Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Политика и геополитика / О национальной идее / Статьи
Экономическая безопасность России: понятие, структура, сравнительная и перспективная оценка
Материал разместил: -Дата публикации: 08-12-2010

Происходящие изменения в международной обстановке обусловливают необходимость разработки новых подходов к сравнительной оценке уровня политической, экономической и военной безопасности различных стран мирового сообщества.

Актуальность этого подтверждается рядом обстоятельств внутреннего и внешнего характера.

Во-первых, налицо стремление некоторых государств, прежде всего США, дополнить свое превосходство экономическими рычагами давления на остальные страны для достижения своих политических интересов.

Во-вторых, обостряется проблема соблюдения баланса между позитивными и негативными сторонами глобализации с точки зрения обороноспособности государства.

Таким образом, первоочередной задачей любого государства мира в настоящее время является достижение такого уровня экономической безопасности, который гарантировал бы внутреннюю стабильность, активное участие в международном разделении труда и одновременно национальный суверенитет.

  

Понятие экономической безопасности государства

В Законе Российской Федерации "О безопасности"  понятие "<национальная> безопасность" определяется как "состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз". При этом "жизненно важные интересы" представляются как "совокупность потребностей, удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможности прогрессивного развития личности, общества и государства"[1].

Таким образом, экономическая безопасность является неотъемлемой составной частью национальной безопасности. Собственно же экономическая безопасность может быть представлена как состояние защищенности национального хозяйства от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечивается поступательное развитие общества, его экономическая и социально-политическая стабильность, не смотря на наличие неблагоприятных внешних и внутренних факторов[2].

Экономическая безопасность государства – сложное социально-экономическое понятие, отражающее большую гамму постоянно меняющихся условий материального производства, внешних и внутренних угроз экономике страны.

В этой связи следует также заметить, что для государства (как и для общества, и для личности) не существует абсолютной экономической безопасности, то есть состояния, когда отсутствуют какие-либо внешние и внутренние угрозы национальному хозяйству.

Очевидно, что экономическая безопасность государства определяется, прежде всего, состоянием производительных сил и социально-экономических отношений, масштабами использования достижений научно-технического прогресса в хозяйстве страны, структурой внешнеэкономических связей. В этой связи можно утверждать, что материальную основуэкономической безопасности государства составляют развитые производительные силы, способные обеспечить расширенное воспроизводство и цивилизованную жизнь граждан. Экономическая безопасность государства тесно связана с понятиями "развитие" и "устойчивость" экономики.

Развитие национального хозяйства - один из компонентов экономической безопасности. Если экономика не развивается, то у государства резко сокращаются возможности сопротивляемости негативным внешним и внутренним воздействиям.

Устойчивость национального хозяйства страны как единой системы означает прочность и надежность ее элементов, экономических и организационных связей между ними, способность выдерживать внутренние и внешние нагрузки.

Например, в периоды истории СССР/России, характеризовавшиеся наивысшим уровнем экономической безопасности, имело место прогрессивное развитие экономики, совпадающее со стабильным ростом ее макроэкономических показателей (рис. 1).

Очевидно, что к основным факторам экономической безопасности страны также относятся: ее географическое положение; запасы природных ресурсов; промышленный и сельскохозяйственный потенциал; степень социально-демографического развития и, наконец, качество государственного руководства.

США, Россия, Япония, Китай, страны Евросоюза и ряд других государств мира занимают лидирующее положение в мире по промышленному потенциалу, сельскохозяйственному производству, запасам природных ресурсов, имеют выгодное географическое положение, что способствует обеспечению их экономической безопасности.

Вместе с тем, они порой резко отличаются по промышленному потенциалу, запасам полезных ископаемых, социально-демографическому развитию, а также характеру государственного регулирования экономики, что, в значительной мере, обусловливает различия в уровне защищенности их национального хозяйства.

 

Структура экономической безопасности государства

Составными структурными элементами экономической безопасности государства являются: технологическая, технико-производственная, валютно-кредитная, сырьевая, энергетическая, экологическая, информационная и экологическая составляющие (рис. 2).

Технологическая составляющая экономической безопасности обусловливает такое состояние научно-технического потенциала страны, которое гарантирует конкурентоспособность национальных товаров и услуг на рынках наукоемкой (высокотехнологичной) продукции, а также обеспечивает самостоятельную разработку в минимально короткие сроки новейших технологических решений, предопределяющих прорывы в ведущих отраслях гражданского и оборонного производства.

Рис.1. Динамика макроэкономических показателей СССР/России в период с 1950 по 2005 гг

 
  

Рис.2. Структурные элементы экономической безопасности государства

Мировая практика показывает, что обеспечение технологической составляющей экономической безопасности возможно лишь при условии национального хозяйства на путь инновационного развития[3].

Одной из эффективных является инновационная система США. Для этой системы характерны: четко сформулированные задачи национального масштаба по инновационному развитию национального хозяйства; огромные по сравнению с другими странами расходы на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) по созданию инновационных технологий; государственное финансирование значительной части этих расходов; защита интеллектуальной собственности в рамках государственной инновационной политики (стимулирование активного патентования); тесные связи между инновационными компаниями и университетами; большая доля венчурного капитала в общем объеме финансирования НИОКР. Финансирование НИОКР в США осуществляется промышленными предприятиями (свыше 100 млрд. долл. в год), федеральной администрацией (в 2004 году – 89 млрд. долл.) и другими правительственными структурами и частными организациями.

Значительное внимание развитию наукоемких отраслей экономики уделяет Китай. В последнее время страна значительно продвинулась в своем стремлении достичь технологического паритета с ведущими государствами мира, о чем было заявлено еще в 1985 году. Так, в 2004 году доля расходов на НИОКР составила 1,2 % ВВП.

Китайскими приоритетами в науке и технике являются крупномасштабные интегрированные сети, программное обеспечение и системы информационной безопасности, станкостроение и др. При этом основной упор делается на создание совместных предприятий и приобретение   зарубежных   фирм,   что   позволяет использовать  передовые
иностранные технологии[4].

Европейские государства также играют активную роль в процессе формирования инновационных систем национального и регионального уровней. В рамках Барселонского соглашения 2002 года главы европейских государств и правительств согласились в течение 10 лет увеличить финансирование НИОКР с 1,9 до 3 % ВВП, что позволит к 2014 году достичь технологического уровня США и Японии[5].

Большое значение для обеспечения экономической безопасности государства имеет ее технико-производственная составляющая. Под ней понимается способность национального хозяйства страны в случае нарушения внешнеэкономических связей или внутренних социально-экономических потрясений оперативно компенсировать их негативные последствия, устойчиво осуществлять расширенное воспроизводство, удовлетворять общественные (в том числе и оборонные) потребности. Она тесно связана как с материально-вещественными, так и с социальными факторами производства.

