Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Оборона и безопасность / Военно-стратегические оценки и прогнозы / Статьи
Афганский кризис после 2014 года: угрозы региональной и глобальной безопасности
Материал разместил: АдминистраторДата публикации: 26-08-2014

Президентские выборы в Афганистане вызвали напряженность. А.Гани, набравший наибольшее количество голосов, и А.Абдулло обвиняют друг друга в фальсификациях. В сложившуюся ситуацию вмешались НАТО и США. Но и это не устранило раздоры. С другой стороны, обострилась и борьба между повстанцами и правительственными силами. Потери среди афганской армии растут. Специалисты отмечают возникновение в стране серьезного политического кризиса. Прогнозируется и возможность скачка его в близлежащие регионы. Так, ожидается возникновение геополитической напряженности в Центральной Азии. В связи с этим есть необходимость задуматься над тем, как повлияет эта ситуация на региональную и глобальную безопасность.

«Летний кризис в Афганистане»: политические раздоры углубляются

Основная часть размещенных в Афганистане военных сил НАТО готовится в этом году покинуть страну. По мнению специалистов, здесь останется ограниченное число американских солдат. Но пока на этот счет точной информации нет. В любом случае соседние государства и крупные державы крайне чувствительно относятся к уходу НАТО из этой страны. А после последних президентских выборов в Афганистане этот вопрос еще более актуализировался. Эксперты объясняют это рядом внутренних и внешних факторов.

Прежде всего интерес вызывает тот факт, что президентские выборы начались в апреле этого года и завершились к концу июня, поскольку за подобным ходом событий стоят противоречия, характерные для политической среды этой страны. Сложившуюся ситуацию специалисты образно характеризуют как «летний кризис в Афганистане» (см.: Екатерина Степанова. Политический кризис в Афганистане и его значение для России / «Российский совет по международным делам», 25 июля 2014 г.).

Президентские выборы совпали с этапом обострения раздоров внутри страны. Противостояние постепенно превращается во все более масштабное столкновение между повстанцами и афганскими вооруженными силами. Потери среди структур безопасности страны растут. В 2013 году число вооруженных конфликтов возросло на 15-20 процентов. В настоящее время по уровню террористической активности Афганистан вместе с Ираком и Пакистаном входят в первую тройку. По информации глобальной базы данных по терроризму (Global Terrorism Database), более половины совершаемых в мире террористических актов и 58 процентов жертв приходится на долю именно этих государств.

Одна из наихудших особенностей подобного обострения ситуации заключается в том, что вероятность того, что после 2014 года какая-либо из конфликтующих сторон получит крупное военное преимущество или будет достигнуто перемирие, слишком мала. Вся надежда была на более эффективную борьбу афганского правительства с повстанцами и укрепление государственных структур.

Но ситуация, сложившаяся в стране в июне-июле в связи с итогами президентских выборов, вынудила специалистов давать несколько осторожные прогнозы, поскольку, во-первых, сохранение неопределенности в такой форме свидетельствует о рисках в будущей политической среде Афганистана. Во-вторых, нельзя исключить и то, что этим фактором могут воспользоваться и действующие здесь политические силы.

Дополнительные проблемы вызвало и подведение итогов выборов. В первом туре, состоявшемся 5 апреля, лидировал бывший министр иностранных дел Абдулло Абдулло, набравший 41,8 процентов голосов. Напомним, что А.Абдулло по национальности – таджик. На втором месте обосновался бывший министр финансов пуштун Ашраф Гани Ахмадзай с 31 процентом. В людях возникла определенная вера в стабилизацию ситуации в стране и достижение политическими силами компромисса. Но состоявшийся 14 июня второй тур полностью разрушил все надежды.

Обнародование 7 июля предварительных итогов второго тура повергло специалистов и наблюдателей фактически в шок. Теперь А.Гани, набравший 56,4 процентов голосов, вышел на первое место. А.Абдулло с 43,6 процентами оказался на втором месте. Проигравший тотчас же обострил политическую ситуацию в стране. А.Абдулло заявил о фальсификациях, имевших место в ходе выборов. Его сторонники вышли на улицы. Они говорили о том, что дополнительно в урны тайно брошены 2 миллиона бюллетеней. А.Абдулло вывел своих представителей из рядов наблюдателей и заявил о своей готовности создать параллельное правительство.

На деле фальсификация выборов – явление, весьма характерное для Афганистана. Аналогичное событие произошло и в 2009 году. Тогда жертвой фальсификаций также стал А.Абдулло. И в нынешнем случае по каким-то причинам число избирательных бюллетеней превысило 1 миллион. А в селах количество проголосовавших за А.Гани возросло в 10 раз.

