Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Политика и геополитика / Будущее России и мира: оценки и прогнозы / Статьи
ЕС: меняется ли его политика в постсоветском пространстве?
Материал разместил: АдминистраторДата публикации: 07-03-2014

Новая динамика, наблюдаемая в глобальной геополитике, не может не повлиять на политику Евросоюза в отношении стран постсоветского пространства. Здесь проявляются моменты, которые привлекают внимание и в плане финансового кризиса, переживаемого этой организацией, и в плане трудностей на пути к политической интеграции. На фоне сказанного внимание экспертов привлекли содержание политики и стратегия Евросоюза в отношении России, Украины, Молдовы, Южного Кавказа и Центральной Азии. Особо обращают на себя внимание новые оттенки, появившиеся в рамках программы «Восточное партнерство».

Отношения с Россией: сотрудничество или противостояние?

В условиях роста политической напряженности на Украине в центре внимания все более оказывается политика Евросоюза в направлении бывших советских республик. В этом плане интерес в последнее время вызывают и более активные меры России в этом пространстве, которые во многих важных геополитических вопросах не соответствуют интересам Запада. Образно говоря, постсоветское пространство оказалось между двумя суперсилами мира. По этой причине возникла потребность задуматься над фактом изменения геополитической динамики на огромной территории, охватывающей Восточную Европу, Южный Кавказ и Центральную Азию.

Вначале рассмотрим ситуацию, возникшую между ЕС и Россией. Самая серьезная проблема между ними – это неподписанность базового соглашения, призванного регулировать взаимоотношения. После предварительного базового соглашения, срок действия которого истек еще в 2007 году, стороны не могут договориться об общих принципов. Главная причина этого заключается в разном подходе ЕС и России к стратегической цели сотрудничества.

Европа не хочет включать Россию в свои ряды. В Европе ее хотят видеть как государство, проводящее политику, соответствующую геополитическим интересам ЕС и призванное защитить от влияния «азиатских тигров». Только на фоне подобной политики ЕС хотел бы видеть Россию в качестве стратегического партнера. Но в этом направлении с 2004 года ни один крупный проект не удалось реализовать. Зато европейцы обвиняют Россию в неисполнении положений базового соглашения. В связи с этим турецкий аналитический центр международных стратегических исследований (USAK) пишет: «Брюссель обвинил Россию в неполном исполнении соглашений, подписанных с ЕС, в частности, требований базового соглашения» (см.: Galym Zhussipbek. Avrupa Birliği İle Rusya Federasyonu Arasındaki «Stratejik Ortaklığın» Analizi / «Uluslararası Hukuk ve Politika», 2011, Том 7, № 25, с. 63).

Кроме того, ЕС хотел бы, чтобы Москва не имела прежнего абсолютного влияния на бывшие советские республики, как это имело место в эпоху СССР. Кремль же считает этот момент одним из приоритетов своей внешней политики. Так, в эпоху Владимира Путина во внешней политике России курс на интеграцию с Европой рассматривался в тесной связи с перестройкой отношений с бывшими советскими республиками в пользу Москвы (см.: предыдущий источник, с. 60). Именно в связи с этой проблемой между сторонами отмечаются противоречия в различных областях, в том числе в области энергетики, транспорта, торговли, права и т.д.

Но неправильно было бы связывать возникновение проблем в отношениях ЕС и России только лишь с политическим курсом Кремля. Аналитики считают, что в России опасаются выбора Западом геополитического курса, называемого «мягкий империализм». Так, согласно этой стратегии, всякая страна, находящаяся за пределами границ США и ЕС, в том числе и развитые, должны играть второстепенную роль.

Выражаясь конкретнее, без всякого военного вмешательства все природные ресурсы, интеллектуальный потенциал, экономическое развитие должны служить прежде всего потребностям Запада. Это иначе называется и как «новый колониализм». Поэтому Россия и Евросоюз придают разный смысл понятию «стратегическое партнерство». Вследствие сказанного, «если ЕС воспринимает «стратегическое партнерство» с Россией как модель сотрудничества, опирающаяся на такие ценности, как демократия, права человека, правовое государство, то Москва рассматривает стратегическое партнерство, опирающееся не столько на общие ценности, сколько на требования международных отношений» (см.: предыдущий источник, с. 74).

