Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Политика и геополитика / Российско-армянское партнерство / Статьи
Евразийский союз и Армения: воспоминания, реалии, страхи, надежды и проблемы
Материал разместил: АдминистраторДата публикации: 24-12-2012

Двадцатилетие распада СССР, «отмеченное» в декабре минувшего года, воскресило ряд грустных воспоминаний и стало поводом для демонстрации рядом российских телеканалов, которые ретранслируются в том числе и на Армению, нескольких документальных сериалов.

В самой Армении этот информационный повод не был использован средствами массовой информации, структурами гражданского и экспертного сообщества, даже со стороны историков, для организации каких-то дискурсов связанных с этим событием.

Оно и понятно, страну и общество сейчас больше волнуют текущие проблемы, что не стимулирует особого желания «оглянуться назад». В этом есть и негативная сторона – чтобы  там не говорили, история многому учит, при условии, конечно, что эти уроки будут тщательно изучены.

 

1. Грустный исторический экскурс

Итак, после подписания документов между РФ, Украиной и Беларусью в Вискулях СССР прекратил свое существование. Стоит отметить, что центральная союзная власть не сделала никаких шагов для того, чтобы воспрепятствовать реализации «проекта» СНГ.

21 декабря 1991 года главы одиннадцати бывших союзных республик подписали Алма-Атинскую Декларацию государств - членов СНГ. После этого стало ясно, что процесс правового распада СССР – является необратимым процессом. Оптимисты полагали, что СНГ может стать чем-то наподобие Европейского Союза, который в тот период де-факто приближался к правовой форме конфедерации. Однако этого не произошло, и СНГ стал «инструментом цивилизованного развода», включая раздел бывшей союзной собственности, а также в немалой степени блокировал угрозу больших войн на постсоветском пространстве.

Особо следует отметить, то важное обстоятельство, что в отличие от Сербии, которая была одной из системообразующих республик в бывшей Югославии, Россия, имевшая такой же статус в бывшем СССР, не воевала ни с одной из бывших союзных республик при распаде государства. Более того, несмотря на критику Москвы почти всеми конфликтующими субъектами, именно благодаря усилиям России были сначала купированы межэтнические и другие вооруженные конфликты по периметру бывшего СССР (Абхазия, Нагорный Карабах, Приднестровье, Таджикистан, Южная Осетия), а затем были созданы механизмы для долгосрочного прекращения огня и формирования переговорных площадок, в том числе в рамках международных организаций. Более того, в 1990-ые годы, при посредничестве России и Ирана был урегулирован острый внутритаджикский конфликт, приведший к десяткам тысяч жертв. Следует также упомянуть ситуацию в Крыму, которая не перестала быть проблемной, но и не переросла в острое противостояние – в том числе и по причине конструктивной позиции Москвы.

Одним словом, СНГ сыграл немаловажную позитивную роль в том, чтобы распад СССР не обернулся всеобщей «кровавой баней» на проживающих на постсоветском пространстве народов, как это произошло на Балканах.

С другой стороны, возвращаясь к тексту Алма-Атинской декларации, которая стала одним из отправных документов при формировании СНГ, можно констатировать, что ряд важнейших принципов провозглашенных в ней, остались нереализованными. Среди них выделим:

  • стремление построить демократические правовые государства,
  • уважение прав и свобод человека, включая права национальных меньшинств,
  • отказ от применения силы и угрозы силой.

В Декларации была подтверждена приверженность сотрудничеству в формировании и развитии общего экономического пространства, общеевропейского и евразийских рынков.

Отметим, что документ был подписан после того как:

  • за 9 месяцев до его подписания состоялся общесоюзный референдум о сохранении СССР в котором не приняли участие 6 республик большинство населения которых, по любопытному совпадению, исповедовало христианство (Армения, Грузия, Латвия, Литва, Молдова и Эстония), а в еще одной республике - Украине, был проведен референдум, который фактически провозглашал ее суверенитет от союзного центра;
  • «по итогам» августовских событий в Москве и ареста членов ГКЧП, СССР признал независимость балтийских республик, а все остальные союзные республики провели референдумы о выходе из состава СССР.

