Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Оборона и безопасность / Военно-стратегические оценки и прогнозы / Статьи
Американская военная стратегия на Ближнем Востоке
Материал разместил: АдминистраторДата публикации: 13-11-2014

В статье раскрывается военная политика и военная стратегия США в регионе Ближнего Востока, его геополитическая характеристика, основные направления деятельности американской военной политики в странах региона за последние десятилетия, результаты этой деятельности как итог деятельности США.

В начале ХХI в. Военная политика США стала важным фактором, определяющим результаты деятельности международной системы обеспечения безопасности как на глобальном, так и на региональном уровнях. В то же время анализ тенденций развития международной обстановки свидетельствует о том, что проводимый США курс неизбежно приведет к противостоянию со значительной частью мира.

Следует отметить, что американским аналогом российского термина «военная политика» является словосочетание «defensepolicy» («оборонная политика»), под которым подразумевается использование военной силы для защиты страны и обеспечения национальных интересов США в мирное и военное время. Составной частью оборонной политики является военная политика(militarypolicy), которая включает оснащение, подготовку, базирование и применение Вооруженных сил США, определение и формулирование конкретных стратегических целей и задач вооруженных сил, концепций их применения и согласование усилий различных видов вооруженных сил между собой.

Таким образом, основу национальной безопасности США составляет национальная оборона(nationaldefense), а безопасность государства должна быть обеспечена «военным или оборонным преимуществом Соединенных Штатов над любым иностранным государством или группой государств».

В начале ХХI века роль и значение военной политики во внутриполитической жизни США существенно возросли. Это обусловлено, прежде всего, трагическими событиями 11 сентября 2001 г., проведением военных кампаний в Афганистане, Ираке, а в начале 2011 г. и в Ливии. Именно тогда обеспечение внутренней безопасности стало одной из главных задач Вооруженных сил США, что превратило почти всю внешнюю политику США в военную, проводимую под лозунгом: «Кто не с нами, тот против нас».

Более того, именно тогда президент США, объявив глобальную войну международному терроризму, назвал американский народ «нацией на войне», тем самым признавая всю политику государства военной.

Став общенациональной идеей, военная политика практически напрямую увязывается с внутренней политикой государства, особенно в ее социальной сфере («плюс доллар на войну, минус доллар на социальные нужды») [1].

В США создана и действует система руководящих документов, закрепляющих цели, задачи, способы и основные направления осуществления военной политики США для обеспечения защиты государства в мирное и военное время. Главными из них в этой области являются Стратегия национальной безопасности, Национальная оборонная стратегия, Национальная военная стратегия, Национальная стратегия внутренней безопасности, Четырех годичный оборонный обзор, концепции и доктрины применения видов вооруженных сил и межвидовых группировок, а также ряд других документов. Они регулируют проведение военной политики на Ближнем, Среднем и Дальнем Востоке, Средней и Южной Азии, Африки и т.д.

Однако в последние годы американская политика на Ближнем Востоке столкнулась с серьезными проблемами. Попытки насадить в регионе демократию по американскому образцу, предпринятые при администрации Дж. Буша-мл., закончились провалом. В этих условиях новый президент США Б. Обама был вынужден пересмотреть как общие политические установки, так и американскую военную стратегию для данного региона. Была сделана ставка не на прозападных либералов, а на традиционных носителей власти и влияния в лице племенных старейшин и «полевых командиров». Возникает, однако, вопрос об устойчивости ближневосточных проамериканских автократов в условиях т.н. «арабской весны» и, главное, о степени их лояльности по отношению к официальному Вашингтону.[2]

С географической точки зрения, под регионом Ближнего Востока в широком смысле понимается район, простирающийся: на востоке – от Ирана и Афганистана (в некоторых случаях даже Пакистана); на западе – до Марокко и Мавритании; на севере – от Турции; на юге – до Сомали. Ближний Восток на протяжении 19-20 вв. неизменно занимал и занимает сегодня одно из первых мест среди геостратегических приоритетов ведущих держав мира - сначала Великобритании, России, Германии, затем США. Повышенный интерес и значимость Ближнего Востока в современном мире продиктованы экономическими, политическими, военно-стратегическими, демографическими факторами.

