Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Политика и геополитика / Китай и его роль в новом мировом порядке / Статьи
Американский глобализм, военная политика США и их влияние на развитие обстановки в мире и АТР
Материал разместил: Гриняев Сергей НиколаевичДата публикации: 20-10-2003

Окончание XX века характеризовалось масштабной трансформацией жизненного уклада общества – процессы глобализации, колоссальные достижения в различных отраслях науки и техники привели к глубоким изменениям и в области межгосударственных отношений. Наиболее общей чертой, отражающей своеобразие военно-политических процессов в современном мире, выступает их двойственный характер.

С одной стороны, еще существует стремление использовать военное насилие в различных его формах как орудие политики тех или иных социальных сил, о чем наглядно свидетельствует агрессия против Ирака. С другой стороны, на рубеже веков наблюдается четкая тенденция к снижению эффективности применения военной силы как единственного средства достижения политических целей. Так, согласно исследованиям Стокгольмского научно-исследовательского института мира, число межгосударственных вооруженных конфликтов во всем мире медленно, но устойчиво снизилось с 36 конфликтов в 32 регионах планеты в 1989 году, до 25 конфликтов в 24 регионах в 1997 году и в настоящее время продолжает снижаться.

Вместе с тем, несмотря на окончание холодной войны, качественное улучшение отношений между Россией и Западом, военно-политическая обстановка в мирев целом характеризуется как нестабильная. На ее формирование существенное воздействие оказывает складывающаяся однополярная модель мироустройства: отчетливо прослеживается стремление США установить, либо упрочить свое господство в ряде регионов, имеющих исключительную экономическую и военно-стратегическую ценность. Разрушение биполярной социалистическо-капиталистической модели, долгое время державшей мир в страхе войны, не остановило кровопролитие, потому что причины войн не были устранены. Это вызвало стремительный рост числа локальных вооруженных конфликтов, обострение социальных проблем в ряде стран мира, эскалацию терроризма, расползание оружия массового поражения. Результаты ряда исследований, проведенных Международным институтом стратегических исследований в Лондоне, научно-исследовательским институтом в Осло, а также в Лейденском университете в Нидерландах подтверждают, что за последние годы резко возросло число внутригосударственных конфликтов малой интенсивности.

В целом текущий этап развития человечества характеризуется, по мнению ряда ведущих российских и зарубежных специалистов, тем, что происходит быстрое формирование глобального всепланетарного общества на основе достижений информационной и телекоммуникационной революции. Растут масштабы кризиса духовной сферы жизнедеятельности человечества. В мире создано единое глобальное информационное пространство, в котором развернулось геостратегическое информационное противоборство между ведущими странами мира за достижение лидерства по важнейшим параметрам развития. Современный мир - это уже не только мир, в котором материальная база, недра, ресурсы являются объектами ожесточенного соперничества. В XXI веке ключ к успеху будет лежать в умелом управлении информационными возможностями и ресурсами — стратегическом планировании и управлении.

Столь значительные, а главное стремительные изменения привели к тому, что желание удержать глобальное лидерство вынуждает сегодня руководство ряда развитых стран пересматривать роль и место своих государств в новом мире, изменять фундаментальные подходы к проведению внешней и внутренней политики.

В последние годы много говорится о «революции в военном деле», однако, по мнению американских специалистов уже следует говорить и о «революции в дипломатии».

Изменение геополитической и геостратегической обстановки в мире, а также трансформация целей национальной стратегии США заставляет экспертов Пентагона активно разрабатывать новую геополитическую концепцию, призванную обозначить основные ориентиры США по переустройству мира в XXI веке.

Как полагают военные эксперты, основу новой геополитической концепции составит подход, согласно которому положение США как лидера нового миропорядка во многом будет зависеть от того, насколько успешно будут развиваться процессы глобализации в современном мире. Еще с момента окончания холодной войны администрация США находилась в постоянном поиске новой теории управления миром и необходимой для ее поддержки военной стратегии. Такой инструмент был найден в середине 90-х годов XX века. Им оказалась глобализация: только при условии распространения глобализации на всю планету лидирующее положение США может сохраниться.

По мнению экспертов Пентагона, та часть современного мира, которая восприняла модель глобализации, предложенную США, сегодня вполне может быть управляема невоенными средствами и, прежде всего, средствами информационного манипулирования. Та же часть населения планеты, которая не восприняла процессы глобализации, должна быть «колонизирована» с применением военной силы.

