситуацию, страны Евразийского пространства пересматривают основные принципы внешнеэкономической деятельности.

При этом необходимо принять к сведению, что становление цифровой экономики является определяющим фактором конкурентоспособности государства на международной арене, так как «монополия всегда означает концентрацию доходов у немногих за счёт всех остальных, и в этом смысле попытки монополизировать новую технологическую волну, ограничить доступ к её плодам выводят на совершенно новый, иной уровень проблемы глобального неравенства как между странами и регионами, так и внутри самих государств. Ну а это, как мы хорошо понимаем, и есть главный источник нестабильности»[8].

Большинство стран обладает значительным технологическим потенциалом для создания необходимых компонентов высокотехнологичных информационных систем.

Общепризнанным фактом является то, что большинство финансовых и валютных операций осуществляются через электронные площадки, подконтрольные американским структурам. Все крупные центры обработки данных принадлежат Amazon, позиционирующего себя как одного из главных глобальных монополистов, занимающихся хранением и обработкой пользовательских данных. Данные – это инструмент для осуществления контроля над обществом. Мы не подозреваем, что можем добровольно или косвенно передать личную информацию заинтересованным лицам. Подобное вмешательство может создать определенные последствия как для граждан, так и для самого государства. Они могут носить двойственный характер. Так начиная с 2014 года сбор и составление крупных баз данных становится более востребованным. Можно выделить определенные области применения цифровой информации.

В качестве примера приведем сферы безопасности и маркетинга. Использование сведений о пользователе в выше указанных областях выявило отдельные направления: детектирование информационных атак; контроль поведения сотрудников компаний в Сети; обнаружение массовых утечек клиентских баз; анализ и исследование рынка; конкурентная разведка; поиск негативного контента; оценка PR и маркетинга; оптимизация бюджета компаний.

Постоянная работа с пользовательскими данными открывает перед государственными институтами и корпорациями безграничные возможности. Стоит упомянуть, что различные платформы постоянно занимаются мониторингом подобного контента. В качестве примеров можно привести работу таких гигантов, как Facebook, Twitter, Instagram, Google.

Максимальный контроль над распространением информационных потоков и массивов данных означает полномасштабную монополию в сфере цифрового управления. Этот тезис может быть подкреплен словами Генри Киссинджера, советника по национальной безопасности США: «Баланс сил препятствует появлению возможностей разрушить международный порядок; договоренность относительно общепринятых ценностей препятствует возникновению желания его разрушить. Сила, лишенная легитимности, провоцирует испытания на прочность; легитимность, лишенная силы, провоцирует пустое позерство»[9].

Усиление противостояния между глобальными игроками переходит в цифровое пространство. Фиксируется множество кибератак, задача которых заключается в дестабилизации работы важных элементов экономической инфраструктуры и получении полного доступа к системе управления базами данных наиболее значимых предприятий промышленного сектора.

Наличие постоянной цифровой угрозы заставляет большинство государств задуматься о своем цифровом суверенитете, так как отсутствие мобильных операционных структур, поисковиков, почтовых приложений и мессенджеров, а главное собственной платежной системы и защищенной интернет-сети делает любого участника мирового сообщества крайне уязвимым. Выше указанные обстоятельства свидетельствуют о необходимости обеспечения безопасности и формировании иной системы взаимодействия между государствами в период существования системы универсалистской модели миропорядка[10].

Глобальное столкновение между сторонниками однополярной американоцентричной модели и представителями потенциальных региональных экономических центров указывает на приоритетность по созданию проекта цифровых платформ в области предотвращения террористической деятельности, политической кооперации и  экономической интеграции.

Вопросы технологической и экономической безопасности сохраняют свою актуальность в рамках усиливающейся геополитической конкуренции. Противоречивость внешнеполитического курса большинства участников мирового сообщества формирует новые условия существования. Усиливающееся соперничество между странами делает затруднительным развитие многостороннего формата сотрудничества. Партнеры не придерживаются выработанных договоренностей, пытаясь навязать свою точку зрения по определенным вопросам и совершая попытки посягательства на суверенитет другого государства.

Подобные действия вызывают ответную реакцию, что выражается в использовании средств жесткой дипломатии для обеспечения национальной безопасности отдельных государств. В условиях несогласованности действий международных структур особую роль приобретают региональные объединения и союзы, выступающие в качестве новых площадок для выстраивания взаимного диалога между государствами.

Активно развивающиеся события на международной арене формируют новую внешнеполитическую действительность. Формат Евразийского партнерства вызывает особый интерес со стороны мировых держав. Учитывая последние геополитические тенденции, страны Центральной и Восточной Азии налаживают более тесный контакт с приграничными государствами. Крупные инициативы, предложенные ведущими региональными игроками, направлены на сдерживание влияния геоэкономических конкурентов, проводящих агрессивную политику в отношении данных стран, и укрепления политического и экономического сотрудничества.

