Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Оборона и безопасность / Военно-стратегические оценки и прогнозы / Статьи
Нейтралитет по-узбекски
Материал разместил: Панкратенко Игорь НиколаевичДата публикации: 14-06-2018
Визит президента Узбекистана Шавката Мирзиёева в Америку, достигнутые договоренности и экономические соглашения на миллиарды долларов – из разряда значимых для Центральной Азии. Зафиксированы соглашения по крупным инвестиционным проектам, вашингтонская международная практика в духе «Америка прежде всего» отныне может получить воплощение на экономическом пространстве Узбекистана. Дональд Трамп получил карт-бланш в отношениях с ещё одним центральноазиатским государством. Тему для «Ритма Евразии» комментируют российский эксперт заместитель директора Центра стратегических оценок и прогнозов доктор истории Игорь Панкратенко и заведующий кафедрой мировой политики и международных отношений Ташкентского государственного института востоковедения, доктор политологии, профессор Шухрат Ёвкочев.

Игорь Николаевич, политическое событие мая в Центральной Азии – госвизит президента Мирзиёева в Белый дом увенчался классическим актом глобализации - подписанием Америкой и Узбекистаном внушительного объёма меморандумов по самым разным направлениям включая обещание Трампа помочь со вступлением УзР в ВТО. Как Вы рассматриваете геополитический подтекст заявленной тенденции «перезагрузки» узбекско-американских отношений? Чего желает в финале «Америка превыше всего», - застолбиться на столетия в узбекской экономике?

Откровенно говоря, не вижу здесь некоего «акта глобализации». Это вообще, кстати, распространенная ошибка наших «международников» - отсутствие понятийного аппарата. В результате словом глобализация обозначают явление, которое имеет отношение к интернационализации. Ну а ее, в свою очередь, смело путают с интеграцией. Впрочем, это уже совсем другая история, поэтому вернемся к теме нашей беседы - к узбекско-американским отношениям.

К концу 2014 года можно было уже с уверенностью говорить, что «центральноазиатские проекты» США, что 1.0, связанный с появлением после распада СССР независимых республик, что 2.0 - военное присутствие в государствах региона для обеспечения операции в Афганистане - себя полностью исчерпали. А предложенные Обамой принципы «продвижения и поддержки демократических процессов» в их западной трактовке не только не работают, но и воспринимаются местными политическими элитами «в штыки». Причем, как показала практика - подобное жесткое отношение имело под собой вполне серьезные основания. Не могут принципы западной демократии быть автоматически и мгновенно пересажены на местную почву, чревато кровью и социальными катаклизмами…

В итоге - сложилась несколько парадоксальная ситуация. Присутствие в Центральной Азии по целому ряду причин - и стратегического характера, сдерживание Китая, и тактического - функционирование Северной распределительной сети - американцам необходимо. А вот работающей стратегии обеспечения этого присутствия - нет.

В Вашингтоне напряглись, и появились тезисы «Политики США в Центральной Азии 3.0», одним из пунктов которого было развитие отношений с двумя ключевыми государствами региона - Казахстаном и Узбекистаном. Причем, писали эти тезисы люди максимально прагматичные, политкорректностью в анамнезе не отягощенные, руководствовавшиеся принципами «меньше идеологии в двухсторонних отношениях», «не нужно зацикливаться на вопросах демократии и чьих-то там прав, главное - взаимовыгодные связи», причем желательно, чтобы они охватывали как можно больше сфер.

То есть, Трамп бы и контакты с Исламом Абдуганиевичем Каримовым пошел, не особо оглядываясь на вой по данному поводу демократов, но - тут подарком судьбы, в некотором смысле, стал Шавкат Миромонович Мирзиёев с его программой реформ. Он - патриот своей страны до мозга костей, как говорится, политик мощнейший. Его реформы - объективная необходимость для дальнейшего развития Узбекистана как региональной державы - и так случилось, что объективные и субъективные предпосылки к возобновлению узбекско-американских отношений, их «перезагрузке», как вы выразились, у нового узбекского лидера и нового президента США совпали.

Что же касается «застолбиться в экономике»… Интересы Вашингтона в установлении тесных отношений с Ташкентом очень многообразны - от экономических до военно-политических. Американцам нужен серьезный партнер в регионе, Узбекистан, наряду с Казахстаном, для этого подходит оптимально. Поэтому развитие диалога Ташкент-Вашингтон по самому широкому кругу вопросов неизбежно.

В какой конфигурации Америка может распорядиться своим дипломатическим достижением – усилением геостратегических позиций в Центральной Азии?

Начнем с того, что пока об усилении геостратегических позиций США в Центральной Азии говорить несколько преждевременно. Есть намерения, которые, конечно, подкреплены кейсами протоколов и договоренностей, но прошло слишком мало времени, чтобы говорить о конкретных результатах реализации этих кейсов. Давайте вернемся к этому вопросу через год.