Особую опасность для национальной безопасности государства представляет зависимость от внешних поставок. В случае обострения экономического или развязывания прямого военного противоборства такая зависимость может привести к существенным экономическим затруднениям и даже потере экономической самостоятельности.

Наиболее экономически самостоятельными странами являются Япония и США. Процент импорта продукции к ВВП в них составляет 8 и 13 % соответственно.

В тоже время в России, Германии, Франции, Великобритании и Италии диапазон значений отношения объема импорта к ВВП варьируется в диапазоне 20 – 30 %. В этой связи можно констатировать, что Россия стоит в одном ряду с экономически независимыми странами Европы.

Страны, национальное хозяйство которых находится в орбите чьего-либо влияния, имеют отношение объема импорта к ВВП 40 – 70 %. В Европе в эту группу попадает Австрия (45 %), Бельгия (73 %), Голландия (56 %), Ирландия (73 %), Португалия (40 %), Чехия (62 %), Венгрия (55 %), Словакия (67 %). Выход за этот диапазон говорит об экономике страны, которая уже не может жить самостоятельно. Примером является Эстония, у которой характерный показатель находится на уровне 80 %.

Валютно-кредитная составляющая может быть определена как возможность государства получать, размещать и использовать отечественные и зарубежные кредиты и инвестиции, а также рассчитываться по ним в пределах, обеспечивающих устойчивое функционирование своей валютно-финансовой системы и удовлетворение общественных потребностей в неблагоприятных внешних и внутренних экономических условиях.

Мировой опыт свидетельствует, что устойчивость экономического роста и экономическая безопасность государства возможна лишь при инвестиционном типе развития национального хозяйства. Каждая страна по-своему реализует этот тип, однако практически всегда соблюдаются оптимальные соотношения, дающие максимальный эффект для экономики государства:

  • объем инвестиций должен составлять 20 – 25 % ВВП (уровень капитализации);
  • при этом доля прямых иностранных инвестиций должна составлять не менее 15 – 17 % от объема внутренних;
  • степень износа основных фондов не должна превышать 30 – 35 %.

Таким образом, например, для России удвоение ВВП невозможно без обеспечения устойчивого притока значительных объемов инвестиций (не менее 1,11 трлн. долл., в том числе прямых иностранных инвестиций – не менее 170 млрд. долл. за 2004 – 2013 гг.[6]).

В этой связи, встает проблема инвестиционной привлекательности государства. При этом в качестве основных составляющих инвестиционной привлекательности обычно рассматриваются две характеристики: инвестиционный риск и инвестиционный потенциал[7].

В этой связи следует заметить, что Россия обладает большим инвестиционным потенциалом, реализация которого пока еще сдерживается имеющимся инвестиционным риском[8].

Продовольственнаяисырьевая составляющиепредполагают обеспеченность экономики страны соответственно продовольствием и сырьем в размерах необходимых для эффективного функционирования национального хозяйства.

Обеспечение продовольствием населения страны является важнейшим фактором экономической безопасности государства. Например, в США, согласно Закону о продовольственной безопасности (FoodSecurityAct, 1985), критический уровень запасов продовольствия определяется 40 % среднегодового потребления. В качестве важнейших мероприятий, обеспечивающих население продовольствием, названы поддержка стабильности продаж на внутреннем рынке продовольствия национального производства и осуществление программ продовольственной помощи малоимущим[9].

Важнейшей мерой обеспечения продовольственной и сырьевой составляющей экономической безопасности США, Канады и других постиндустриальных стран является так же дотация сельского хозяйства из государственного бюджета, поддержка и лоббирование экспорта сельскохозяйственной продукции.

В то же время Россия до сих пор не достигла советского уровня обеспечения граждан продовольствием[10]. Одновременно более 70 % продовольственной продукции поступает в Россию из стран Евросоюза, США и Канады[11].

Обеспечение важнейшими видами сырья также является одним из главных факторов экономической безопасности государства. При этом проблемным вопросом обеспечения продовольственной и сырьевой безопасности является зависимость национального хозяйства от импорта продовольственных и сырьевых ресурсов.

Энергетическая составляющая экономической безопасности государства предполагает обеспечение стабильности физических поставок энергоносителей для внутреннего потребления и адаптацию национальной экономики к новым мировым ценам на них.

Одним из основных проблемных вопросов здесь выступает создание диверсифицированной структуры импорта энергоносителей и энергоресурсов, а также внедрение энергосберегающих технологий. Решение этой проблемы на государственном уровне дает возможность предупредить угрозы, связанные с энергодифицитом в национальном хозяйстве.

Примером формирования диверсифицированной структуры импорта энергоносителей и энергоресурсов, а также внедрения энергосберегающих технологий являются США – лидер потребления и импорта нефти и нефтепродуктов[12].

Одновременно США непрерывно снижают энергоемкость и нефтеемкость своего ВВП. Особое внимание уделяется развитию энергосберегающих технологических процессов и высоких технологий, поддержке работ, направленных на повышение в энергобалансе страны доли возобновляемых и нетрадиционных источников энергии. В итоге за 1970 – 1980 гг. энерго- и нефтеемкость ВВП США снизилась соответственно на 17 и 12 %, а в 1980 – 1990 гг. – еще на 19,5 и 25,9 %. В 2000 году энергоемкость и нефтеемкость ВВП составила 0,417 и 0,171 т. условного топлива на 1 тыс. долл. соответственно[13].

Кроме того, согласно Закону об энергетической политике и экономии энергии 1975 г., в США создан стратегический нефтяной резерв (СНР) и разработана программа по созданию хранилищ сырой нефти.

Задача программы - создание хранилищ сырой нефти емкостью 750 миллионов баррелей (около 120 млн. тонн) в больших подземных соляных кавернах в шести местах на побережье Мексиканского залива (в шт. Луизиана - Бэйю-Чокто, Салфер-Майнз, Уикс-Айленд и Уэст-Хэкберри; в шт. Техас - Брайанд-Маунт и Биг-Хилл)[14]. Кроме чрезвычайных ситуаций общенационального характера, когда президент принимает решение на изъятие нефти из СНР, этот резерв используется также и для решения локальных задач. Так, в середине 2000 г. дважды принималось решение о выделении из СНР по 500 тыс. баррелей нефти двум нефтеперегонным компаниям в штате Луизиана, доставка сырья которым была блокирована из-за аварии в судоходном канале.