Значимость Ближнего Востока обуславливается такими важнейшими характеристиками, как:

  • военно-политическая;
  • экономическая;
  • религиозная.

С военно-политической точки зрения, Ближний Восток занимает важное геостратегическое положение. Контроль над этим регионом позволяет связать воедино Западную Европу - Средиземноморье - Индийский океан - Восточную Азию. Это значительно сокращает протяженность морских коммуникаций. Кроме этого, в последнее столетие возросло значение некоторых проливов, расположенных на Ближнем Востоке. Это связано с выполнением ими экономических функций и, особенно, функций «нефтяного транзита». Наряду с этим, стратегическая значимость Ближнего Востока для ведущих держав мира заключается в том, что с момента начала «холодной войны» и установления биполярной структуры мира - он был превращен в зону противостояния интересов США и СССР, его рассматривали две противоборствующие системы как плацдарм для решения своих военно-политических интересов, (как допустимый вариант сдерживания противника). Данный регион непосредственно примыкает к границам СНГ (РФ), кроме этого через него проходят кратчайшие морские, сухопутные и воздушные коммуникации между Европой, Азией и Африкой. С этой точки зрения, Ближний Восток представлял (в годы холодной войны) и сегодня представляет для США (в первую очередь) важное стратегическое значение.

Немалое значение в происходящих процессах в регионе Ближнего Востока играет экономический фактор. Данный регион является богатейшей нефтяной кладовой мира. Как известно, целый ряд жизненно важных сырьевых ресурсов размещены в очень ограниченном числе стран. Это особенно наглядно видно на примере водных и нефтяных ресурсов. И тот, и другой фактор в значительной степени определяют ситуацию на Ближнем Востоке.

Традиционно на Ближнем Востоке значение религиозного  фактора является определяющим. Следует отметить, что религиозный фактор, в свою очередь, оказывает влияние на демографические процессы. В исламских государствах до сих пор существует патриархальный тип семьи с высокими показателями рождаемости. По прогнозам международных организаций к 2020 году в Азии будет проживать более половины населения Земли. Численность мусульманского населения мира за последние 100 лет резко возросла. В 1990 г. численность мусульман в мире составляла 4,2 %. В 1995 г.-15, 9%. В 2025 г. планируется - 19, 2 %. Для ведущих стран Запада одной из главных задач в этом регионе является стимулирование экономического развития, увеличения числа занятых в производстве, в сфере услуг женщин, разрушающих модель традиционной семьи - это должно способствовать снижению рождаемости. [3]

Но, несмотря на крайне осторожную политику Америки роль США в провоцировании взрыва на Ближнем Востоке очевидна. Существует различные версии этой политической деятельности США:

1. Проамериканская

Политическое руководство Соединенных Штатов Америки раньше всех осознавало, что накопившиеся в арабском мире проблемы неизбежно приведут к социальным революциям, краху вассальных правителей, и решила сама возглавить народные движения. Поэтому США совершенно сознательно пошли на обострение, чтобы вместо подконтрольного Ближнего Востока после короткого кризиса получить еще более подконтрольный, но стабильный демократический регион.

2. Антиамериканская

По данной версии все происходящее на Ближнем Востоке рассматривается как продолжение американской политики «цветных переворотов», направленной на создание национальных государств. По мнению Юрия Крупнова, - это «закономерное для геополитики США стремление осуществить переорганизацию и переструктуризацию Ближнего Востока. Цель – все та жа: утвердить <…>еще более контролируемые и дееспособные в заданных им рамках режимы <…> нужна новая удостоверенная лояльность региональных руководителей для контроля трубопроводов и беспрепятственной перекачки нефти и газа в правильных направлениях».[4]