Что же касается того, как конкретно Америка будет распоряжаться восстановленными позициями в регионе - то, подозреваю, у Вашингтона пока нет четкого плана действий. Главным вопросом здесь остается, безусловно, Афганистан, и, безусловно, администрация США рассчитывает на более активное участие в нем государств Центральной Азии, тем более - Ташкента.

Все остальное - и рост китайского влияния, и российское присутствие, и вытеснение Ирана - пока на уровне планов, не имеющих конкретных очертаний. Поэтому можно что-то предполагать, выдвигать некие гипотезы - но все это на сегодняшний день из разряда гаданий.

До Узбекистана отношения с Америкой наладил и Нурсултан Назарбаев. Насколько реально, что возникнет тройственный региональный союз - Вашингтон-Астана-Ташкент? И как Россия может отреагировать на возможное изменение политической платформы в Центральной Азии, где у России также два партнёра по ЕАЭС – Киргизия и тот же Казахстан.

Прежде всего, американо-казахстанские отношения всегда были достаточно стабильны, позитивны и, судя по всему, достаточно взаимовыгодны. США входит в топ-десять основных экономических партнеров Казахстана, там активно работают американские компании. У Вашингтона нет серьезных противоречий с Астаной в подходе к ряду актуальных внешнеполитических проблем, более того, в ряде вопросов они придерживаются схожих подходов. Поэтому там все стабильно, позитивно и нет необходимости что-то «налаживать».

В отношении же перспектив возникновения некоего союза «Вашингтон-Астана-Ташкент», признаюсь, что очень люблю слушать разговоры о подобных «осях» и «союзах» - поскольку всякий раз восхищаюсь незамутненностью сознания тех, кто эти разговоры ведет.

Вот почему бы не задать вопрос, а в чем смысл такого союза для каждого из участников - Вашингтона, Астаны, Ташкента? Какие задачи он должен решать? На какие вызовы отвечать, проще говоря - против кого дружить будут?

Поэтому разговоры о возможности такого союза на нынешнем этапе - они из разряда страшилок и самозапугивания. Ведь что бы мы не говорили о важности Центральной Азии - а это действительно так - не нужно забывать о том, что пока, за исключением афганской проблемы, этот регион не входит в список приоритетов внешней политики Трампа. Нынешний всплеск активности в отношениях Вашингтона с Астаной и Ташкентом - он, отчасти, «на вырост», задел на будущее. О стратегии там пока разговора нет, есть решение задач оперативно-тактического характера - функционирование Северной распределительной сети, более активное участие Казахстана и Узбекистана в афганском урегулировании, расширение присутствия на рынках этих стран.

Судите сами - товарооборот Астаны и Пекина по прошлому году - около 10 миллиардов долларов, с американцами - около полутора миллиардов. У Ташкента с Вашингтоном товарооборот по прошлому году - чуть больше 210 миллионов долларов, с Пекином - 4 миллиарда. Я уже не говорю о совместных с КНР инфраструктурных проектах Узбекистана и Казахстана в рамках инициативы «Один пояс - Один путь». Поэтому если о чем и говорить - хотя тоже с большой натяжкой - так это о некоем союзе «Астана-Пекин-Ташкент». Но и он - из области фантазий, поскольку и Китай, и Узбекистан стараются принципиальные вопросы решать в рамках двусторонних отношений, а не через «союзы» и «оси».

Президент Мирзиёев на пути в Вашингтон приземлился в Лондоне, где имел диалог с замминистром индел Британии. В какой логике будет действовать монархическая Англия, чем подогревается её интерес к сотрудничеству и взаимодействию с Узбекистаном на текущее время?

Не знаю, откровенно говоря, какие интересы в Узбекистане у английской монархии, не задумывался как-то над этим вопросом. Но в отношении контактов Ташкента с Великобританией хотел бы напомнить, что, во-первых, Лондон - это один из основных мировых финансовых центров. Наладить отношения с которым, в свете реформы узбекской экономики, Ташкент справедливо считает совсем не лишним.

Во-вторых, Великобритания - один из ведущих мировых игроков, консультации с которым для любого государства не бывают лишними.

Как Вы прокомментировали бы объяснения господином Мирзиёевым Трампу политические ориентиры его страны, что Узбекистан является участником Движения неприсоединения (отказ от размещения на своей территории иностранных военных баз), не состоит в ОДКБ и не собирается вступать в Евразийский экономический союз, в котором ядром является Россия. Узбекистан претендует на политическую и экономическую самодостаточность?

Знаете, Узбекистан не просто «претендует» на политическую и экономическую самодостаточность, он по факту является мощной в экономическом и военном отношениях региональной державой, способной генерировать и, главное, проводить самостоятельную внешнюю политику в своих национальных интересах.

Добившись этого, кстати, и без иностранного военного присутствия, и без участия в ОДКБ, и без вступления в ЕАЭС.