Повышение энергоэффективности российской экономики также является одним из главных приоритетов Энергетической стратегии России до 2020 года, одобренной Правительством РФ в августе 2003 года. Согласно этой стратегии почти ¾ необходимого прироста энергопотребления должно обеспечиваться за счет энергосберегающих мероприятий[15].

Постановлением № 796 от 17 ноября 2002 года Правительство утвердило федеральную целевую программу «Энергоэффективная экономика» на 2002 – 2005 гг. и на перспективу до 2010 года» – важнейший инструмент реализации отечественной энергетической стратегии. Основная цель программы – создание социально-ориентированного энергетического хозяйства, обеспечивающего за счет структурной перестройки энергопроизводящих и энергопотребляющих отраслей эффективное энергосбережение, надежное обеспечение энергоносителями отраслей экономики, снижение энергоемкости ВВП к 2005 году на 13 %, и к 2010 году – на 26 % по сравнению с 2000 годом[16].

Энергетическая составляющая экономической безопасности государства также предполагает определение, выявление и систематизацию событий, наступление которых прямо или косвенно может нанести ущерб развитию топливно-энергетического комплекса (ТЭК). В этой связи, к числу других проблем, снижающих энергетическую безопасность государства, можно отнести: изношенность основных фондов, разрыв внутренних и мировых цен на энергоносители, темпы и масштабы национализации и приватизации в отрасли, рост аварийности на предприятиях ТЭК страны.

В этой связи, например, Энергетическая стратегия России предусматривает реструктуризацию ряда энергодобывающих отраслей промышленности[17].

Экологическая составляющая предусматривает такое состояние национальной экономики, при котором предотвращаются или своевременно разрешаются противоречия между обществом и средой обитания, не допускается нанесение ущерба экономическому потенциалу государства.

Решение проблемы загрязнения окружающей среды тесно увязывается с ограничением хозяйственной деятельности человека и, прежде всего, с нейтрализацией антропогенных воздействий на естественные экологические системы, озоновый слой атмосферы, землю, ее недра, поверхностные и подземные воды, атмосферный воздух, леса и иную растительность, животный мир, микроорганизмы, генетический фонд и природные ландшафты.

В этой связи, государство призвано обеспечить сохранность природного потенциала страны (региона, мира) при обеспечении возможности своего экономического роста[18].

В этой ситуации осторожность России в отношении ратификации Киотского протокола понятна: плата за выполнение обязательств перед мировым сообществом может оказаться для экономики государства слишком высокой.

Информационная составляющая предполагает такой порядок взаимного обмена производственными, научно-техническими и другими сведениями внутри хозяйственного комплекса государства и с зарубежными партнерами, при котором будут гарантироваться: надежный информационный обмен; повышение доли нематериальных активов в национальном богатстве; увеличение «удельного веса» информации в конечной стоимости производимого внутреннего продукта; а также тайна технологии производства.

Аксиомой является положение о том, что страна, имеющая превосходство в информационном обеспечении национального хозяйства, силах и средствах информационного противоборства, может рассчитывать на лидерство в экономической и военно-политической областях, иметь стратегическое и экономическое преимущество.

В 60 - 70-е годы XX века экономика Японии и некоторых других стран Восточной Азии смогла осуществить стремительный рывок благодаря повышению уровня работы с информацией – развитию информационного менеджмента и созданию деловых информационных сетей. Это лидерство остается и сегодня.

США в 80 – 90-е годы прошлого века также добились существенных успехов в экономике на основе электронно-информационных технологий и структурной реорганизации национального хозяйства с использованием информационных сетей. В последние годы за счет внедрения информационных технологий обеспечивается 1/3 прироста ВВП страны. Развитие информационных технологий в США считается главным условием перехода к «новой экономике» - «экономике, базирующейся на знаниях и идеях».

В утвержденной Президентом России Доктрине информационной безопасности Российской Федерации[19] в качестве приоритетных задач развития национальной экономики рассматривается развитие современных информационных технологий, отечественной индустрии средств информатизации, телекоммуникации и связи, обеспечение внутреннего рынка ее продукцией и выход этой продукции на мировой рынок, а также накопление, сохранность и эффективное использование отечественных информационных ресурсов.

Очевидно, что в современных условиях только на этой основе можно решать проблемы создания наукоемких технологий, технологического перевооружения промышленности, приумножения достижений отечественной науки и техники. В этой связи в России сегодня реализуются Федеральные целевые программы «Национальная технологическая база», «Электронная Россия», «Развитие электронной техники в России» направленные на укрепление информационной составляющей экономической безопасности нашего государства[20].

Таким образом, рассмотрение структуры и составных частей экономической безопасности государства предоставляет возможность определить факторы, влияющие на этот вид национальной безопасности в современных условиях.

В этой связи также становится очевидным, что обеспечение экономической безопасности представляет собой важнейшую функцию государства. Как специфическое направление государственной экономической политики, оно охватывает систему отношений между хозяйствующими субъектами по удовлетворению экономических потребностей общества и имеет целью поиск оптимальных путей решения всего комплекса экономических проблем[21].

 

Сравнительная оценка уровня экономической безопасности государства

Сравнительная оценка уровня экономической безопасности государства может базироваться на определении значений нормированных относительно соответствующих пороговых уровней частных показателей экономической безопасности государства[22].

Результаты расчетов нормированных частных показателей, характеризующие отдельные компоненты безопасности национального хозяйства России, США, Японии, Германии, Великобритании, Италии, Южной Кореи и КНР в период 1997 – 2006 гг., позволили оценить уровни различных сторон экономической безопасности этих государств мира[23].

Результаты же расчетов значений общих (интегрирующих) нормированных  показателей экономической безопасности России, США, Японии, Германии, Великобритании, Италии, Южной Кореи и КНР при одинаковой значимостикомпонент безопасности национального хозяйства в период 1997 – 2006 гг., представлены в табл. 1. и на рис 3.  

Таблица 1

 Интегральный показатель уровня экономической безопасности

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Здесь единичное значение общего (интегрального) показателя уровня экономической безопасности государства соответствует общему (интегральному) условному порогу, который, тем не менее, дает представление о некоторой границе между состоянием защищенности и состоянием   незащищенности   национального   хозяйства    от    внешних    и внутренних угроз[24].

  

Рис. 3. Динамика изменения значений интегрального показателя уровня экономической безопасности развитых государств мира (1997-2006 гг.)