Примерно такой же позиции придерживаются и российские специалисты. Аналитическая служба МИД России связывает сложность отношений с Евросоюзом с двумя факторами. Во-первых, формирование основ отношений совпало с периодом трансформации СССР. Во-вторых, в самом ЕС возникли новые политические, социальные и экономические институты, отличающиеся от широкой системы международных отношений (см.: Ирина Бусыгина, Александра Дерягина. Стратегия Европейского Союза в отношении России и трансграничное сотрудничество на Северо-Западе / «Аналитические записки» Института международных исследований МГИМО (У) МИД России. 2007, выпуск 7 (27), с. 27).

Поэтому вопрос согласования основных положений базового соглашения с ЕС усложнился. По мнению российских аналитиков, все дальнейшие недоразумения имели корнем именно это. И можно сделать вывод о том, что эти противоречия все еще не устранены. Одним словом, Россия продолжает свои прежние имперские амбиции, Евросоюз же сам продолжает, с одной стороны, выдвигать такие же амбиции, с другой, – не признает аналогичные желания Москвы. Как видно, в этом вопросе позиции турецких и российских аналитиков близки друг к другу.

Наряду со сказанным, есть еще один фактор, на который обращают внимание аналитики. Существует мнение, что интеграционные возможности ЕС на грани исчерпания. В нынешнем формате Европа не в состоянии трансферировать возможности интеграции в экономической сфере на внешнюю политику. Поэтому рискованно воспринимать ЕС как образцовую модель союза. Этот факт увеличил шансы России для того, чтобы предложить собственную модель интеграции (см.: Ирина Бусыгина, Александра Дерягина. Указ. произв., с. 27). Одновременно Москва ожидала от Евросоюза особого в отличие от других стран постсоветского пространства подхода. Европа же не обратила внимания на эту сторону вопроса, и такое положение дел сохраняется и поныне. Например, Кремль не может согласиться с тем, чтобы Россию и Таджикистан клали на одну чашу весов. Отсюда российские политики задаются вопросом: какие политические дивиденды Москве могут принести особые отношения с ЕС? Ответ их пессимистичен: «вопрос все еще остается открытым» (см.: предыдущий источник, с. 28).

Вышеприведенный анализ отношений ЕС-Россия показывает, что за прошедший период по сути реального стратегического партнерства между сторонами ничего не было сделано. Напротив, противоречия, возникающие в плоскости их геополитических амбиций, еще более углубились. В соответствии с этим Брюссель и Москва по многим аспектам политики в отношении Украины, Молдовы, Южного Кавказа и Центральной Азии пошли на конфронтацию. В настоящее время это наиболее всего проявляется в украинском вопросе.

Украина: между двумя геополитическими суперсилами

Эта страна поистине подвергается политическому, экономическому и военно-геополитическому давлению со стороны Запада и России. Крещатик (центральная улица Киева), когда-то привлекавший людей своей красотой, сейчас превратился в развалины. Продолжающееся вот уже несколько месяцев внутреннее политическое противостояние поставило Украину перед угрозой раскола. Аналитики и эксперты уверены, что главная причина этого заключается в том, что силы, ведущие геополитическую борьбу за эту страну, не идут друг другу на уступки (см.: Habibe Özdal. AB ve Rusya Arasında Ukrayna: Hayaller ve Gerçekler / Uluslararası Stratejik Araştırmalar Kurumu, Analiz № 26, ноябрь, 2013; Светлана Гамова. «Восточное партнерство» корректируется / «Независимая газета», 17 февраля 2014 г.).

Официальный Киев, начиная с 90-х гг. прошлого века, постоянно стесняла во внешней политике одна дилемма, связанная с балансированием интересов Запада и России. Украина фактически мечется между тремя сценариями: интеграции в геополитическое пространство, центром которого является Россия; экономической интеграции в Восточную Европу; интеграции в единое европейское пространство, включающего и Россию. Официальный Киев, до сих пор не принявший категорического решения по этим сценариям, на деле должен сделать выбор, соответствующий его исторической перспективе.

