Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Оборона и безопасность / Военно-стратегические оценки и прогнозы / Статьи
Сценарный прогноз конфликтов будущего и позиция России в новом миропорядке
Материал разместил: AдминистраторДата публикации: 16-11-2019
Международные отношения без конфликтов. Очевидно, что это утопия. Они сопровождали человечество с самого начала его существования, и, даже если кто-то не является большим поклонником классического реализма, ему все равно придется признать, что конфликты будут верным спутником человеческой цивилизации всегда. В отечественной науке традиционно большинство исследователей придерживается подобного мнения.

К примеру, выдающийся представитель школы русской геополитики и военной мысли А.Е. Снесарев так характеризовал роль войны как разновидности конфликтов: «Если от пережитого и все еще переживаемого нами состояния непрерывной войны, вы обернетесь к прошлому, то увидите, что война является постоянной и неизменной спутницей человечества, и не только с того далекого момента, когда оно себя помнит, но бесконечно раньше начала культурной общечеловеческой жизни» [9, с. 36].

Когда мы пытаемся осмыслить содержание того или иного периода в истории международных отношений, то неизбежно сталкиваемся с необходимостью проанализировать природу конфликтов, которые существовали в конкретный исторический период, поскольку именно они определяли баланс сил в мировой политике, а, значит, и расстановку основных фигур на глобальной шахматной доске. Наиболее масштабные конфликты, начиная с эпохи раннего Нового времени, стали приводить к трансформации сложившейся системы международных отношений и эволюции ее базовых элементов.

Так, например, после окончания Тридцатилетней войны были сформированы основные контуры Вестфальской системы [2, с. 384], которая, как известно, базировалась на принципах национального суверенитета и баланса сил. Установление довольно четких правил игры на мировой арене не означало, что теперь мир будет свободен от конфликтов, напротив противоборство держав продолжилось в полной мере. Наполеоновские войны, потрясшие Европу в начале XIX в., закончились формированием Венской системы, ориентированной на выстраивание своего рода «европейского концерта», определявшего судьбы всего мира. Разделение этого «концерта» на две «труппы», вступившие в открытую борьбу за передел мира в начале XX в., привело человечество к первому в его истории по-настоящему глобальному конфликту.

Кровопролитная Первая Мировая война в итоге завершилась созданием Версальско-Вашингтонской системы, которая существенным образом отличалась от предыдущих версий миропорядка, поскольку не имела ярко выраженного европоцентричного характера. В рамках именно этой системы международных отношений была предпринята попытка создания первой универсальной международной организации. Однако ни Лига Наций, ни сформированная система контроля победителей над побежденными, не смогли предотвратить возникновение нового вооруженного конфликта планетарного масштаба. Еще в конце 1920-х гг. выдающийся советский теоретик  и военный деятель Б.М. Шапошников в своем фундаментальном труде «Мозг армии» сделал предположение о том, что нерешенность целого ряда вопросов по итогам Первой Мировой войны приведет к новым серьезным столкновениям: «Мы уже отметили, что предстоит ряд войн, войн ожесточенных, ибо те противоречия, которые существуют между капиталистической формой мирового хозяйства и нарождающейся новой экономической структурой, настолько велики, что без больших жертв и борьбы не обойтись» [12, с. 9].

В итоге за ошибки в конструировании архитектуры международной безопасности человечеству пришлось заплатить слишком высокую цену. Вторая Мировая война стала главной катастрофой в истории. На ее завершающем этапе были разработаны основные правила игры в новой Ялтинско-Потсдамской системе международных отношений, которые вступили в силу практически сразу же после окончания этого глобального конфликта и действовали вплоть до 1991 г.

Как известно, окончание холодной войны не привело к формированию нового миропорядка, который обладал бы четкой концептуальной и нормативной базой как все предыдущие. Возможно, что так произошло, потому, что ни одна из сторон, в отличие от всех других случаев, когда менялась система международных отношений, не добилась явной военной победы над своим противником, а, следовательно, не имела полного права навязывать свои правила игры всем другим акторам на мировой арене. Выстраивая контуры однополярного мира в 1990-е гг. США не смогли, а, по всей видимости, и не захотели снизить конфликтогенный потенциал планеты.