Камнем, о который разбивается эта версия является Ливия. Крупнов считает, что «Ливия здесь отличается от Туниса и Египта только тем, что лидер Джамахирии «не слышит» или «не понимает» ясных сигналов «уйти со сцены». На первый взгляд ситуация здесь действительно такая же , как и с Мубараком, попытавшимся бороться за власть и почти переигравшим оппозицию, но зашедшая гораздо дальше. Для вразумления египетского правителя достаточно было заявления Обамы, и Мубарак капитулировал. Каддафи же не поддавался ни на какие провокации. Все верно, если бы не почти моментальное перерастание волнений в Ливии в вооруженный мятеж и если бы не резолюция Совбеза ООН №1970. Сейчас много пишут о резолюции Совбеза ООН №1973, разрешившую иностранную интервенцию против законного правительства, которое начало защищаться от вооруженных мятежников. Ее справедливо рассматривают как приговор Вестфальской системе мироустройства. Однако предыдущая резолюция по Ливии не менее уникальна. Она запрещает всем странам принимать семью М. Каддафи, и тем самым фактически обрекает их на верную гибель в случае поражения полковника. Следовательно, причина войны в Ливии вовсе не в упрямстве М. Каддафи. В результате полковнику Каддафи никакого другого выхода, кроме борьбы насмерть, не оставили. Резолюция Совбеза – лучшее доказательство того, что «драку заказывали». Из чего становится ясно, что никто не собирается обеспечивать победу оппозиции.

Точно также можно разобрать любую другую версию и всякий раз будет получаться в итоге нечто, противоречащее здравому смыслу – американцы действуют во вред самим себе. По всем версиям получается неизбежная дестабилизация региона и появление крайне неустойчивых политических конструкций.

Значит, надо искать еще какое-то объяснение очевидного несоответствия результатов вмешательства США в события на Ближнем Востоке. Следовательно, вывод может быть только один: у разработчиков американской стратегии на Ближнем Востоке и политологов, пытающихся понять их действия, разные представления о здравом смысле, они в разной системе координат смотрят на мир, и такие понятия, как «стабильность» и «дестабилизация» в их представлении имеют различные знаки.

Основания для данного вывода дает распространение в американском истеблишменте «теории хаоса». В связи с событиями в арабском мире ее не раз вспоминали, но большинством политологического сообщества она пока отторгается. Причина в том, что хаос интуитивно воспринимается как нечто жуткое и катастрофическое. Соответственно, сразу возникают ассоциации с темными силами, пытающимися через сеть заговоров ввергнуть мир в его пучину.

Применительно к данной проблематике, следует выделить несколько базовых положений «теории хаоса»:

  1. Отказ от традиционного восприятия мира как линейного детерминантного процесса, результаты которого при знании основополагающих принципов и основных вариантов, могут быть просчитаны.
  2. Мир – сложная динамическая система, состоящая из наций, государств, религий и т.д., которые в свою очередь также являются сложными динамическими системами.
  3. Динамические  системы никогда не достигают своего равновесия.
  4. «Большие интерактивные системы постоянно путем организации доводят себя до критического состояния, в котором небольшое событие может запустить цепную реакцию, которая может привести к катастрофе».

Из этого адепты теории хаоса в США делают целый ряд прикладных выводов, знание которых позволяет понять логику американской стратегии на Ближний Восток:

  1. Стабильность иллюзорна и никогда не может быть целью, ее поддержание слишком дорого обходится стране.
  2. Национальные интересы можно эффективно и с меньшими затратами обеспечить гибкими методами, «плавая между островов порядка в глобальном мире политического хаоса».
  3. США должны стремиться к активным изменениям в обществах, находящихся в кризисе, вместо того, чтобы пытаться удерживать псевдо стабильность.
  4. Необходимо быть открытыми к перспективе усиливать и эксплуатировать критичность, если это соответствует интересам Америки.
  5. Долгосрочные прогнозы – миф.