За 20 лет независимости ни одной из стран СНГ, в том числе покинувшей организацию Грузии, не удалось построить демократического и правового государства. Не удалось построить таких обществ и государств, в которых бы уважались права и свободы человека, включая права национальных меньшинств. Тоже касается отказа от применения силы и угрозы силой, бряцание оружием в странах СНГ - обыденное дело.

Одним словом, полного политико-экономического объединения, как оно изначально мыслилось организаторам СНГ – не получилось.

Во второй половине 90-ых, когда стало очевидно, что проект СНГ «выдыхается», в силу ряда причин и обстоятельств, появился новая идея о создании Союза России и Беларуси, а затем и союзного российско-белорусского государства. Именно тогда впервые заговорили о «разноскоростной интеграции» на постсоветском пространстве. Каким должно было быть это союзное государство неясно до сих пор, но очевидно, что многие его проекты не пошли дальше разговоров и формальных деклараций. В частности, насколько нам известно, предполагалось введение общей валюты, которое так и не было реализовано. При этом, российские СМИ упрекали в провале объединительного проекта своенравного президента Беларуси, а Минск обращал внимание на то, что Москва хочет за бесценок получить белорусские активы.

Наконец, 4 октября 2011 года премьер-министр России Владимир Путин в своей статье, опубликованной в «Известиях», предложил создать на территории бывшего СССР Евразийский союз, который будет конкурировать с ЕС и США. При этом подчеркнем, авторство этой идеи принадлежит президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву, который озвучил ее еще в 1994 году.

В своей вышеупомянутой статье в «Известиях», В.Путин, который, весьма вероятно, займет пост президента России на шестилетний срок (статья была подготовлена в январе 2012 года – Ред.), заверяет, что создание Евразийского союза не преследует долгосрочную цель возродить СССР: «О восстановлении СССР в той или иной форме нет и речи. Было бы наивно полагать, что можно восстановить или создать нечто похожее на то, что уже было. Тем не менее, тесная интеграция на экономической, политической и ценностной основе является велением времени». Упор делается на общий экономический интерес и рациональное использование наследия бывшего СССР. Речь идет об инфраструктуре, промышленной специализации, едином языковом и научно-культурном пространстве. Согласно автору статьи сначала членами Евразийского союза станут три члена Таможенного союза – Россия, Казахстан и Беларусь. В.Путин полагает, что весьма вероятно присоединение к Евразийскому союзу Таджикистана и Кыргызстана. Он также заверяет, что Россия никого не будет торопить или подталкивать к вступлению в Евразийский союз.

Новый интеграционный проект отличается от предыдущих тем, что он полностью инициирован сверху.

Если при формировании СНГ, в день подписания Алма-Атинской декларации, большинство ее подписантов имели за собой референдумы о независимости своих стран, т.е. поддержку обществ, то уже при подписании документов о создании союзного российско- белорусского государства, наряду с декларированным одобрением со стороны общественного мнения двух стран, однако, по нашему глубокому убеждению, имела место и поддержка достаточно высокого уровня. Общественная поддержка проекта Евразийского союза пока что недостаточно ясна. Как нам представляется, в будущем, при реализации проекта, этот фактор, на который, кстати, обращают внимание инициаторы евразийского проекта, будет иметь немаловажное значение.

 

2. Евразийский союз в свете страхов, тревог, надежд и проблем Армении

Логика инициаторов проекта видится примерно следующим образом: крупные игроки в лице Беларуси, Казахстана и России должны будут сформулировать общие «правила игры», ВТО время как остальные присоединяющиеся к союзу страны вправе соглашаться (или же по отдельным вопросам не соглашаться) с выработанными правилами. При этом, по проекту собственно Евразийского союза возникает куда больше вопросов чем по Таможенному союзу (ТС).