Очевидно, что в ближайшие годы конфликты по-прежнему будут являться одной из важнейших составляющих системы международных отношений. Следовательно, если мы хотим понять, как будет выглядеть наш мир через 10-15 лет, нам нужно для начала понять, что будет происходить с неразрешенными конфликтами и ответить на вопрос о том, не появятся ли за это время новые серьезные военно-политические проблемы, способные перерасти в глобальный кризис. Для того чтобы наиболее точно обрисовать контуры ближайшего будущего, попытаемся при помощи использования сценарного метода наметить возможные варианты эволюции конфликтогенного потенциала современной системы международных отношений. Для начала выделим группу ключевых факторов, которые будут оказывать решающее воздействие на изменение ситуации в рассматриваемой нами сфере в среднесрочной перспективе:

1) Взаимодействие акторов. Безусловно, как и во все времена, общий уровень конфликтогенности в будущем окажется в прямой пропорциональной зависимости от характера отношений между ведущими государствами мира. Особую роль при этом будет играть конфигурация взаимодействия в стратегическом треугольнике Россия-США-Китай. Целый ряд индикаторов (американо-китайская торговая война, так называемая «новая холодная война» между РФ и США, неурегулированность ряда вопросов между РФ и КНР в торгово-экономической и энергетической сфере) указывает нам на то, что с каждым годом противоречия трех государств только возрастают. Ситуация усугубляется желанием Вашингтона создать глобальную систему ПРО, европейский сегмент которой будет угрожать России, а азиатско-тихоокеанский - Китаю. Все это сопровождается попыткой превратить НАТО в глобальную военно-политическую организацию, выполняющую функции мирового жандарма.

Однако если даже не принимать во внимание взаимодействие трех самых сильных в военно-политическом отношении государств мира, которое потенциально может привести к конфликту с непредсказуемой расстановкой сил в рамках треугольника, стоит констатировать, что в мире возрастает нестабильность, которая уже в ближайшем будущем может вылиться в конкретные конфликты. Наглядным подтверждением этого предположения является обострение в 2019 г. индо-пакистанского и арабо-израильского конфликта, эскалация напряженности в Ливии и Судане, внутриполитическая дестабилизация в Венесуэле, которая может перерасти в конфликт с внешним вмешательством. Все эти негативные тенденции в ближайшем будущем могут лишь усилиться.

2) Ресурсы. Очевидно, что в ближайшие 10-15 лет со всей полнотой начнет проявляться объективный экономический закон ограниченности ресурсов. Переход к так называемому шестому экономическому укладу, который будет характеризоваться снижением энергоемкости и материалоемкости производства, тем не менее, не приведет к уменьшению нагрузки на ресурсную базу планеты. В этих условиях начнется глобальный передел ресурсов.

Если мы обратимся к истории, то увидим, что большинство конфликтов происходило из-за ресурсов, в основном земельных, энергетических и человеческих. Однако в будущем с учетом роста численности населения и увеличения уровня антропогенного воздействия на экосистемы к этому списку добавится битва за питьевую воду и биоресурсы[1]. Наиболее отчаянно она будет проходить в Африке и различных районах Азии.

Подобного рода конфликты могут затронуть и РФ. КНР под видом реализации проектов по линии инициативы «Один пояс, один путь» может попытаться установить свой контроль над отдельными сегментами ресурсной базы Сибири и Дальнего Востока. При этом Пекин не будет требовать от Москвы передачи каких-либо территорий, а может сосредоточиться на освоении еще неразработанных месторождений различных видов полезных ископаемых, что, с одной стороны, будет укладываться в рамки инвестиционного партнерства в реальном секторе экономики, с, другой стороны, гипотетически поможет КНР установить контроль над частью природных богатств России без прямого столкновения с ней. Кроме того, РФ, скорее всего, будет напрямую вовлечена в процесс передела ресурсов на постсоветском пространстве, особенно в Центральной Азии и в районе Каспия, который будет происходить с участием внерегиональных игроков, прежде всего, США и КНР. Вполне возможно, что России придется довольно жестко отстаивать интересы своих компаний, а также союзников по ОДКБ, если события будут развиваться по негативному сценарию.  