Полученные значения общих нормированных показателей экономической безопасности России, США, Японии, Германии, Великобритании, Италии, Южной Кореи и КНР в период 1997 – 2006 гг., на наш взгляд, вполне адекватно отражают те явления и процессы, которые происходили и происходят в экономике этих государств и в мировом хозяйстве в целом. В частности, изменения уровней экономической безопасности свидетельствуют об их «падении» в годы экономических кризисов и росте в периоды наличия благоприятной обстановки для развития национальных хозяйств этих стран и роста мировой экономической конъюнктуры.

Анализ полученных значений позволяет предположить, что предлагаемый подход к сравнительной оценке уровня экономической безопасности России дает возможность, с одной стороны, оценить динамику изменения экономической безопасности нашего государства, а с другой - сравнивать уровень безопасности отечественного национального хозяйства с уровнями экономической безопасности различных зарубежных стран.

Предлагаемый подход к сравнительной оценке уровня экономической безопасности России не претендует на универсальность и всесторонний детальный охват всех факторов, влияющих на безопасность национального хозяйства нашей страны. Однако простота расчетов частных и общих показателей экономической безопасности различных государств мира дает, как представляется, возможность оценивать динамику изменения уровней и перспективу обеспечения их экономической безопасности, атакже сравнить уровни безопасности национальных хозяйств разных стран.

 

Перспективы экономического развития и повышения уровня экономической безопасности России

По поручению президента Российской Федерации Министерство экономического развития и торговли разработало Концепцию долгосрочного социально-экономического развития нашего государства на период до 2020 года, целью которой явилось определение путей устойчивого повышения благосостояния российских граждан, укрепления экономической безопасности страны и развития экономики России. При этом главным стратегическим экономическим ориентиром было названо восстановление Россией статуса мировой экономической державы[25].

Стратегической целью было провозглашено превращение нашего государства в одного из глобальных лидеров мировой экономики, выход его на уровень социально-экономического развития высокоиндустриальных стран. К 2020 году, согласно этой Концепции, Россия должна: войти в первую шестерку ведущих стран мира по экономической мощи – производству валового внутреннего продукта[26]; обеспечить уровень благосостояния населения до соответствующего развитым странам мира[27]; а также достичь научного, технологического и финансового лидерства, обеспечивающего специализацию страны в мировой экономике[28].

Системное решение этих задач состоит в переходе российской экономики от экспортно-сырьевого типа развития к инновационному типу[29]. Это позволит резко расширить ее конкурентный потенциал за счет наращивания сравнительных преимуществ в науке, образовании и высоких технологиях и на этой основе задействовать новые источники экономического роста.

В условиях глобальной конкуренции предлагается обеспечить опережающее «прорывное» развитие в тех секторах российской экономики, которые определяют ее специализацию в мировом хозяйстве. Это, в свою очередь, обусловливает необходимость реализации сразу четырех стратегий экономического развития:

  • во-первых, использование глобальных конкурентных преимуществ России в сферах энергетики, транспорта и аграрного сектора;
  • во-вторых, формирование мощного научно-технологического комплекса, обеспечивающего глобальную специализацию России на высокотехнологичных рынках;
  • в-третьих, структурная диверсификация национального хозяйства и,
  • в-четвертых, развитие рыночных отношений, демократии и обеспечение защиты прав и свобод предпринимательства.

Однако реализация этих стратегий будет происходить в условиях сохранения в долгосрочной перспективе высоких темпов роста мировой экономики[30], поступательного развития глобализации и усиления ее региональной составляющей.

Мировой экономический рост будет достигнут главным образом за счет развивающихся стран, прежде всего Китая и Индии, которые будут определять 45 – 50 % роста мирового хозяйства[31]. Опережающие темпы роста затрат на НИОКР в Китае и Индии приведут к 2020 году к превращению их в одних из лидеров научно-технического развития в мире.

Таким образом, тенденции развития мировой экономики в долгосрочной перспективе создают и новые возможности, но и новые риски для Российской Федерации в плане обеспечения ее экономической безопасности.

Новые возможности для повышения уровня экономической безопасности России будут заключаться, в использовании имеющихся стратегических ресурсов, прежде всего – в реализации энергетического, транзитного, экологического и высокотехнологичного потенциала нашей страны и ее экономики. Одновременно, новая волна высокотехнологичных разработок на основе нано- и биотехнологий открывают перед Россией возможности для «порыва» на мировые рынки[32].

В то же время нестабильность мировых рынков энергоносителей, диверсификация каналов поставки газа и нефти на европейский и китайский рынки в обход России неизбежно окажет влияние на изменение ее позиций как одного из ведущих поставщиков этих видов энергоносителей[33]. Одновременно глобализация финансовых рынков может повысить риски утраты российской финансовой системой своей самостоятельности и превращения ее в периферийный сегмент европейского и американского финансовых рынков.

Таким образом,перспективы экономического развития и повышения уровня экономической безопасности России будут определяться как объективными условиями и факторами развития мирового хозяйства, так и субъективными экономическими, социальными, но, главное – политическими процессами, происходящими в различных мировых регионах и в нашей стране.

*          *          *

Эффективная система обеспечения экономической безопасности – вопрос жизни любого государства. Тем более это важно для сегодняшней России, стремящейся занять достойное место в мировом геополитическом и экономическом пространстве.

Анализ тенденций развития мирохозяйственных связей, научно-технических преобразований в экономике, мировых интеграционных процессов и воздействия этих факторов на экономические основы национальной безопасности государств мирового сообщества позволяет наметить основные направления обеспечения экономической безопасности государства. При этом, очевидно, что оценка эффективности обеспечения безопасности национального хозяйства страны немыслима без определения ретроспективных, текущих и предполагаемых уровней экономической безопасности государства.



[1] См. Закон Российской Федерации "О безопасности" (в редакции Указа Президента РФ от 24 декабря 1993 года № 2288 и Федерального закона от 25 июля 2002 года № 116-ФЗ). // Закон Российской Федерации "О безопасности". Федеральный закон "О Федеральной службе безопасности". - М.: "Ось-89", 2004. - 48 с.

Применительно к России, очевидно, правильнее было бы говорить не о национальной безопасности (поскольку Россия – многонациональная страна), а о безопасности российского народа. Тем не менее, далее в статье такого разделения не делается.

По нашему мнению, жизненно важные интересы – это только часть широкого спектра объектов национальной безопасности, причем субъективно выделяемая и динамично связанная с реализуемой политикой, которая, в свою очередь, во многом – результат влияния отдельных групп людей и партий. Определение и, даже, формулирование жизненно важного национального интереса (для России – жизненно важного интереса российского народа), безусловно, представляется отдельной научной проблемой, подходы к решению которой в экономической сфере автор попытается представить в одной из следующих своих работ.