Ближневосточный сценарий или афганская модель религиозно-этнического противостояния?

Определение итогов процессов в основном провинциями – показатель содержания политической борьбы и уровня избирательной культуры в Афганистане. Это свидетельствует о том, что в стране этнический и религиозный факторы все еще оказывают серьезное влияние на политическую организацию. Именно в этом заключается наиболее опасная сторона вопроса. По мнению экспертов, эта специфика может втянуть Афганистан в беспощадный религиозный и этнический конфликт, как это имеет место в странах Ближнего Востока. Первые признаки этого проявляются уже в противостоянии Абдулло-Гани. Неслучайно в качестве пути выхода из ситуации А.Гани заявил о своей готовности идти в коалицию с лидером узбеков Рашидом Дустумом.

Этим в Афганистане в политическом плане против таджиков может возникнуть узбекско-пуштунская группировка. Сможет ли такая ситуация устранить политический кризис в Афганистане? Опыт показывает, что обычно раздоры и политические тяжбы обостряются. Египет, Сирия, Ирак – наглядные тому примеры. В таком случае можно прогнозировать, что президентские выборы также могут спровоцировать в Афганистане внутренние противостояния.

Эксперты оценивают это как начало серьезного раскола среди афганской политической элиты. И выход из этого крайне опасного хода событий пока не найден. Специалисты считают, что провалился первый в Афганистане процесс законной смены власти. А взамен они прогнозируют, что угрозы, вызванные региональными и глобальными геополитическими процессами, могут спровоцировать в Афганистане и близлежащих регионах еще большую неопределенность. В этом контексте хотелось бы отметить ряд моментов.

Бывший директор по стратегическим вопросам посольства Великобритании в Афганистане Стивен Джерми прогнозирует, что «после 2014 года систему международной безопасности накроет сильный политический шторм». Он не считает при этом главным фактором террористическую угрозу – мнение, традиционно господствующее среди экспертов. По его мнению, на международную безопасность серьезное влияние будет оказывать кризис глобальной экономики, неопределенность энергетической безопасности и изменение климата (см.: Стивен Джерми. Грянет ли настоящий шторм? / «Российский совет по международным делам», 10 сентября 2013 г.).

При рассмотрении афганской проблемы сквозь эту призму можно предположить, что более всего актуализируются не терроризм и наркобизнес, а экономико-энергетические проблемы. Но некоторые эксперты не соглашаются с подобным мнением. Так, по мнению российского аналитика Екатерины Степановой, самой большой угрозой для региона может стать не терроризм, а незаконный оборот наркотических средств (см.: Екатерина Степанова. Политический кризис в Афганистане и его значение для России / «Российский совет по международным делам», 25 июля 2014 г.).

Примерно такого же мнения придерживаются и специалисты стран Центральной Азии. Директор узбекского негосударственного учреждения «Караван знаний» Фарход Толипов считает, что наряду с террористическими группировками с радикальной религиозной идеологией серьезную угрозу для региона представляет наркоторговля. Но ни одно из государств региона точно не знает, как справиться с этой проблемой. В частности, региональное влияние Узбекистана, перешедшего с формата многостороннего международного сотрудничества на формат двусторонних связей, ослабло.

Предложенная Казахстаном идея Союза Центрально-Азиатских государств была бы эффективной, но от нее отказались из субъективных причин. Таким образом, государства Центральной Азии не располагают конкретной программой по предотвращению возможной угрозы со стороны Афганистана. Тогда насколько могут эффективно действовать в этом направлении организации (например, Шанхайская Организация Сотрудничества, БРИКС, СНГ, ОДКБ и др.), предусматривающие интеграцию в более широком масштабе? Этот вопрос эксперта подтверждает, что здесь есть некоторый парадокс.

На фоне сказанного каждая из крупных держав действует в соответствии со своими интересами в регионе. США, Россия и Китай явно или скрыто пытаются реализовать свою программу. В итоге мы видим, что у крупных держав нет единой позиции по поводу безопасности в Центральной Азии. Такая ситуация показывает, что нынешняя неопределенность в Афганистане не ограничится только лишь его границами. В указанном регионе возможны непредвиденные события. А, может быть, для Центральной Азии разрабатывается «ближневосточный сценарий»?


Источник: http://newtimes.az/ru/politics/2957/#.U_X-HPl_ttw


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Оборона и безопасность
Возрастное ограничение