3) Технологии. Во многом и количество, и, если так можно сказать, качество конфликтов в ближайшие годы будет зависеть от того, кто и каким образом будет использовать новые технологии. При этом по понятным причинам особо важную роль будет играть разработка новых видов вооружения. Распространение гиперзвуковых технологий по миру, даже если они будут применяться для запуска ракет, не имеющих ядерного боезаряда, может стать, к примеру, не менее опасным явлением в системе международной безопасности, чем само расползание ядерного оружия и других видов ОМУ, поскольку у стран, получивших доступ к гиперзвуку, может возникнуть желание применить такое оружие в отношении противника, не обладающего им.

В обозримой перспективе РФ будет являться лидером в области подобного типа вооружений, что признается, в том числе и западными экспертами [3]. При этом США будут стремиться в короткие сроки догнать Россию в области гиперзвукового оружия, о чем свидетельствуют заявления представителей Пентагона [7]. Это стремление Вашингтона может стать частью его новой стратегии по развитию перспективных систем вооружения.

Помимо этого не фантастикой, а, по всей видимости, реальностью в ближайшем будущем станет использование различных форм психотронного оружия (его существование на данный момент официально не подтверждается большинством отечественных и зарубежных специалистов [11, с. 140]) для воздействия на гражданское население и военнослужащих в период острых политических кризисов, а также климатического оружия для нанесения потенциальному противнику масштабного экономического урона и кибероружия для выведения критически важной инфраструктуры соперника из строя. В следующие 10-15 лет целый ряд государств будет продолжать роботизацию своих армий [5, с. 81] , что повысит их готовность ввязываться в конфликты малой интенсивности, не рискуя при этом жизнями собственных солдат. Это все больше будет трансформировать классическую военную доктрину различных стран и повышать количество гибридных войн.

Однако негосударственные участники международных отношений, прежде всего, террористические организации, не останутся в стороне от научно-технического прогресса и будут также получать доступ к новым технологиям военного назначения (кибероружие, дроны, в отдаленной перспективе и роботы), что повысит их эффективность в ассиметричных войнах с государствами. Временный успех в 2014-2017-х гг. на обширной территории так называемого «Исламского государства», признаваемого на территории России террористической организацией, которое, например, наряду с традиционными для боевиков видами вооружения активно использовало беспилотники [10], продемонстрировал, что террористы готовы быстро применять технические новинки в своей деятельности.

Исходя из различных комбинаций вышеописанных ключевых факторов, можно выделить следующие возможные сценарии кризисов и конфликтов будущего:

Сценарий 1 «Глобальная военная катастрофа». Растущие интересы США на мировой арене на фоне замедления темпов роста экономики, а также осознание собственного технологического лидерства и военного доминирования, приведут американское руководство к мысли о том, что единственной возможностью ограничить экономическую мощь Китая является превентивный удар [8]. С учетом того факта, что подобный конфликт почти наверняка будет проходить с использованием ядерного оружия обеими сторонами, можно предположить, что его последствия будут печальны для всех жителей Земли. Безусловно, возможны и другие участники подобного глобального конфликта, в том числе и Россия, однако с большой долей вероятности можно говорить о том, что США будут его инициатором. Тем не менее, прагматизм американского руководства дает основание говорить о том, что данный сценарий является все же маловероятным, т.к. несет большие риски для Вашингтона.