Так, «первые два сценария представляет собой основные колебания в экономической и внешнеполитической сфере. Третий выбор – в аспекте интересов Киева, быть может, наиболее желанная, но нереальная идея» (см.: Habibe Özdal. Указ. произв., с. 8). Эти неопределенности, имеющие своим источником вопрос выбора общего геополитического курса, в настоящее время поставили Украину в очень сложное положение. Страна вошла в затяжную зону внутренних политических катаклизмов. В плане будущего государства здесь следует отметить несколько важных моментов.

В первую очередь, одно из двух условий, поставленных Евросоюзом перед официальным Киевом, – Юлия Тимошенко – выпущена на свободу. Выдвигаются мнения относительно того, какие тона придаст политической среде Украины госпожа Тимошенко, отличающаяся своими радикальными политическими взглядами. Этим с легкостью воспользуются в своих интересах как Запад, так и Россия. Это уже сейчас предвидит руководитель политической партии «Удар» Виталий Кличко.

На одном из последних митингов он выразил свою обеспокоенность призывами крайних правых «к вооруженной борьбе». Как известно, А.Турчинову, являющемуся одним из сторонников Ю.Тимошенко, Верховная Рада поручила временно исполнять президентские полномочия. 22 февраля решением украинского парламента президентские полномочия В.Януковича прекращены. По информации, распространенной агентством «İnterfax», Януковичу – уже бывшему президенту – украинские пограничники не разрешили покинуть страну. Он хотел вылететь из Донецка в Москву (см.: Пограничники не дали самолету с Януковичем вылететь из Донецка / «Lenta.ru», 23 февраля 2014 г.). Накануне этого Верховная Рада Украины назначила новые президентские выборы на май нынешнего года.

Следует отметить, что американские аналитики и политики отнюдь не довольны таких ходом событий на Украине. Аналитики США считают, что к происходящему причастен В.Путин, который, по их мнению, маневрирует. Так, по утверждению, руками оппозиционеров на Украине провоцируется внеправовая ситуация, чтобы иметь основание для осуществления военного вмешательства. Эксперты считают такой ход вещей угрозой целостности Украины (см.: Алекс Григорьев. Ситуация в Украине: экспертная оценка / «Голос Америки», 20 февраля 2014 г.).

Все это показывает, что в вопросе Украины отношения Запад-Россия достаточно усложнились. Эта страна фактически стоит перед судьбоносным выбором.

Большинство экспертов придерживаются мнения, что Украина может расколоться. Крым и Восточная Украина могут оказаться в сфере влияния России, западные же провинции – Европы. На фоне этого трудно сказать, что означает для Украины программа «Восточное партнерство». На наш взгляд, пока об этой стороне вопроса политики не думают. Отметим также, что по сообщению некоторых источников, российские военные эксперты ведут на Украине серьезную работу (см.: предыдущий источник).

Хотя украинские события несколько затенили вопрос соседней с Украиной Молдовы, он не утратил своей стратегической значимости. Речь идет об угрозе раскола даже Молдовы. Глава делегации Молдовы в Парламентской ассамблее Совета Европы Г.Петренко считает, что, даже если Молдова подпишет летом ассоциативное соглашение, в случае преимущества на парламентских выборах других сил положение страны будет тяжелым (см.: Светлана Гамова. Указ. статья). Примечательно, что из Вашингтона была оказана серьезная реакция на жалобу гагаузов на Кишинев. Из-за океана было отправлено предупреждение молдовским властям.

Вместе с тем сохраняет свою актуальность приднестровский вопрос. Учитывая это, эксперты утверждают, что ситуация на Украине будет зависеть от того, как будут развиваться события в Молдове. Это означает, что процессы уже переходят на совершенно другую плоскость. Правда, пока детали данного утверждения еще не ясны, но если уже сейчас об этом идет речь, то непредвиденности могут случиться. В этом случае с точки зрения отношений Запад-Россия можно будет дать более точный прогноз относительно политической судьбы Украины и Молдовы. В этом свете актуальной представляется и динамика южно-кавказской политики Евросоюза.

Новая динамика, наблюдаемая в глобальной геополитике, не может не повлиять на политику Евросоюза в отношении стран постсоветского пространства. Здесь проявляются моменты, которые привлекают внимание и в плане финансового кризиса, переживаемого этой организацией, и в плане трудностей на пути к политической интеграции. На фоне сказанного внимание экспертов привлекли содержание политики и стратегия Евросоюза в отношении России, Украины, Молдовы, Южного Кавказа и Центральной Азии. Особо обращают на себя внимание новые оттенки, появившиеся в рамках программы «Восточное партнерство».