Все это не досужие рассуждения теоретиков, цитаты взяты из статей высокопоставленного дипломата, одного из ответственных за политику США на постсоветском пространстве. Нет смысла обсуждать, насколько «теория хаоса»точно описывает мировые процессы и в какой мере ее применение отвечает долгосрочным интересам США. В последние десятилетия мы все еще раз убедились на собственном опыте, что и лженаучная теория способна стать руководством к действию. Главное в другом: наличие такой теории доказывает, что в политико-дипломатическом и военном руководстве США есть определенные силы, которые уверены, что дестабилизация, игра на обострение – оптимальный способ обеспечения интересов своей страны. Тем самым снимается кажущееся противоречие между спровоцированным Америкой взрывом на Ближнем Востоке и ее государственными интересами.

Но каким же образом США закрепили свою власть на Ближнем Востоке? После окончания «холодной войны» американские правящие круги стремились закрепить свою гегемонию на Ближнем Востоке, расширив американское присутствие и на Центральную Азию. По мнению директора Совета по Ближнему Востоку Американского Института исследований внешней политики А. Гарфинкла, «то, что Соединенные Штаты делают в этой части мира, особенно в Персидском заливе, лучше всего можно определить как имперская политика: Вашингтон намерен добиться стабилизации в регионе, даже если для этого придется употребить силу (как уже бывало в прошлом). Регион Ближнего Востока – это единственный регион мира, в котором после окончания «холодной войны» военная мощь США растет, что видно на примере образования Центрального Командования и создания 5-го флота для патрулирования Персидского залива. Многие государства региона являются фактически американскими протекторатами. Руководители отделений ЦРУ в некоторых из наиболее дружественных стран региона временами действуют как настоящие проконсулы и представляют собой намного более значительные фигуры, чем американские послы в этих странах. Не приукрашенная правда состоит в том, что за семь тысяч миль от собственных берегов несколько человек в Вашингтоне присвоили себе право контролировать этот беспокойный и важный регион, определять в нем ход дел и осуществлять полицейские функции».

Американская интервенция в Ираке в 2003 г. стала логическим продолжением этой политики. Но наряду с геополитическими соображениями, тут были и идеологические амбиции. Как отмечает в этой связи российский исследователь П.Е. Смирнов, «избрав Ирак в качестве отправной точки, «неоконсерваторы» стали внедрять в политическое мышление США доктрину «смены режимов» и «демократической революции» на Ближнем и Среднем Востоке».[5]

Сейчас уже никто не спорит по поводу того, что агрессия США против Ирака, начавшаяся 20 марта 2003 г. ракетно-бомбовыми ударами по Багдаду и другим иракским городам, носила неспровоцированный характер. В вышедших в свет в ноябре 2010 г. мемуарах Буша-младшего «Моменты принятия решений» (Decision Points) американский президент признает, что решение о начале «иракской кампании» было принято на основании ошибочных разведанных о наличии у Ирака оружия массового уничтожения. Как факт окончательного саморазоблачения Буша можно считать вместе с этим его заявление о том, что «отрешение Саддама Хусейна от власти было правильным». Другими словами, Буш признает и то, что агрессия США ставила своей главной целью свержение законного правительства Ирака, что явилось вопиющим нарушением элементарных норм и принципов международного права. Справедливой и правильной считает агрессию против Ирака в своих вышедших в свет в сентябре 2010 г. мемуарах «Путешествие: Моя политическая жизнь» (Ajourney: My Political Life) и бывший премьер-министр Великобритании Э.Блэр, что, кстати, послужило одной из причин поражения лейбористов на парламентских выборах в 2010 г.

Между тем «правильно решение» Буша и Блэра привело к тому, что, согласно опубликованным на сайте «Викиликс» в октябре 2010 г. данным на этот раз из «иракского досье», в Ираке с 2004 по 2009 г. погибли 109 032 человека, в том числе 66 081 гражданских лиц. Причины жертв гражданского населения состояли, по опубликованным данным, в действиях американских военных без разбора применявших оружие (бомбежки и расстрелы) против всех, кто казался им «террористами», расстрелы вооруженных лиц, которые были готовы сдаться в плен, а также зверства и пытки, осуществлявшиеся иракскими военными и полицейскими с ведома и при попустительстве оккупантов.