Сценарий 2 «Эра больших конфликтов». Возрастающая потребность в ресурсах, прежде всего в энергетических, а также появление новых технологий, которые позволят наносить противнику значительный урон, не подвергая свои вооруженные силы, население и территорию большой опасности развяжут руки целому ряду государств, которые попытаются реализовать свои самые смелые замыслы. Ожидать столкновения мировых держав в формате классических войн не стоит, они будут противостоять друг другу в гибридных войнах. В то же время на региональном уровне будут вестись достаточно интенсивные конфликты неядерного характера. Возможна также дезинтеграция сформировавшихся ранее устойчивых коалиций для решения национальных задач.

При определенных вариантах развития событий, речь может даже идти о выходе отдельных членов НАТО из Организации (балканские члены Альянса или Турция), для того чтобы в рамках военных конфликтов, в том числе друг с другом добиться реализации собственных национальных интересов. К примеру, подобными «яблоками раздора» в натовской «корзине» могли бы стать Македонский вопрос, идея Великой Албании, греко-турецкие противоречия. Заявление президента Франции Э. Макрона о «смерти мозга» НАТО [6] в связи с этим применительно к событиям сегодняшнего дня выглядит как эмоциональная реакция на проблемы в отношениях союзников, однако оно может свидетельствовать о системных ошибках, возникших в механизме принятия решений Альянса.

Помимо этого повышенную активность в рамках данного сценария будут проявлять негосударственные участники международных отношений, и прежде всего, террористические организации, которые в первую очередь на Ближнем Востоке попытаются включиться в серьезную геополитическую игру и в битву за ресурсы.  

Сценарий 3 «Хроническая конфликтогенность». Сохранение традиционных противоречий между отдельными странами будет дополняться истощением ресурсной базы государств, что будет толкать их на ведение краткосрочных или среднесрочных конфликтов малой интенсивности в условиях постепенного обновления вооружений и военных технологий. При этом фактор ядерного оружия по-прежнему будет лучшей гарантией мира между мировыми державами. Данный сценарий является самым вероятным в силу своей консервативности. Для РФ он также является наиболее оптимальным, поскольку наличие современного арсенала ядерного оружия позволит ей занимать одно из ведущих мест в системе международной безопасности. Кроме того, Москва получит возможность стать медиатором в конфликтах не только на постсоветском пространстве и на Ближнем Востоке, но и в Африке и Латинской Америке, что, безусловно, усилит ее геополитические позиции в мире (о чем свидетельствует ее вовлеченность в урегулирование ситуации в ЦАР, Судане, Венесуэле уже сегодня).

Сценарий 4 «Долгий мир». Данный сценарий будет характеризоваться отсутствием серьезных конфликтов. Это станет возможным лишь, в том случае, если переход к шестому технологическому укладу действительно уже в обозримом будущем приведет к резкому снижению энергозатратности и материалоемкости основных производств. При этом научно-технологическое развитие государств будет направлено не на решение исключительно проблем обороны государств, а на поиск возможных путей повышения качества жизни людей. При этом всеми членами ООН будет подписано всеобъемлющее соглашение о запрете производства, распространения и испытания всех видов нового оружия массового воздействия (кибероружие, психотронное, электромагнитное). Безусловно, что такой ультралиберальный сценарий в ближайшие 10-15 лет выглядит крайне малореалистичным. Он мог бы быть реализован только в случае полномасштабной реформы самой ООН, о которой много говорят в последние годы [4], поскольку, если в рамках Организации не будет сформирован механизм санкций и контроля, ни одно соглашение в области глобальной безопасности в условиях эрозии международного режима контроля над вооружениями работать не будет.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что в ближайшие годы сохранится тенденция, связанная с возрастанием общего уровня конфликтогенности системы международных отношений. Эволюция внешнеполитических доктрин отдельных государств и формирование у них установок на глобальный или региональный экспансионизм, исчезновение или резкое сокращение некоторых видов ресурсов, а также появление новых угроз, вызванных бурным научно-техническим прогрессом, будут создавать очаги конфликтов по всему миру.