В свете этого и рассматривают проект Евразийского союза в Ереване. При этом, президент Армении Серж Саргсян во время своего государственного визита в Москву в последней декаде октября выразил готовность принять участие в «Евразийском Союзе», а накануне визита премьер-министр Тигран Саркисян подписал документы о присоединении страны к «Зоне свободной торговли» стран ЕвроАзЭс.

Казалось бы чисто формально, в Ереване обозначили, что намерены принять участие в Евразийском союзе. Однако на деле ситуация не представляется столь однозначной.

В частности, у Армении нет совместной границы ни с одной из стран ТС, т.е. если она даже вступит в состав ТС, то будет его своеобразным анклавом. Причем не исключено, что такое положение дел продлится достаточно долго, ибо Грузия является фактически враждебным государством для России, а Азербайджан – для Армении. Таким образом, если даже Армения будет со временем принята в ТС, то видимо, форматы этого членства будут отличаться от возможного участия тех же Кыргызстана и Таджикистана, которые имеют границу друг с другом, а также с Казахстаном.

Кроме того, в отличие от других стран, предварительно, в той или иной форме, изъявивших готовность вступить в ТС (Кыргызстан и Таджикистан) Армения, по-прежнему втянута в нагорно-карабахский конфликт. При этом Армения не имеет дипломатических отношений и имеет закрытую сухопутную границу со своим другим соседом – Турцией (что вовсе не исключает торговых связей между хозяйствующими субъектами двух стран через территорию Грузии).

К примеру, страна - кандидат в Европейский Союз обязана урегулировать свои конфликты с тем, чтобы «не тащить» их за собой в объединение, т.к. приняв такую страну в свой состав – объединение втягивается на ее стороне в конфликт. Нет никакой ясности, какие правила будут на этот счет в Евразийском союзе, или же Армению могут принять туда несмотря на то, что она находится в состоянии конфликта фактически с двумя соседними странами.

Сверхавторитарный уклон создаваемого объединения более чем очевиден. Армения, конечно, далека от стандартов не только западной демократии, но и от требований своих собственных граждан, тем более молодого поколения. При этом, Казахстан и Белорусь – жестко-авторитарные государства, сама Россия ближе к т.н. «гибридным режимам» или частично свободным государствам, как о них сообщают в своих отчетах различные международные организации. Правящий в Армении режим с полным основанием также может быть охарактеризован как «гибридный», аналогичный режим существует и в сегодняшнем Кыргызстане. Возникает естественный вопрос: что же тогда делать с положениями Алма-Атинской декларации 1991 года? Страны-участники будущего Евразийского союза официально откажутся от ее вышеупомянутых положений или введут свои новые стандарты в этих жизненно важных сферах?

Если будут введены соответствующие стандарты в политической сфере, то какими они будут и как они будут соблюдаться, как будет осуществляться контроль за их исполнением?

Как в этом свете будет функционировать судебная (арбитражная) система, в том числе наднациональная? Ведь ни для кого не секрет, что судебная система ни одной из стран ТС и предполагаемых участников не является независимой. Многие судебные органы в этих странах зачастую просто выполняют указания исполнительных органов.

Также не совсем ясно как будут формироваться и тем более функционировать наднациональные исполнительные органы Евразийского союза.

Важным моментом является также то обстоятельство, что очень часто такие объединения, как Евразийский союз сравнивают с Европейским Союзом. Не удержимся от такого сравнения и мы. Нынешний ЕС начал свой путь в начале 1950-х как объединение заинтересованных корпораций угля и стали, которое потом трансформировалось в шестерку «Общего рынка». Все участники этого объединения были сопоставимы по своим масштабам в политической и экономической сфере, если конечно считать за одну единицу страны Бенилюкса, а также ФРГ, Францию и Италию. Все объединяющиеся государства были правовыми странами с независимой судебной системой (арбитражем), относительно транспарентной налоговой и экономической системой, уровень криминализации которой был относительно низким. Трудовая миграция в рамках этих стран регулировалась и поощрялась соответствующими соглашениями, которые делали права трудовых мигрантов ясными и понятными не только для них самих, но и для работодателей, органов правопорядка и фискальных служб.