Развязав агрессию против иракского народа и оккупировав страну с 22 миллионным населением, США и Великобритания повели дело к тому, чтобы легитимировать свои действия, используя в этом отношении уже накопившийся афганский опыт. В этих целях, опираясь на резолюцию 1511 Совета Безопасности ООН от 16 октября 2003 г., они оперативно сколотили так называемые Многонациональные силы (МНС) под «единым» американским командованием. К марту 2004 г. в Ираке уже действовало 24 500 солдат из 34 стран, при том, что американские и британские войска к тому времени насчитывали более 160 тыс. солдат. В мае 2005 г. было сформировано марионеточное Временное правительство Ирака, а в декабре того же 2005 г. – постоянное правительство во главе с премьер-министром Нури аль-Малики, видным шиитским деятелем, тесно связанным с Западом. 30 декабря 2006 г. по приговору марионеточное Временное трибунала Ирака был втайне казнен через повешение схваченный в декабре 2003 г. Саддам Хусейн.

Тем временем в Ираке развернулось широкое освободительное движение. Нарастали протесты против действий США и их союзников в Ираке и во многих странах мира, в том числе в США. К июлю 2009 г. число убитых американских солдат насчитывало 4321, а к августу 2010 г. – 4419 человек. Наибольшие потери после США понесла британская армия – 179 человек. К сентябрю 2010 г. Ирак начали покидать военнослужащие из многих стран – участников МНС, начиная с Испании. Франция и Германия с самого начала не поддержали агрессию США против Ирака.

По данным упоминавшейся выше американской научно-исследовательской организации «Проект «Национальные интересы», к июлю 2010 г. расходы Белого дома на ведение войны в Ираке достигли 747,3 млрд долл., а общие расходы на боевые действия в Ираке и Афганистане – 1,05 трлн долл.

В ноябре 2008 г., еще при президенте Буше, между США и Ираком было подписано Соглашение о статусе и сроках пребывания американских войск на территории Ирака, которое предусматривало их вывод из городов Ирака до 30 июня 2009 г., а полный вывод с территории страны – к 31 декабря 2011 г. В соглашение были включены положения, наносящие ущерб суверенитету Ирака и допускающие при определенных условиях сохранение в Ираке американских войск.

Выполняя соглашения, администрация Обамы завершила вывод американских войск из городов Ирака в намеченный срок. 1 сентября 2010 г. в выступлении с обращением к нации Обама заявил о «завершении боевых действий в Ираке». «В феврале прошлого года, - заявил Обама, - я обнародовал план вывода наших боевых бригад из Ирака. Именно это мы и сделали. Мы вывели из Ирака почти 100 тыс. американских солдат. Мы закрыли и передали сотни военных баз иракцам. Мы вывели из Ирака миллионы единиц военной техники». Вместе с тем Обама сообщил, что после завершения таким образом операции «Иракская свобода» США начинают в Ираке операцию «Новая заря», осуществлять которую будут остающиеся в Ираке 50 тыс. американских солдат. По данным СМИ, эти войска опираются на сохранившиеся в Ираке 94 военные базы при том, что в рамках новой операции они занимаются отнюдь не только боевой подготовкой воссоздаваемой иракской армии, но и проводят так называемые контртеррористические акции, а в случае необходимости готовы и к возобновлению полномасштабных боевых действий в Ираке».[6]

Однако попытки найти простые решения проблем, с которыми сталкивается регион Ближнего Востока, в который уже раз закончились полным провалом. Сам этот регион отличается не только серьезными военно-политическими противоречиями между странами-членами, но и громадными контрастами с точки зрения уровня их политического, экономического и социально-культурного развития – контрастами, которых нет, например, в Европе. Регион включает некоторые самые состоятельные и самые бедные государства мира. Годовой доход на душу населения в странах региона находится в диапазоне от $ 1000 до более чем $ 100000. Несмотря на отдельные островки изобилия, большинство из 530 миллионов человек, проживающих в регионе, страдают от нищеты, неравенства, коррупции, безработицы  и  произвола.