И, что важно понять Москве и всем остальным, тому же Вашингтону, Ташкент не намерен изменять этим своим принципам. Кстати, вот если бы эта неизменность курса Узбекистана уложилась в головах некоторых экспертов - возможно, меньше было бы разговоров о неких «сдвигах Ташкента» в ту или иную сторону.

Повторял и повторю еще раз - Узбекистан не будет ни прокитайским, ни пророссийским, ни проамериканским. Он будет исключительно проузбекским. Во всяком случае - пока у власти находится нынешняя политическая элита.

И здесь, между прочим, в этом принципе неприсоединения и стремления к самодостаточности, кроются ответы на вопросы о «глубине» стратегического партнерства Ташкента с другими государствами, об участии Узбекистана в различных трансграничных проектах и на многое другое, что интересует наблюдателей.

Кстати, вот этот тезис - о принципах экономической самодостаточности и проведении Узбекистаном независимой, ориентированной в первую очередь на собственные национальные интересы внешней политики - всегда вызывает очень интересную реакцию у оппонентов. Коротко говоря, они сомневаются, что такое вообще возможно в современном мире, а особенно, почему-то, что такое возможно для Ташкента.

Разумеется, полная экономическая самодостаточность в нынешних условиях - утопия. Да и проведение полностью независимой от основных мировых игроков и ряда региональных держав внешней политики тоже никому пока не удавалось. Но здесь, как в известном анекдоте, «есть нюансы». Можно безоглядно и с энтузиазмом впадать в импортозависимость - а можно сохранять и развивать собственное производство, пусть не во всех, но в стратегически важных отраслях. Можно гоняться за химерой «признания мировым сообществом» и подыгрывать политике мировых держав - а можно не вступая в антагонистические противоречия, играя на разногласиях сторон твердо и неуклонно отстаивать свои интересы в данной конкретной сфере. Ташкент выбрал именно второй вариант, и как у региональной державы у него есть все возможности следовать именно этим курсом.

На рынке Узбекистана хотят закрепиться транснациональные мегакорпорации – «General Electric», «Boeing», Amazon и ряд других, помимо инвестиционного портфеля, предполагающего возврат с прибылью. Как будут сочетаться принципы независимости Узбекистана с изобилием американских игроков в его экономике, или Мирзиёев инвестиционные долги оставит будущим поколениям? Тогда как Россия четверть века инвестирует в социальную стабильность УзР - принимая миграционные потоки. Какие выводы должна сделать Москва в контексте реальной глобализации в ЦА?

Ну, чтобы обсуждать опасность утраты независимости Узбекистаном из-за изобилия американских игроков в его экономике - давайте сначала дождемся этого «изобилия». Пока все - в протоколах о намерениях, не более того. Что, кстати, подчеркнул недавно и сам Шавкат Мирзиёев, заявив, что «договоренности есть, но условия инвестирования еще оговариваются. Причем, американская сторона предъявляет достаточно высокие требования - «создание стерильной прозрачности», к чему Узбекистан еще не совсем готов.

Так что, сейчас стоит говорить не об активности в Узбекистане американского бизнеса, а об активном стремлении увеличить свое присутствие в стране  южнокорейских, китайских и турецких компаний. И здесь же, кстати, ответ на опасения об «изобилии» игроков из какой-то отдельной страны - в условиях конкуренции с бизнесменами других стран, руководство которых, причем, их действия активно поддерживает, возможности к монополизации узбекского рынка у одного игрока серьезно ограничиваются, нет?

Что же до «инвестиций России в стабильность» Узбекистана… Да, присутствуют, и не только в вопросе приема мигрантов, но и в других сферах, например - в поставках ряда вооружений по внутрироссийским ценам. Но давайте посмотрим на вопрос с другой стороны. Во-первых, ну нет у Ташкента планов разрывать отношения с Россией. Нет от слова «совсем». И не надо драматизировать ситуацию. В ряде вопросов Ташкент принимал и будет принимать решения, основываясь не на «симпатиях» и «чувстве благодарности» - подобных категорий в реалполитик не существует - а исходя из собственных национальных интересов.

Во-вторых, хочу напомнить, что «инвестиции» в стабильность были направлены не только на Узбекистан, но гораздо шире - в стабильность наших южных рубежей. Так что, Ташкент здесь, видимо, не единственный выгодополучатель, не так ли?

И в-третьих. Международные отношения - это всегда динамика. Хочешь сохранить свое место, свой статус в нашем мире - борись за это, поддерживай свои конкурентные преимущества, поддерживай свою, если так можно выразиться, эксклюзивность как экономического и внешнеполитического партнера для другой стороны. Старые заслуги здесь особо не котируются.

И это главный вывод, который, на мой взгляд, должна сделать Москва в отношениях с Ташкентом.


Полный текст интервью. Вариант с сокращениями опубликован по адресу: https://www.ritmeurasia.org/news--2018-06-14--tashkent-i-vashington-dialog-cenoju-v-milliardy-36993


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Оборона и безопасность
Возрастное ограничение