Наряду с экономической безопасностью, национальная безопасность включает в себя внешнеполитическую и внутриполитическую безопасность государства, его военную безопасность, информационную безопасность, личную, социальную, духовную, экологическую и другие виды безопасности.

[2] В "Концепции экономической безопасности Российской Федерации" и др. отечественных концептуальных документах понятие "экономическая безопасность" определено как "возможность и готовность экономики обеспечить достойные условия жизни и развития личности, социально-экономическую и военно-политическую стабильность общества и государства, противостоять влиянию внутренних и внешних угроз". См. Концепция экономической безопасности Российской Федерации. Основные положения. - М.: Научный совет при Совете безопасности РФ, 1994; «Государственная стратегия экономической безопасности Российской Федерации (Основные положения)», одобренная Указом Президента РФ № 608 от 29 апреля 1996 года.

Отсутствие единой трактовки понятия «экономическая безопасность государства», безусловно, затрудняет понимание этого термина. В статье дается, на наш взгляд, наиболее приемлемый (но, не единственно возможный) и взвешенный подход к определению этого понятия. При этом понятие «экономическая безопасность государства» отличается от понятий «экономическая безопасность общества» и «экономическая безопасность личности». В этой связи, например, рассмотрение «состояния защищенности национального хозяйства» ограничивается рассмотрением состояния общей защищенности всей совокупности хозяйств резидентов государства от внешних и внутренних угроз (опасностей). См. Гордиенко Д.В. Основы экономической безопасности государства. Монография. – М.: ВАГШ, АВН, 2006.

[3] Об инновационном развитии экономики см., напр., Кузык Б.Н., Яковец Ю.В. Россия 2050: стратегия инновационного прорыва. – М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2004. Инновации и экономический рост. / Отв. ред. К. Микульский. – М.: Наука, 2002. Гордиенко Д.В. Экономический рост и военное производство. //. Общество и экономика. № 9, 2005. – С.187 – 207. Гордиенко Д.В., Баскаков В.В. Экономический рост и военно-промышленное производство. // «Финансы. Экономика. Безопасность». № 12 (17), 2005. – С. 21 - 24, № 1 (18), 2006. – С. 19 – 22.

[4] Так, например, китайская станкостроительная компания ShenyangMachineToolCo. Ltd. в 2004 году купила обанкротившуюся немецкую SchiessAG (Ашерслебен, Восточная Германия). В том же году американская IBM продала свое подразделение по производству персональных ЭВМ, а также свои признанные торговые марки китайской Lenovo.

[5] Одновременно правительство Великобритании признало необходимым оказывать содействие технологическому развитию экономики не только посредством финансирования научных исследований, но и путем объединения усилий частных компаний и научных организаций по разработке новых продуктов и технологических процессов, создания Совета по технологической стратегии Великобритании (UK Technology Strategy Board), а также определения приоритетов в области развития инновационных технологий (Research and Technology Priorities). Правительство Франции также наметило 5 основных направлений формирования инновационной политики: разработка инновационного плана; концентрация и интенсификация связей между промышленной базой, научными учреждениями и ВУЗами (создание «полюсов конкурентоспособности»); принятие Закона об ориентации научных исследований; создание Национального научного агентства (АНВАР) и Национального агентства промышленных инноваций (АПИ), призванных оказывать поддержку соответственно ученым в сотрудничестве с бизнес-сектором и промышленным корпорациям в их инновационной деятельности. Более подробно см., напр., Семенова Е.А. Мировой рынок наукоемкой продукции и позиции России. // Аналитические обзоры РИСИ. - № 3 (8). – 26 с.

[6] Фактически речь идет о необходимости удвоения общего объема инвестиций в основной капитал и об учетверении объема прямых иностранных инвестиций по сравнению со среднегодовыми темпами инвестирования в 1995 – 2002 гг.

[7] Инвестиционный риск характеризует вероятность потери инвестиций и дохода от них. Интегральная оценка риска складывается из семи видов риска: законодательного, политического, экономического, финансового, социального, криминального, экологического. Инвестиционный потенциал учитывает основные макроэкономические характеристики, такие как насыщенность факторами производства, потребительский спрос населения и другие показатели. Совокупный инвестиционный потенциал государства складывается из восьми частных потенциалов: трудового, потребительского, производственного, финансового, институционального, инновационного, инфраструктурного и природоресурсного.

[8] Традиционно итоговая оценка экономик различных стран дается на проводимом ежегодно Всемирном экономическом форуме (ВЭФ) в Давосе (Швейцария) и публикуется в «Отчете по глобальной конкурентоспособности». Одним из основных показателей успешности экономик является их текущая и перспективная конкурентоспособность, которая отражается в рейтингах конкурентоспособности CCI (Current Competitiveness Index) и GCI (Growth Competitiveness Index). В 2006 году Россия по индексу перспективной конкурентоспособности заняла 64 место в мире (США – 1-е, Канада – 8-е, Великобритания – 11-е, Япония – 13-е, Германия – 14-е, Ю.Корея – 22-е, Китай – 33-е, Италия – 39-е, Индия – 48-е). Наряду с рейтингами крупнейших в мире рейтинговых агентств, таких как Moody’s, Standard & Poor’s Corporate, рейтинги ВЭФ дают сигналы для инвесторов о вкладах в экономику той или иной страны. Например, в 2003 году международное агентство Moody’s Investors Service присвоило нашей стране рейтинг инвестиционного уровня Ваа3 (по суверенным облигациям). Одновременно были повышены рейтинги российских еврооблигаций, облигаций внутреннего валютного займа и рейтинг банковских депозитов в иностранной валюте. Агентство объяснило свое решение «усилением приверженности России благоразумной политике управления финансами и долгами; существенным улучшением ситуации в сфере ликвидности; формированием стабилизационного фонда для компенсации возможного падения цен на сырьевых рынках, а также снижением политических рисков в стране». Это повысило статус Российской Федерации на международных рынках капитала в плане ее инвестиционной привлекательности.

[9] В США по специальной программе снабжается продовольствием 28 млн. чел. взрослого населения (15 % всего населения) страны, 24 млн. школьников и дети до 4-летнего возраста. Общая стоимость продовольственной помощи составляет более 27 млрд. долл. в год.

[10] Обеспечение граждан нашей страны продовольствием в значительной степени сдерживается не отсутствием продовольствия, а низкой покупательной способностью россиян. Если в 1989 году потребление мяса в России находилось на уровне 73 кг на человека в год при медицинской норме около 80 кг, то в 2006 году оно составило 55 кг. Аналогичное положение сложилось сегодня и с обеспечением граждан России молочными и рыбными продуктами. В 2006 году потребление молокопродуктов составило 235 кг на душу населения при почти выполнявшейся в СССР норме в 392 кг в год. Потребление же рыбы в 2006 году составило 12 кг на человека в год по сравнению с 20 кг в 1989 году.