Важнейшим инструментом официального Вашингтона при проведении своей военной политики в регионе Ближнего Востока было и остается Центральное командование (Центком) вооруженных сил США (US Central Command, Centcom). Центком отвечает за планирование операций и, в случае военных действий, управление американскими войсками в районе, охватывающем зону Ближнего Востока, Аравийского полуострова, Персидского залива, Юго-Западную Азию и Центральную Азию.

Итак, официальный Вашингтон и Центральное командование в последние годы все больше делают ставку в своей региональной политике не на прозападных либералов, а традиционных носителей власти и влияния в лице племенных старейшин и «полевых командиров». Согласятся ли эти люди, однако, выслушивать американские нотации по поводу «демократических ценностей» и «прав человека»?

Дело, разумеется, не только в демократических ценностях. Соединенные Штаты, за редкими исключениями, размещают на постоянной основе свои вооруженные силы преимущественно на территории высокоразвитых капиталистических стран со стабильными демократическими режимами. Неудивительно поэтому, что, несмотря на массированное военное присутствие американских войск в зоне ответственности Центкома, там имеется сравнительно немного постоянно действующих американских военных баз, на которых расквартированы американские военные (2333 чел. – в Бахрейне, 29 чел. – в Египте, 158 чел. – в Катаре, 37 чел. – на территории Объединенных Арабских Эмиратов). Фактический отказ от планов «демократизации» Ближнего Востока означает, что постоянное американское военное присутствие в регионе останется весьма скромным, а огромные американские воинские контингенты в Афганистане и Ираке рано или поздно будут оттуда выведены. А это, в свою очередь, неизбежно скажется и на политическом влиянии Соединенных Штатов в этом жизненно важном для них регионе.

Таким образом, мы можем сделать вывод, что Ближний Восток является важным геополитическим пространством с точки обеспечения международной стабильности и безопасности в целом. Со стратегической точки зрения этот регион является переходной зоной между Европой, Азией и Африкой, а развитие  обстановки в ней оказывает существенное влияние на состояние стабильности всего евразийского региона, а в особенности на национальные интересы многих стран мира. Наличие крупных углеводородных ресурсов в регионе способствуют проведению активной политики ведущими странами мира по доступу и контролю  над этими ресурсами стратегического сырья. В данном регионе расположены крупные военные базы США, призванные для обеспечения стратегических интересов. Наряду с этим Ближний  Восток уже несколько десятилетий является одним из самых милитаризованных регионов мира. По ключевым показателям милитаризации и военным расходам в абсолютном исчислении, страны данного региона являются лидерами среди развивающих стран, а по отдельным показателям опережают и развитые страны.

Доказывать наличие у американцев мессианских целей, априорной уверенности в своём праве и обязанности нести миру свободу – значит ломиться в открытую дверь. Первую попытку установить «Pax Americana», опираясь на экономическую мощь и атомную монополию, США предприняли при Трумэне. Еще тогда… Америка дала себе право наносить превентивные удары и взяла курс на создание военной машины, противостоять которой ни у кого не должно было быть ни малейшего шанса. Сама возможность потенциального противника «в процессе его промышленного и научного развития атаковать Соединенные Штаты и обороняться против нашего нападения» объявлялась преступлением, достойным ядерного удара.

Реализовывать мессианскую идею мирового господства после Второй мировой войны не удалось. СССР не позволил. Что и привело к появлению «стратегии сдерживания» и многолетней «холодной войны».