Между тем, инициаторами формирования Евразийского союза являются страны с высоким уровнем коррупции, где главенствуют олигархическо-клановые системы управления, высок уровень криминализации экономики, сильна компрадорская, а не национальная буржуазия (исключение, на наш взгляд, здесь составляет Беларусь), элиты увязаны на топливно-энергетический комплекс и на добычу и переработку сырья. Все это говорит о том, что данное объединение, по всей видимости, будет больше напоминать процессы, идущие сейчас в Южной Америке и делающие страны этого региона уязвимыми перед внешним давлением.

Следует также особо выделить то обстоятельство, что удельный экономический и политический вес России как будущего ведущего игрока является в будущем объединении неоспоримым. В связи с этим возникает естественный вопрос: сможет / пожелает ли российское руководство умерить свои амбиции в рамках Евразийского союза – хотя бы в той мере, чтобы создать видимость равенства между остальными участниками? Ответ на этот вопрос очень важен для тех потенциальных участников, которые можно отнести к разряду «малых стран».

Пожалуй, по положению на сегодняшний день, для Армении куда более важно то обстоятельство, что она будет участником «Зоны свободной торговли» на территории СНГ вместе с семью другими странами. Если посмотреть на показатели внешней торговли страны, то становится очевидно, что в плане торгово-экономических отношений да и инвестиций Армении из постсоветских стран интересны только Украина и Россия. При этом надо помнить, что Украина пока отказывается почти от всех моделей постсоветской экономической интеграции. В этом плане, в Ереване, на наш взгляд, рано или поздно, сформируется достаточно устойчивое мнение о том, что сотрудничество с основным торгово-экономическим партнером – Россией – должно проходить на двусторонней основе, без какого-либо надгосударственного института.

Следует учесть сложившиеся реалии, которые имеют и геополитический подтекст. Выше уже было сказано об отсутствии общей границы со странами ТС. Кроме того, между Россией и Арменией существуют серьезные и, скорее всего, долгосрочные проблемы  в сфере логистики и транспортного сообщения. В сложившейся ситуации совершенно очевидно, что пребывая в коммуникационной блокаде со стороны Азербайджана и Турции, не имея прямой границы с Россией и выхода к морю, Армения по многим параметрам вынуждена следовать за Грузией, через территорию которой лежит ее путь в Россию,  Украину и в Европу. Попытка разорвать кольцо блокады посредством подписания в октябре 2009 года в Цюрихе армяно-турецких протоколов, успехом не увенчалась. И перспективы каких-либо кардинальных успехов на этом направлении представляются весьма туманными.

Выше было сказано о том, что пока неясно какую общественную поддержку получит решение о формировании Евразийского союза. Причем в декларативной аспекте казалось бы, все в порядке и идея приветствуется, прежде всего со стороны российских элит. Однако, очевидно, что российские элиты это – одно, а широкие массы российского общества – совсем другое. Нет никакой ясности по поводу того готово ли российское общество к интеграции с бывшими республиками СССР, особенно в контексте роста этнонационалистических настроений, ставших весьма важным фактором общественно-политической жизни России и стимулируемых, явно и неявно, с самых разных сторон. Так, рост национализма происходит не только в результате роста антимигрантских настроений, но и по причине заигрывания с его носителями со стороны представителей различных фрагментов российских элит, которые таким образом пытаются заполнить идеологический вакуум возникший в России после распада СССР.  С другой стороны, националистические настроения используются в целях дальнейшего расшатывания и без того неидеальной властной конструкции.