ЕС-Южный Кавказ: обещания и реальные шаги

О том, что у Запада имеются серьезные планы в связи с этим регионом, говорится с 90-е гг. прошлого века. Но прошедший период показал, что здесь мы имеем дело скорее не с конкретными политическими шагами, а со словами. Это проявляется в политическом, экономическом и геополитическом аспектах. Прежде всего следует отметить, что в урегулировании южно-кавказских конфликтов Евросоюз проявляет недостаточную активность и объективность. Эксперты, анализирующие динамику отношений между сторонами, отмечают ряд ее недостатков (см.: Константин Юматов. Эволюция политики Европейского Союза на Южном Кавказе / «Вести Томского Государственного Университета», 2012, №1 (17), с. 127-131).

По мнению К.Юматова, хотя, начиная с 2008 года, влияние ЕС на Южном Кавказе усилилось, вместе с тем имел место и ряд противоречивых моментов. Во-первых, это – ограниченные финансовые и военные затраты Евросоюза в регионе. Во-вторых, это – наличие противоречий между экономическими интересами этой организации на Южном Кавказе и ее демократическими стандартами (см.: предыдущий источник). Здесь автор имеет в виду политику «двойных стандартов» в отношении государств региона. Так, все еще ЕС не проводит дифференцированную политику в отношении государств региона, придерживаясь общего подхода. К примеру, он не относится к Армении как к стране-агрессору, а, наоборот, говорит о «демократии», «правах человека», «праве на самоопределение» и т.д., чтобы прикрыть эти реалии.

Здесь в качестве самого большого препятствия западные эксперты указывают на то, что Европа и Россия не смогли договориться по региону. То, что ЕС не смог на должном уровне оказать Грузии помощь в 2008 году, в этом смысле сыграло решающую роль (см.: Сергей Маркедонов. ЕС на Южном Кавказе / «Commonspace.eu», 17 ноября 2011 г.). Такая ситуация служит сохранению геополитической напряженности в регионе. Пока нет информации о том, какого рода шаги предпримет ЕС. Но это не означает, что эта организация абсолютно бездействует в регионе.

Дело в том, что в рамках программы «Восточное партнерство» у Евросоюза остаются надежды в связи с Грузией и Азербайджаном. Летом этого года Грузия может подписать ассоциативное соглашение. Азербайджан же ведет более сбалансированную политику, расширяя в этой плоскости сотрудничество с ЕС. Так, между сторонами развиваются стратегические отношения в сфере энергоносителей. Об этом неоднократно заявлялось на официальном уровне. Получение проектами газопроводов TANAP (Trans-Anatolian gas pipeline) и TAP (Trans Adriatic Pipeline) путевок в жизнь оценивается как серьезный шаг. С уверенностью можно сказать, что официальный Баку будет развивать отношения с ЕС в перспективном направлении с учетом собственных интересов.

В отличие от Грузии и Азербайджана, Армения обманула Евросоюз. 3 сентября прошлого года в Москве Серж Саркисян заявил о желании страны вступить в Таможенный Союз, чем положил конец вопросу об ассоциативном членстве. Европейцы оценили это как «шок». С того времени между ЕС и Арменией какой-либо серьезный договор не подписан.

Эта страна словно забыла о Брюсселе. Но удивительно, что европейские аналитики пытаются защищать Ереван в нагорно-карабахском вопросе и обвинять на этой основе Азербайджан в проведении агрессивной политики (см.: Сергей Маркедонов. Указ. статья). Вне всякого сомнения, в корне такого заблуждения лежит политика «двойных стандартов», проводимая Брюсселем.

Из сказанного выше следует, что активизация ЕС преимущественно в энергетической сфере не означает эффективность его геополитики на Южном Кавказе. Для того, чтобы программа «Восточное партнерство» получила полную поддержку, должно измениться отношение самого ЕС к государствам региона. Пока этого не произойдет, упомянутое нами противоречие между экономическими интересами и демократическими требованиями останется. Именно поэтому не видно, чтобы за последние годы в регионе Брюссель добился каких-либо конкретных результатов. Такое положение дел оказывает негативное влияние и на центрально-азиатскую политику организации.