Как известно из общей теории конфликтологии, любой конфликт может иметь позитивную функцию, поскольку он вскрывает глубинные противоречия сторон и тем самым создает условия для нормализации ситуации в будущем. В этой связи бояться грядущих конфликтов не стоит. К ним нужно готовиться уже сегодня, тщательно анализируя противоречия, возникшие между различными игроками на мировой арене, помня при этом о том, что от любого конфликта лучше уклониться, а если уж пришлось в нем участвовать, то, стоит все силы направить на достижение мира.

В этой связи в будущем резко возрастет запрос на использование широкого арсенала дипломатических средств, начиная от классической двусторонней и многосторонней дипломатии, заканчивая инструментарием церковной, цифровой и публичной дипломатии. Кроме того, всем странам, которые не хотят стать жертвами в потенциальных конфликтах потребуется укрепление своих вооруженных сил, социально-экономической и политической системы. С удвоенной энергией эту задачу предстоит решать России, угрозы национальной безопасности которой будут, к сожалению, лишь возрастать в обозримом будущем. Однако подобные негативные прогнозы никогда не пугали нашу страну, не должно это произойти и в XXI в., несмотря ни на какие конфликты на региональном и глобальном уровне.

Список источников

  1. Запольскис А. Война за воду может стать реальностью. Режим доступа: https://regnum.ru/news/2581080.html (дата обращения: 10.11.2019).
  2. История международных отношений: В трех томах: Учебник/ Под ред. А. В. Торкунова, М. М. Наринского. Т. I: От Вестфальского мира до окончания Первой мировой войны / А. В. Ревякин, Н. Ю. Васильева. — М.: Аспект Пресс, 2012. 400 с.
  3. Козюлин В. Всемирный забег на гиперзвуковую скорость. Режим доступа: https://expert.ru/2019/06/18/vsemirnyij-zabeg-na-giperzvukovuyu-skorost/ (дата обращения: 10.11.2019).
  4. Кику Д. Реформирование Совета Безопасности ООН: Pro et contra. Режим доступа: https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/reformirovanie-soveta-bezopasnosti-oon-pro-et-contra/?sphrase_id=32476251 (дата обращения: 10.11.2019).
  5. Макаренко С. И. Робототехнические комплексы военного назначения -современное состояние и перспективы развития // Системы управления, связи и безопасности. 2016. №2. С. 73-132.
  6. Макрон объяснил, почему "мозг НАТО мертв". Режим доступа: https://ria.ru/20191107/1560676605.html (дата обращения: 10.11.2019).
  7. Пентагон заявил об утраченном США преимуществе в разработке гиперзвукового оружия. Режим доступа: https://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/4916932  (дата обращения: 10.11.2019).
  8. Превентивный ядерный удар США по России и Китаю: реальность или иллюзия. Режим доступа: https://ee.sputniknews.ru/analytics/20170318/5120795/preventivnyj-jadernyj-udar-ssha-rossii-kitaju-realnost-illjuzija.html (дата обращения: 10.11.2019).
  9. Снесарев А. Е. Философия войны. — М.: Ломоносовъ, 2013. 283 с.
  10. Ужас с неба: начиненные взрывчаткой дроны ИГИЛ могут нести смерть по всему мир. Режим доступа: https://riafan.ru/829879-uzhas-s-neba-nachinennye-vzryvchatkoi-drony-igil-mogut-nesti-smert-po-vsemu-miru (дата обращения: 10.11.2019).
  11. Холодный Ю.И. История «психотронного оружия»: появление, «развитие» и угроза рецидива //  В защиту науки. Бюллетень / [отв. редактор Е.Б. Александров]; составители Е.Б. Александров, Ю.Н. Ефремов, А.Г. Сергеев; Комиссия РАН по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований. Москва, 2017 С.140-162.
  12. Шапошников Б. М. Мозг армии. В 3-х книгах: Кн. 1. — М.-Л.: Государственное издательство. Отдел военной литературы. 1927. 259 с.

Коренев Е.С.


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Оборона и безопасность
Возрастное ограничение