Важным является и то обстоятельство, что русский национализм имеет отчетливый антикавказский окрас. Свидетельством этому является не только многотысячный митинг на Манежной площади в декабре 2010 года, но и, например, неслучайная активность и популярность такого блоггера, как Алексей Навальный, проходившего в своё время полугодовое обучение в Йельском университете по программе «Yale World Fellows». Этот общественный деятель, обладающий, согласно ряду оценок, «великим будущим» в России, никогда не скрывал своей неприязни к кавказцам, за что и был исключен из партии «Яблоко». Согласно «уменьшительной» версии русского национализма, имеющей серьёзную интеллектуальную и организационную поддержку и претендующей на то, чтобы стать одним из главных течений российского / русского этнонационализма, Россия должна превратиться в «чисто русское государство», главными противниками которого являются кавказцы, азиаты, «черножопые», «хачики» и мигранты в целом. Представители данного националистического течения (к ним можно отнести и такие организации, как «Движение против нелегальной миграции») пытаются дистанцироваться от остальных постсоветских стран и максимально громко (подчас в провокационном стиле) заявляют о необходимости ограничить участие «нерусских» в жизни страны. Именно с этим направлением связаны инициативы, требующие ограничения въезда «нерусских» в Москву и другие города. Более того, именно в этих кругах родилась инициатива и поддержанный Навальным лозунг «Хватит кормить Кавказ», и даже требования отделить Северный Кавказ от России.

Между тем, Армения - небольшая страна Южного Кавказа, которая имеет порядка 200 тыс. «возвратных» сезонных рабочих в России и не менее 1,5 млн. соотечественников, проживающих в этой стране. В силу, в частности, именно этих факторов все вышеупомянутые настроения весьма внимательно отслеживаются в армянской прессе. Отслеживаются также все чаще звучащие в России требования о дистанцировании от постсоветских республик, об установлении визового режима, депортации мигрантов, установлении этнических квот для ряда специальностей и прочее. Не брать в расчет подобные требования российские власти не могут. Свидетельство тому стала и статья кандидата в президенты, премьер-министра РФ В.Путина «Россия. Национальный вопрос»[1]. Очевидно, что изоляционистские общественные настроения, в той или иной степени поддерживаемые российским руководством, не могут способствовать реальной интеграции, которая предполагает прозрачность границ и свободную трудовую миграцию.

В сложившейся ситуации в Ереване все чаще задаются вопросом: а не столкнётся ли новый интеграционный проект «Евразийский союз», в котором заинтересована российская политическая элита, с желанием немалой части российского общества дистанцироваться от бывших советских республик с их острыми социально-экономическими проблемами и многомиллионными потоками трудовых мигрантов?

Классическим примером, к которому можно апеллировать, являются действия российских властей по депортации таджикских рабочих после приговора в Душанбе российскому летчику. Формальным поводов стало заявление главного санитарного врача РФ Геннадия Онищенко о том, что необходимо ограничить въезд граждан Таджикистана в Россию по причине широкого распространения в этой стране СПИДа и туберкулеза. Между тем, по данным ВОЗ и другим сведениям, уровень распространения этих болезней в Таджикистане ниже, чем в самой России.

Создалась также видимость единодушной поддержки этих действий официальной Москвы со стороны российского общественного мнения. При этом мало кого волновал такой аспект произошедшего как взгляд со стороны, в том числе из стран постсоветского пространства, потенциальных участников Евразийского союза. В частности, в Ереване заметили бросающееся в глаза противоречие: с одной стороны, официальная Москва стремятся к интеграции в рамках Евразийского союза, с другой – российское общество категорически против свободной трудовой миграции, которая является важной составляющей частью этого проекта.

Напрашивается следующий вывод: пока о Евразийском союзе говорят в виртуальном или декларативном аспектах – общественное мнение абстрактно приветствует данную идею. Однако как только дело доходит реальных дел, в том числе свободы трудовой миграции, то отношение российского общества к Евразийскому союзу вполне может и измениться.

В свете возможных интеграционных проектов в рамках Евразийского союза армянское общественное мнение также беспокоят следующие обстоятельства:

  • регулярная поддержка центральноазиатскими членами ОДКБ антиармянских резолюций проталкиваемых Азербайджаном в международных организациях;
  • вопросы получения кондиционного российского высшего образования.