[11] Доля импорта в Россию сельскохозяйственной продукции в течение последних дней находится на уровне 35 - 38 %, что приводит к вытеснению отечественного продовольствия с российского рынка.

[12] Из импортируемых в 2002 году 561 млн. т. нефти и нефтепродуктов из Канады и Мексики (партнеров по НАФТА) поступило 171,7 млн. т., из стран Южной и Центральной Америки – 119,2 млн. т., из Африки – 69,1, из Европы – 57,0, из стран Азиатско-Тихоокеанского региона – 12,8, из России и СНГ – 9,8 млн. т. и из стран Ближнего Востока – 114,7 млн. т. К тому же у США есть «запасные» месторождения нефти и газа, которые находятся в заповедных регионах Аляски. Таким образом, США относительно обезопасили себя на случай катастрофического развития событий, скажем, на Ближнем Востоке.

[13] Боле подробно, см., напр., Воронин А.Ю. Энергетическая стратегия России. – М.: Издательский дом «Финансовый контроль», 2004 – 264 с. Симония Н. Энергобезопасность Запада и роль России. // Россия в глобальной политике, 2004, том 2, № 2, с. 77 – 91. Байков Н., Александрова И. Производство и потребление топливно-энергетических ресурсов в XX в. // МЭ и МО, 2001, № 9, с. 27 – 33.

[14] Хранилища планируется связать с крупными распределительными системами частного сектора и поддерживать в готовности выйти на полную мощность выкачивания в течение 15 дней с момента получения соответствующего распоряжения.

В последние пять лет реальные запасы нефти в СНР поддерживаются на уровне 570 млн. баррелей (около 90 млн. тонн). Однако, если в 1998 г. они обеспечивали замещение чистого импорта сырой нефти в течение 60 суток, то в 2001 г. подобные же запасы способны заместить импорт только в течение 53 суток. Снижение этого показателя - результат роста потребностей США в импорте сырой нефти и снижения ее добычи внутри страны.

[15] См. Энергетическая стратегия России на период до 2020 года. – М., 2003. При реализации энергосберегающей политики Министерство промышленности и энергетики и Федеральное агентство по энергетике опираются на Федеральный закон РФ «Об энергосбережении» (1996) и ряд поправок на его основе в Гражданском, Уголовном и Налоговом кодексах.

В июле 2003 г. в закон были внесены изменения в части перераспределения полномочий между Центром и субъектами федерации. В перспективе предполагается внести поправки в составление энергетических паспортов, топливно-энергетических балансов и экспертиз энергетической части инвестиционных проектов, в порядок финансирования программ энергосбережения и ответственности за непроизводительное расходование энергоресурсов, в механизм использования прибыли и установления стимулирующих энергосбережение тарифов на тепловую и электрическую энергию. Это позволит контролировать эффективность использования энергоресурсов на всех этапах производства для различных структур хозяйствующих субъектов.

[16] Энергоемкость ВВП России в 2000 году составляла 1,47 т. условного топлива на 1 тыс. долл. Источники: International Energy 2001 / Wash., March 2001. Воронин А. Стимул для энергетики экономики. // Финансовый контроль, 2004, № 8 (33), с. 60 – 64.

[17] В частности, планируется завершить к 2010 году ликвидацию убыточных предприятий угольной промышленности. Основная цель реструктуризации российской угольной отрасли – ликвидация нерентабельных и опасных по условиям труда предприятий, а также создание конкурентоспособных угольных компаний и ассоциаций, различных по формам собственности и функционирующих на основе самофинансирования при последовательном снижении государственных дотаций. Более подробно см., например, Еовтунов С., Титов К. Европейская экономическая комиссия ООН и Россия. // МЭ и МО, 2004, № 10, с. 64 – 70.

[18] Наиболее ярким примером разрешения такого противоречия является подписание и ратификация Киотского протокола, определяющего обязательства индустриальных государств и стран с переходной экономикой по снижению в период с 2008 по 2012 гг. выбросов парниковых газов (прежде всего, диоксида углерода - СО2). По мнению ряда авторитетных экспертов содержание СО2 в атмосфере в середине XIX в. находилось на уровне 280 миллионных доле (ppm). В конце XX в. из-за сжигания ископаемого топлива, вырубки лесов и изменения способов землепользования концентрация СО2 в атмосфере повысилась до 370  ppm. При непринятии мер к 2050 году концентрация СО2 в атмосфере составит 450 – 550 ppm, что может вызвать глобальное потепление на планете и непредсказуемые последствия.

Киотский протокол, принятый в Японии (г. Киото) в 1997 году, обязывал индустриально развитые страны за десять лет сократить эмиссию шести парниковых газов на 5,2 % по сравнению с уровнем 1990 года. Чтобы соглашения обрели реальную политическую и экономическую силу, необходима их ратификация по меньшей мере 55 % всех развитых стран (а суммарные выбросы этих стран должны составлять не менее 55 % от общего мирового объема выбросов). Согласно Киотскому протоколу, страны, не выполняющие требований, будут подвергаться крупным штрафам. Полученные деньги планируется использовать для «благотворительных» очистных проектов в бедных странах, не являющихся членами соглашения. Страны, не способные снизить выбросы до требуемого по протоколу уровня, могут, не дожигаясь санкций, купить «квоту» на выброс парниковых газов у «благополучных» стран. В качестве «зачета» развитые страны также могут осуществлять различные экологические проекты в развивающихся странах.

По оценкам экспертов достижение целей Киотского протокола может обойтись промышленно развитым странам в 0,1 – 2 % их ВВП, причем самые крупные затраты понесут страны, экономика которых наиболее зависима от ископаемых видов топлива. Сегодня из крупных «загрязнителей» протокол ратифицирован Евросоюзом, Японией и Канадой. США (абсолютный лидер по выбросам СО2 в атмосферу) и Австралия отказались ратифицировать соглашения по экономическим соображениям. Главным мотивом отказа от ратификации в 2001 году Киотского протокола США назвали то, что он создает препятствия для экономического роста. По расчетам американских  экспертов, выполнение принятых обязательств приведет к сокращению ВВП минимум на 106 млрд. долл., что примерно соответствует 1 % ВВП страны. В тоже время США лидируют по доле в ВВП расходов на экологию. Об опасностях для экономического роста страны в случае реализации договоренностей зафиксированных в Киотском протоколе неоднократно заявляли также Канада и Австралия. По этим же соображениям Россия также пока воздерживается от ратификации Киотского протокола.