Распад Советского Союза был действительно одной из крупнейших геополитических катастроф, потрясших, в буквальном смысле, весь мир. США, как и Западу в целом, потребовалось время для того, чтобы освоиться с новыми реалиями, осознать случившееся. В 90-е годы Америка осторожно, но неуклонно набирая обороты, проверяла границы возможного. Пока, наконец, не решила, что таких границ для США нет, что можно все. Тогда и пришло время Буша-младшего. Буш был призван оформить мировое господство США, то, что мы именуем однополярным миром. Он наиболее полно соответствовал, во-первых, целям и задачам, которые страна считала для себя жизненно необходимыми; а во-вторых, методам их достижения, которые на тот момент казались Соединенным Штатам оптимальными. Только страна, уверовавшая в свою безграничную силу и свое безграничное право, могла устами президента и согласия Конгресса и Сената, бросить всему миру: «Кто не с нами, тот против нас».

В условиях отсутствия равного в военном отношении противника, США не удалось конвертировать невиданную в человеческой истории экономическую и военную мощь в неограниченную политическую власть. Политика Буша-младшего разбудила на всех континентах, практически во всех странах, даже союзных с США, мощные антиамериканские настроения, никем не предвиденную энергию сопротивления. Мир не принял диктат Америки. Открывалась безрадостная перспектива противостояния (в самых разнообразных формах) по принципу: «все против Америки, и Америка против всех». Для такого противостояния даже ресурсов Соединенных Штатов оказалось недостаточно.

Политику США всегда отличало гармоничное сочетание упорства, последовательности в целях и гибкости в методах. Чему не в малой степени содействовала и двухпартийная система. Поэтому провал политики Джорджа Буша не мог не породить в США стремления найти другие пути, другую стратегию достижения цели, к которой страна шла не одно десятилетие. С приходом к власти в США Обамы миру явилась преображенная Америка, добровольно отказавшаяся от роли диктатора, возложившая на себя трудную миссию быть лидером человечества на пути строительства «новой эры взаимодействия». Единственная сверхдержава ставит свою мощь на службу общему благу, а остальные страны, также осознав ответственность, объединяются вокруг лидера и вносят посильный вклад в решение глобальный общечеловеческих проблем. Но этой концепции хватило не на долго, и причиной этому послужили:

  1. Политики Обамы  хватило едва ли на год.
  2. Быстро выяснилось, что у страны, которая потребляет в разы больше, чем производит, представления об «общем благе» сильно расходятся с другими государствами и народами.
  3. Многомиллиардные программы гуманитарной помощи ничего не решают.

Осознав неизбежность революционных потрясений в арабском мире, и нехватку ресурсов для политики сохранения статус-кво в жизненно важном регионе, США взяли курс на обострение. Расчет ясен: обладая абсолютным превосходством над всеми государствами в экономической, военной и информационной областях, Америка должно оказаться главным получателем вывода от этого кризиса.

Если репетиция новой стратегии на Ближнем Востоке пройдет успешно, ее могут включить в «проект Обама». Тогда и на постсоветском пространстве мы скоро увидим пробуждение недовольных масс. Это уже будут «цветные» революции нового поколения.

 

Боровкова И. А 

 

Список использованной литературы

  1. Сидорин А.Н., Прищепов В.М., Акуленко В.П.Вооруженные силы США в ХХI веке: Военно-политический труд. – М.: Кучково поле; Военная книга, 2013 г.
  2. Батюк В.И. «Американская военная стратегия на Большом Ближнем Востоке», журнал «Россия и Америка в ХХI веке», 2009 г.
  3. Ближний и Средний Восток в системе международных отношений. http://www.webkursovik.ru/kartgotrab.asp?id=-61502
  4. СМИ в февральской информационной войне против Ливии – http:// www.km.ru/news/smi-v-fevralskoi-informatsionnoi-voine-protiv-livii
  5. Интернет-издание Россия и Америка в ХХI веке. http://www. rusus. ru /?act=read&id=260
  6. Современная стратегия США и НАТО http://marksizm.ucoz.ru/ publ/50-1-0-607
  7. Игорь Шишкин: Зачем Америка взорвала Большой Ближний Восток? http://www.rusprostranstvo.com/massmedia/view/431

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Оборона и безопасность
Возрастное ограничение