К сожалению, не секрет, что уровень российского высшего образования в последние годы снизился, что не в последнюю очередь связано с крайне спорной моделью образовательной реформы, взятой на вооружение властями и вызывающей резкую и обоснованную критику в профессиональных сообществах и среди населения в целом. Падение качества образования пока не коснулось только нескольких престижных ВУЗов Москвы и Санкт-Петербурга, что не может не учитываться потенциальными абитуриентами из Армении. Многие также просто боятся ехать в Россию на учебу вследствие проблем безопасности, в том числе атак на «лиц кавказской национальности» со стороны так называемых «скинхедов». Казалось бы, что в этой ситуации определенные «карты в руки» должен был бы получить Армяно-российский (Славянский) университет, который стал одним из ведущих ВУЗов Армении. Однако, низкий уровень финансирования из федерального бюджета РФ не позволяет развить этот успех. Если подобная тенденция продолжится, то в условиях возможности молодых граждан Армении получить кондиционное образование на Западе, и в Китае, где предлагают привлекательные программы, влияние России, несомненно, будет ослабевать.

 

3. Конкурирующий проект

В отличие от Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана, которые либо являются членами ТС, либо в той или иной степени декларировали свое возможное участие в нем, в отношении Армении у ЕС есть конкурирующий с Евразийским союзом политический проект Брюсселя в рамках Политики европейского соседства (ПЕС).

Этим мы не хотим сказать о том, что у трех вышеупомянутых центральноазиатских стран нет альтернативы Евразийскому союзу. Безусловно, такая альтернатива существует в виде перехода в зону влияния Китая, или же «большого» (радикального) Ислама. И та и другая альтернатива не устраивают элиты этих страна и, как мы полагаем, еще долго не будет устраивать. Более того, скорее Казахстан и Кыргызстан (как и при определённых обстоятельствах – сама Россия) уже в обозримом будущем, могут стать объектами китайской экспансии. Таким образом, серьезной альтернативы Евразийскому союзу у стран Центральной Азии, скорее всего, не существует.

Возвращаясь к проекту ПЕС, участником которого Армения стала в 2006 году, отметим, что ключевым в нем является предложение соседям, привилегированных отношений, основанных на совместных ценностях. При этом, в долгосрочной перспективе, ПЕС не создает основ для присоединения Армении к ЕС.

Процесс сотрудничества Армении с ЕС начался в 1996 году, когда было подписано Соглашение о партнерстве и сотрудничестве. Оно вступило в силу в июле 1999 года и стало тем правовым актом, на основе которого стали строиться отношения Армении с ЕС в сферах торговли, инвестиций, культуры и иных областях.

В 2008 году в Брюсселе была запущена программа «Восточное партнерство», целью которой является углубление сотрудничества ЕС с шестью постсоветскими республиками – Арменией, Азербайджаном, Грузией, Беларусью, Молдовой и Украиной. Эта инициатива предполагает форсирование переговоров по упрощению визового режима, регламентированию свободной торговли в сфере коммерческой деятельности, услуг и сельского хозяйства, а также сотрудничеству в области охраны окружающей среды и социальной сферы.

Осенью прошлого года премьер-министр Армении Тигран Саркисян передал комиссару по вопросам расширения ЕС и европейской политике соседства Штефану Фюле новую повестку реформ в Армении, состоящую из 33 пунктов.

В материальном исчислении программа «Восточного партнерства» не очень привлекательна, т.к. предполагает содействие правительствам и гражданскому сектору стран Южного Кавказа в размере 600 млн. евро в течение 5 лет. Однако, на наш взгляд, важным тут является не сама финансовая составляющая программы, а своеобразный шанс на то, чтобы сделать шаг вперед в построении правового государства, гражданского общества и рыночной экономики. На саммите стран «Восточного партнерства» в Варшаве президент Армении С.Саргсян заявил: «...Мы настроены решительно и последовательно проводить реформы, соответствующие европейским стандартам, в сферах экономики, эффективного управления, демократии, прав человека, верховенства закона и общественной жизни».

Нынешнее руководство Армении объявило, что европейский вектор развития страны является приоритетным и об этом прямо сказано в ряде основополагающих государственных документах. Таким образом, можно констатировать, что конкурирующий Евразийскому союзу проект «продвинут» в Армении достаточно далеко.