Центрально-азиатское направление: ЕС лицом к лицу со сложной ситуацией

Аналитики говорят о наличии больших проблем у Евросоюза в центрально-азиатской политике. Здесь на первый план выводится то, что «внешнеполитический курс ЕС в целом не опирается на ценности» (см.: Hakan Samur. Avrupa Birliği'nin Orta Asya Politikası: İdealist Söylemlerin Yetersiz Eylemlerle Yürütülme Çabası / «Uluslararası Hukuk ve Politika», 2012, Cild: 7, Sayı: 13, с. 25). Данный политический курс называют «идеалистической риторикой». До сих пор Европе не удавалось эффективно действовать в Центральной Азии.

Разумеется, можно и не согласиться с подобными утверждениями аналитиков. Но они отражают реальное положение дел. Еще в 2007 году ЕС подготовил документ о стратегическом сотрудничестве с этим регионом. С 2008 года он начал активизироваться в этом направлении. В этом контексте много говорилось о переходе ЕС «к новой стратегии» в связи с регионом (см.: Esra Hatipoğlu. Avrupa Birliği-Orta Asya İlişkilerinde Yeni Bir Stratejiye Doğru (mu?) / «Uluslararası Hukuk ve Politika», 2008, Cild: 3, Sayı: 5, с. 1-2). За прошедший же период действенные шаги не были предприняты.

Несмотря на это, центрально-азиатская политика ЕС сохраняет свою актуальность. Правда, сейчас у него в этом регионе, кроме России, имеется и другой соперник – Китай. За короткий период Пекин намерен вложить в Центральную Азию инвестиций на сумму 50 млрд. долларов США. Кроме того, Китай пытается установить энергомаршруты в выгодном для себя направлении. С другой стороны, активизировалась в этом направлении и Россия. Вдобавок к этому Москва расширяет и военное сотрудничество с государствами региона. На фоне этих процессов, кроме проекта доставки нефти в Азербайджан по проводу, проходящему по дну Каспия, другие серьезные успехи ЕС не бросаются в глаза. И здесь свою роль сыграла решительная позиция Баку. При этом следует отметить один момент. Речь идет о ситуации, которая может сложиться в Центральной Азии после вывода военных сил США из Афганистана. По прогнозам экспертов, в этом регионе может увеличиться террор и незаконный оборот наркотических средств. Как следствие, может нарушиться покой государств региона, что перевернет все планы ЕС верх дном. Следует учесть, что нынешний финансовый кризис и без того усложнил ситуацию. Можно сказать, что в таком случае Евросоюз будут ожидать в Центральной Азии новые «неприятные сюрпризы» (см.: Hakan Samur. Указ. произв., с. 26).

На судьбу политики ЕС в связи с регионом серьезное влияние окажут успехи, которых может достичь организация на Южном Кавказе. Пока о присоединении центрально-азиатских государств к программе «Восточное партнерство» не может быть речи. Даже на общем уровне рискованно говорить о развитии отношений между сторонами. По информации, в последнее время наиболее острую борьбу в этом регионе ведут Россия, Китай и США. Но это не означает, что Европу можно не брать в счет. Возможно, что в будущем эта организация реально повысит свой авторитет в Центральной Азии. Но пока каких-либо фактов, которые могли бы порадовать Брюссель, нет.

Таким образом, политика, проводимая Евросоюзом в направлении бывших советских республик, несет в себе во многом противоречивые моменты. В некоторых регионах деятельность этой организации не дала ожидаемых результатов. В настоящее время наиболее значимым для него местом испытаний является Украина. Но это не значит, что Южный Кавказ и Центральная Азия отбрасываются на задний план. Наоборот, если ЕС не сумеет активизироваться именно в этих регионах, то можно прогнозировать, что его в постсоветском пространстве ожидают серьезные провалы.

Кямал Адыгёзалов


Источник:

Часть 1: http://newtimes.az/ru/politics/2584/#.Uxbu0fl_uNY

Часть 2: http://newtimes.az/ru/politics/2587/#.Uxbu7vl_uNY


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Политика и геополитика
Возрастное ограничение