Вместе с тем, достижение установленных Киотским протоколом норм выброса СО2 трудновыполнимо даже для экономически сильных стран. По оценкам Евросоюза, высока вероятность того, что ни одна из его стран (за исключением Великобритании и Швеции) не сможет выполнить свои обязательства в установленные сроки. При этом следует заметить, что в России ситуация по выбросам парниковых газов с формальной точки зрения выглядит благополучно. По данным российских ученых, в Российской Федерации за последние 10 лет их эмиссия сократилась на 32 %, причем не только из-за спада промышленного производства, но и благодаря структурным сдвигам в экономике. Вместе с тем, есть все основания предполагать, что в следующем десятилетии динамика выбросов парниковых газов российской промышленностью может существенно измениться: к 2014 году страна может выйти на свой докризисный (1990 г.) уровень эмиссии СО2, а к 2020 г. – превысить его на 14 %.

[19] Указ Президента РФ от 9 сентября 2000 года № 1895: О доктрине информационной безопасности Российской Федерации. // Российская газета, 2000, 28.9.

[20] Тем не менее, сегодня около 80 % российского рынка телекоммуникационного оборудования завоевано компаниями Франции («Alcatel»), Германии («Siemens»), Швеции («Ericsson»), Голландии («Philips»), США («CiscoSystems») и Японии («Sony», «NEC», «Panasonic»).

[21] См., напр., Гордиенко Д.В., Баскаков В.В. Военная экономика в рыночных условиях. // Военно-экономический вестник. № 11, 12, 2005. – С. 6 – 17.

[22] По мнению авторов Учебника под ред. В.К. Сенчагова такими показателями-индикаторами экономической безопасности государства могут стать: 1. Объем валового внутреннего продукта (ВВП); 2. Валовой сбор зерновых, млн. т.; 3. Доля инвестиций в основной капитал (в % к ВВП); 4. Доля расходов на оборону (в % к ВВП); 5. Доля затрат на «гражданскую» науку (в % к ВВП); 6. Доля инновационной продукции в общем объеме промышленной  продукции (в %); 7. Доля машиностроения и металлообработки в промышленном производстве (в %); 8. Доля лиц с денежными доходами ниже прожиточного минимума во всей численности населения (в %); 9. Децильный коэффициент дифференциации доходов населения; 10. Уровень безработицы (в % к экономически активному населению); 11. Уровень монетизации (в % к ВВП); 12. Внешний долг (в % к ВВП); 13. Внутренний долг (в % к ВВП); 14. Доля расходов бюджета на обслуживание государственного долга (в % общего объема расходов бюджета); 15. Дефицит федерального бюджета (бюджета центрального правительства) (в % к ВВП); 16. Уровень инфляции (в %); 17. Объем золотовалютных резервов (млрд. долл.); 18. Отношение выплат по внешнему долгу к объему годового экспорта (в %); 19. Доля продовольствия, поступившего по импорту, в общем объеме продовольственных ресурсов (в %).

Пороговые уровни определяют такие значения соответствующих частных показателей (индикаторов) экономической безопасности государства, которые условно дают представление о состоянии защищенности их национального хозяйства от внешних и внутренних угроз. Определение пороговых уровней частных показателей экономической безопасности государства, безусловно, представляет собой отдельную научную задачу. Различные авторы предлагают свои варианты этих значений. Так, например, авторы выше упомянутого Учебника под ред. В.К. Сенчагова определяют следующие значения этих пороговых уровней экономической безопасности России: 1. для объема валового внутреннего продукта (ВВП) – 6 000 млрд. руб. (в ценах 1998 года); 2. для валового сбора зерновых - 70 млн. т. (масса до обработки); 3. для доли инвестиций в основной капитал - 25% к ВВП; 4. для доли расходов на оборону - 3% к ВВП; 5. для доли затрат на «гражданскую» науку – 1,5% к ВВП); 6. для доли инновационной продукции в общем объеме промышленной  продукции - 15%; 7. для доли машиностроения и металлообработки в промышленном производстве - 25%; 8. для доли лиц с денежными доходами ниже прожиточного минимума во всей численности населения – 7-10% к всему населению страны; 9. для децильного коэффициента дифференциации доходов населения - 8; 10. для уровня безработицы – 5-8%  к экономически активному населению; 11. для уровня монетизации - 50% к ВВП; 12, 13. для внешнего и внутреннего долга - 60% к ВВП; 14. для доли расходов бюджета на обслуживание государственного долга - 20% к общему объему расходов федерального бюджета; 15. для дефицита федерального бюджета - 3% к ВВП; 16. для уровня инфляции - 125%; 17. для объема золотовалютных резервов – 15 млрд. долл.; 18. для отношения выплат по внешнему долгу к объему годового экспорта - 30%; 19. для доли продовольствия, поступившего по импорту, в общем объеме продовольственных ресурсов – 30-35%.

Более подробно см., напр., Экономическая безопасность России: Общий курс: Учебник / Под ред. В.К. Сенчагова. – М.: Издательство «Дело», 2005. – 806 с. Гордиенко Д.В. Возможный подход к оценке экономической безопасности государства. // Государство и право. 2007, № 9.С. 110 – 112. Гордиенко Д.В. Проблемы интегральной оценки экономической безопасности государства / Труды международной научно-практической конференции «Математика, информатика, естествознание в экономике и в обществе». – М.: МФЮА, 2006. С. 136 – 142. Гордиенко Д.В. Интегральная оценка экономической безопасности развитых государств мира / Труды международной научно-практической конференции «Математика, информатика, естествознание в экономике и в обществе». – М.: МФЮА, 2007. С. 129 – 133. Гордиенко Д.В., Баскаков В.В. Основы экономической безопасности государства. Монография. М.: Министерство обороны РФ, 2-е издание, расшир., 2007. - 164 с.

[23] При этом единичное значение частного показателя уровня экономической безопасности государства соответствовало тем значениям пороговых уровней, которые были приняты для этого показателя и государства.

При расчете нормированных частных показателей экономической безопасности России, США, Японии, Германии, Великобритании, Италии, Южной Кореи и КНР в большинстве случаев использовались значения пороговых уровней, приведенные в Учебнике под ред. В.К. Сенчагова. Тем не менее, для определения ряда нормированных частных показателей экономической безопасности иностранных государств использовались значения пороговых уровней либо принятые в этих странах, либо установленные методом экспертных оценок. Безусловно, что именно от значений пороговых уровней частных показателей экономической безопасности государства, а также правил нормировки, в конечном счете, зависят значения соответствующих нормированных частных показателей.