Другое дело, что сама Европа и ее структуры в Армении продвигают здесь больше не «европейские ценности», а демонстрирует, наряду с США, прежде всего, геополитический интерес в вопросе вытеснения из страны и региона России. Именно в соответствии с этим критерием действует руководство, ЕС формируя свою политику в отношении Армении. Главная проблема ЕС в Армении в том, что в Ереване предпочитают ориентироваться в жизненно важных вопросах безопасности не на ЕС, а на Россию. Причем в этом важнейшем вопросе между составными частями «партии власти» и актуальной оппозицией нет сколь- либо существенных разногласий. Брюссель в партнерстве с Вашингтоном надеется решить этот вопрос в свою пользу через новое поколение политиков, которое европейцы будут поэтапно проталкивать к власти.

В свете вышеизложенного отметим, что предстоящие в мае 2012 года парламентские выборы, а также очередные президентские выборы (февраль 2013 года) могут стать судьбоносными для Армении.

 

4. Какие вопросы должны снять страны - организаторы Евразийского союза, чтобы по-настоящему привлечь Армению

Если основные акторы Евразийского союза хотят привлечь в свои ряды Армению, то они должны, в частности, учесть следующие обстоятельства:

  • сложное геополитическое положение страны. Возможно, в этой связи стоит продумать какие-то эффективные формы ее ассоциативного членства в организации. Гипотетическое ассоциативное членство может быть изменено на полноправное в будущем, в случае урегулирования нагорно-карабахского конфликта и / или общего изменения ситуации в регионе;
  • в самой России существует движение «евразийцев» и даже целая Евразийская партия России, которая правда не зарегистрирована и не участвует в парламентских выборах. Эту партию возглавляет известный российский геополитик А.Дугин. Проблема в том, что частью проповедуемого им учения является тезис о евразийстве как союза славян и тюрок. В середине 1990-х гг. эта формула была несколько подкорректирована, и этот союз был представлен как союз Православия/ Христианства и Ислама. Впрочем, последние выступления А.Дугина и его сторонников указывают на то обстоятельство, что он вновь больше склоняется к своей первоначальной формулировке славянско-тюркского союза. Учитывая влияние позиции А.Дугина в вопросах евразийства, нельзя исключать, что эта доктрина, в будущем, может быть взята на вооружение руководством России и Евразийского союза. В этом случае Армения и Нагорный Карабах не вписываются в «прокрустово ложе» идеологической доктрины и могут стать изгоями при ее практической реализации;
  • очень важно, как именно будет формироваться Евразийский союз. Так, Москва пока дает ясно понять, что новое объединение будет строиться на базе её экономических, политических, геополитических и геоэкономических интересов. Это вызывает определенные опасения у таких малых партнеров России, как Армения, а также предположения о том, что ее национальные интересы в новом объединении будут в лучшем случае ущемлены или размыты, а в худшем – подавлены;
  • в Евразийском союзе отсутствует объединительный цивилизационный проект, что является ключевой проблемой для ее инициаторов. Эта проблема замалчивается, либо ей не придается должного внимания. Инициаторы проекта Евроазийского союза во многом копируют путь, пройденный ЕС и НАТО, упуская из виду то важное обстоятельство, что Северо-Атлантический блок и другие западные структуры формировались прежде всего на основе цивилизационного единства. Авторы проекта Евразийского союза пока не могут объяснить, что именно, кроме экономических интересов и вопросов безопасности может объединить страны, согласившиеся участвовать в этом проекте либо присматривающиеся к нему. Отсутствие цивилизационной объединяющей идеи, вокруг которой в свое время строилась политико-экономическая конструкция на всем евразийском пространстве, ставит под сомнение устойчивость будущего Евразийского союза.


[1] Путин В. Россия. Национальный вопрос // Независимая газета. 2012. 23 янв.

Давид Петросян


Опубликовано в сборнике "...И время собирать камни..." / Евразийская интеграция сегодня. Фонд исторической перспективы. М., Книжный мир, 2012, стр 203 -220.


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Политика и геополитика
Возрастное ограничение