Наиболее актуальным вопросом остается совершенствование и поддержка многостороннего партнерства в рамках развития направления цифрового пространства. Информационно-технологический потенциал стран является основой инновационного развития экономики, стратегическим ресурсом, определяющим их роль и место в мировом сообществе. Инновации составляют основу преобразований социально-экономической системы, определяют темпы и масштабы политических процессов, а также сопутствующих структурно-технологических изменений, что особенно отражается на сегодняшней динамике распространения регионализации.

Библиография

  1. Воскресенский А.Д. Китай и Россия в Евразии: историческая динамика политических взаимовлияний. - М.: Восток-Запад / Муравей, 2004.
  2. Выступление В. В. Путина на пленарном заседании Петербургского международного экономического форума. Санкт-Петербург. 7.06.2019.[Электронный ресурс]/ Официальные сетевые ресурсы Президента России.Режим доступа: http://kremlin.ru/events/president/news/60707
  1. Дугин А. Г. Основы геополитики. Большое пространство. 1997.
  2. Киссинджер Г. Дипломатия. Пер. с англ. В. В. Львова. Послесл. Г. А. Арбатова. — М.: Ладомир, 1997.
  3. Концепция внешней политики России, 30.11.2016.[Электронный ресурс]/ Официальные сетевые ресурсы Президента России. Режим доступа:  http://kremlin.ru/acts/bank/41451
  1. Лебедева М. М. Акторы современной мировой политики: тренды развития. Мировая политика. 2013.
  1. Материалы второго Международного форума «Один пояс, один путь». Пекин. 2019 [Электронный ресурс]/ «Один пояс, один путь» портал. Режим доступа: https://rus.yidaiyilu.gov.cn/
  1. Махабхарата. Рамаяна. Серия Библиотека всемирной литературы. Художественная литература.
  2. Мохан Р. Новая внешняя политика Индии. Geoполитика. ru. 2013. [Электронный ресурс]/ Geoполитика. ru.Режим доступа: https://www.geopolitica.ru/article/novaya-vneshnyaya-politika-indii
  1. Новиков Д. П. Большое евразийское партнерство: возможное региональное влияние и интересы России. Вестник международных организаций. Т. 13. № 3. 2017.
  2. Переговоры о заключении Соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве с Китайской Народной Республикой - Евразийская экономическая комиссия. 02.10. 2017.[Электронный ресурс]/ Евразийская экономическая комиссия.Режим доступа: http://www.eurasiancommission.org/ru/nae/news/Pages/2-10-2017-4.aspx
  1. Сергеев В. М. Казанцев А. А.  Структуры мирового порядка: историческая типология. Космополис. № 1 (20). 2008.
  1. Торкунов А. В. Современные международные отношения. М.: Издательство «Аспект Пресс». 2012.
  2. Торкунов А. В. Современные международные отношения и мировая политика. М.: Просвещение, 2004.
  1. Фролов А. «Центры силы» и многополярность: взгляд сквозь время. журнал "Международная жизнь". № 11. Москва. 2016.

 

Ссылки

[1] Концепция внешней политики России // Официальные сетевые ресурсы Президента России.  [ http://kremlin.ru/acts/bank/41451].

[2] Фролов А. «Центры силы» и многополярность: взгляд сквозь время. журнал "Международная жизнь". № 11. Москва. 2016.

[3] Дугин А. Г. Основы геополитики. Большое пространство. 1997.

[4] Материалы второго Международного форума «Один пояс, один путь». Пекин. 2019 // «Один пояс, один путь» портал [ https://rus.yidaiyilu.gov.cn/  ].

[5] Переговоры о заключении Соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве с Китайской Народной Республикой - Евразийская экономическая комиссия // Евразийская экономическая комиссия. 02.10. 2017 [http://www.eurasiancommission.org/ru/nae/news/Pages/2-10-2017-4.aspx].

[6] Дугин А. Г. Основы геополитики. Большое пространство. 1997.

[7] Махабхарата. Рамаяна. Серия Библиотека всемирной литературы. Художественная литература. 1974.

[8] Выступление В. В. Путина на пленарном заседании Петербургского международного экономического форума. Санкт-Петербург // Официальные сетевые ресурсы Президента России. [http://kremlin.ru/events/president/news/60707].

[9] Киссинджер Г. Дипломатия. Пер. с англ. В. В. Львова. Послесл. Г. А. Арбатова. — М.: Ладомир, 1997.

[10] Сергеев В. М. Казанцев А. А.  Структуры мирового порядка: историческая типология. Космополис. № 1 (20). 2008.

 

Шаповалов А.Е.

Теги: оценки , прогнозы , конкурс А.Е.Снесарева