[24] Трудно искать какой-либо физический смысл в значениях общих (интегрированных) показателей экономической безопасности государства. Тем более нельзя абсолютизировать эти значения и применять к ним правила математического анализа.

Однако, полученные таким образом значения общих (интегрированных) показателей экономической безопасности государства позволяют судить о том насколько уровень защищенности национального хозяйства страны поднялся (или опустился) относительно условно принятого порога и, следовательно, насколько этот уровень приблизился к уровню абсолютной защищенности (или абсолютной незащищенности). Для нашего случая (т.е. случая одинаковой значимостикомпонент безопасности национального хозяйства и принятых правилах нормировки частных показателей экономической безопасности) уровень абсолютной экономической безопасности государства составляет 1038, а уровень абсолютной незащищенности национального хозяйства страны – 10-38.

[25] С легкой руки политтехнологов и журналистов эта Концепция была названа «Курсом (программой) Путина».

[26] В Концепции говориться о первой пятерке ведущих стран мира, очевидно, не рассматривая экономику Евросоюза как единое хозяйство. Однако, если объем производства ВВП России в 2020 году должен будет составить 3,4 % мирового ВВП (по паритету покупательной способности) – 139,5 трлн. руб. (по инновационному варианту развития экономики), то «впереди» окажутся: Китай (объем производства ВВП в 2020 г. – 23,5 % мирового ВВП), США (15,5 %), Евросоюз (10,4 %), Индия (8,4 %) и Япония (4,3 %).

[27] Уровню благосостояния населения развитых стран мира соответствует среднедушевой ВВП по паритету покупательной способности в размере 20 – 30 тыс. долл. США.

[28] Под научным и технологическим лидерством в Концепции понимается занятие Россией значимого (с долей не менее 10 %) места на рынках высокотехнологичных товаров и услуг по четырем и более позициям. Финансовое лидерство должно обеспечиваться занятием главных позиций на рынках стран СНГ, ЕврАзЭС, Центральной и Восточной Европы.

[29] Инновационный тип развития экономики государства обусловливает диверсификацию национального хозяйства, в структуре которого ведущая роль переходит к «отраслям знаний» и высокотехнологичным отраслям промышленности.

При этом доля высокотехнологичного сектора в ВВП, как показывает мировой опыт, должна составлять не менее 17 – 20 % (в 2006 году в объеме ВВП России он не превысил 10,5 %), вклад инновационных факторов в годовой прирост ВВП – не менее 2,5 – 3 процентных пунктов (в 2006 году в России – 1,3), доля промышленных предприятий, осуществляющих технологические инновации должна находиться на уровне 40 – 50 % (в 2006 году в России – 9,5 %), а доля инновационной продукции в выпуске промышленной продукции – 25 – 35 % (в 2006 году в России – 2,7 %). Концепция долгосрочного социально-экономического развития России на период до 2020 года предусматривает повышение доли инновационного сектора в ВВП в 2020 году до 18,1 % (в ценах 2006 года) при снижении нефтегазового сектора с 19,7 % (в 2006 году) до 12,0 %.

Инновационный тип развития предусматривает также активизацию исследований и разработок (как фундаментальных, так и прикладных). Внутренние затраты на научные исследования и опытно-конструкторские разработки, в этом случае, должны находиться на уровне 3,5 – 4,0 % ВВП (в 2006 году в России – 1,0 % ВВП), а расходы на образование должны составлять не менее 5,0 – 6,0 % ВВП (в 2006 году в России – 3,9 % ВВП). Концепцией … предусматривается рост инновационной активности и увеличение расходов: на НИОКР (за счет всех источников финансирования) – до 2,8 % ВВП в 2015 году и 4,0 % ВВП в 2020 году; на образование – до 4,8 % ВВП в 2015 году и 5,2 % ВВП в 2020 году.

[30] Среднегодовые темпы прироста мирового ВВП за 2007 – 2020 годы составят 4,4 % по сравнению с 4,2 % в 2001 – 2006 гг. и 3,4 % в 1991 – 2000 гг.

[31] Суммарно эти две экономики в 2006 году обеспечили более 20 % объема мирового ВВП, а к 2020 году должны обеспечить более 1/3 объема мирового выпуска продукции и предоставления услуг. В тоже время развитые страны сохранят темпы роста своего ВВП в пределах 1,5 – 3 % в год. В этих условиях в 2010 году ожидается, что объем ВВП США составит (по паритету покупательной способности) 18,1 % (в 2006 году – 19,7 %) от объема мирового ВВП, КНР – 17,9 % (в 2006 г. – 15,1 %), Евросоюза – 13,2 % (в 2006 г. – 14,6 %), Индии – 7,0 % (в 2006 г. – 6,3 %), Японии – 5,7 % (в 2006 г. – 6,3 %), России – 2,8 % (в 2006 г. – 2,6 %). В 2015 году объем ВВП КНР может составить 21,1 % от мирового ВВП, США – 16,7 %, Евросоюза – 11,7 %, Индии – 7,7%, Японии – 5,0 %, России – 3,0 %).

[32] В настоящее время Россия, за исключением единичных случаев, практически отсутствует на мировых рынках высокотехнологичной продукции. Ее доля оценивается в 0,2 % (6 – 8 млрд. долл. США). Для расширения всей доли на мировом рынке высоких технологий российский экспорт этой продукции должен расти на 15 – 20 % в год и выйти на рубеж 2020 года на уровень не ниже 60 – 100 млрд. долл. США (около 1 % мирового рынка).

[33] В перспективе опережающими темпами, по сравнению с Россией, будет расти добыча нефти и газа в Казахстане, Турции и Узбекистане, что повысит роль среднеазиатских и прикаспийских стран на мировом энергетическом рынке. Этот риск усиливается в случае изоляции России в разработке и принятии международных норм регулирования энергетической сферы и связанных с нею областей. Тем не менее, как минимум в ближайшем десятилетии адекватной замены российскому газу на европейском и китайском рынке не существует. Это обусловливает возможность, при благоприятных условиях, начать формирование на евроазиатском экономическом пространстве зоны совместного экономического развития с государствами СНГ и Азии, а также Евросоюзом и Китаем, включая различные формы экономического сотрудничества и интеграции. В дальнейшем возможно формирование «Евразийского Шенгена» на базе ОДКБ, ЕврАзЭС, СНГ и ШОС. См., напр., Литовкин В. ОДКБ перерастает военно-политические рамки. // Независимое военное обозрение, 18 – 24.01.2008, № 1 (552).


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Политика и геополитика
Возрастное ограничение