Ключевой парадигмой новой стратегии является тезис «разобщенность представляет опасность». По мнению авторов концепции, режим Саддама Хусейна был опасно удален от глобализирующегося мира, от его правил поведения, его норм и связей, которые включают страны в единый, подконтрольный США, механизм. Именно поэтому война с Ираком никак не связана с разоружением Ирака или продолжением объявленной США глобальной войны с террором. Эта война является, по их мнению, важным поворотным моментом, с которого Вашингтон начинает реализовывать свою новую стратегию доминирования в эпоху глобализации.

Многие отмечают, что насаждаемая и культивируемая США политика глобализации в последние годы привела к чрезвычайному расслоению общества: с одной стороны – в высшей степени глобализированные страны Западной Европы и Япония, а с другой – бедные государства Африки, Азии и Латинской Америки. Вместе с тем, по заявлениям экспертов Пентагона, будущее современного мира будет определяться именно теми регионами планеты, в которых глобализация уже стала неотъемлемой частью жизнедеятельности общества.

Весь остальной мир, не охваченный процессами глобализации, рассматривается как «неинтегрированная Брешь». Американские военные эксперты называют эту Брешь «озоновой дырой глобализации», через которую в цивилизованный мир прорывается зло и ненависть.

Говоря о дальнейшем развитии «антитеррористической» операции вооруженных сил США, эксперты Пентагона подчеркивают, что основная цель начатой глобальной операции - сокращение или полное устранение Бреши, что позволит установить полный контроль Вашингтона над всей территорией планеты в рамках масштабной кампании всеобщей глобализации.

В соответствии с этой стратегией, истинная причина войны с Ираком не в том, что Саддам Хусейн тиран, и не в том, что его режим поддержал террористические сети. Реальная причина состоит в том, что складывающаяся не в пользу Америки экономическая и политическая ситуация в мире вынуждает администрацию США иметь дело со всей Брешью как со стратегическим пространством из которого исходит реальная угроза самому существованию Америки.

В качестве главного принципа, позволяющего отнести ту или иную страну к Бреши, определяется следующий тезис: положение страны, гарантирующее военный ответ США, обратно пропорционально ее возможностям к восприятию глобализации.

По прогнозам американских экспертов, США к 2015 г. оста­нутся ведущей силой в миро­вом сообществе. Глобальное влияние Соединенных Штатов в экономической, технологи­ческой, а также в военной и дипломатической сферах не будет иметь себе равных, как среди государств, так и транснациональных организаций. Эта мощь не только обеспечит Америке превосходство, но и призвана сделать ее ведущей силой мирового развития.

Руководство США стремится использовать нынешний период максимального взлета своей мощи, чтобы  обеспечить формирование такого международного порядка, который сохранил бы в неприкосновенности ведущее место и процветание США на обозримую перспективу.

В этой связи новая Стратегия национальной безопасности, подписанная президентом США в2002 году, отводит Соединенным Штатам мессианскую роль в переустройстве мира. 

Наибольшая угроза, с которой сталкиваются Соединенные Штаты Америки, по словам президента Д.Буша, «…находится на пересечении радикализма и технологий…». По его мнению, террористы и враги Соединенных Штатов полны решимости создать и использовать оружие массового поражения. Преодоление этой угрозы требует от США использования всех средств – «…военной силы, лучшей обороны метрополии, правоохранительных органов, разведки и активных усилий по пресечению финансирования террористов…».

Несмотря на провозглашенную готовность сотрудничать с ООН, новая Стратегия оставляет за США возможность нанесения «упреждающих ударов» по государствам, поддерживающим террористические организации или разрабатывающим оружие массового поражения.

Новая Стратегия национальной безопасности США, по существу, отвергает концепции сдерживания, которые определяли оборонную политику в годы холодной войны, в пользу «дальновидной упреждающей политики» в отношении враждебных государств и террористических групп.

Стержнем Национальной стратегии защиты киберпространства, которая была утверждена президентом США в феврале 2003 года, также является тезис о том, что США оставляют за собой право на превентивные действия и в киберпространстве в отношении враждебных государств, в случае если их политика угрожает или в обозримом будущем сможет угрожать национальным интересам США. Соединенные Штаты также оставляют за собой право на адекватный ответ в случае нападения на государственные информационные системы из киберпространства, а не ограничатся юридическими вопросами и слушаниями в суде по факту нарушения защиты информационных ресурсов.

Большое значение для укрепления военной мощи США имеет также ядерная стратегия, официально принятая также в начале 2002 года. В соответствии с ней количество развернутых ядерных боезарядов составит до 3800 единиц в 2007 г., и 1700-2200 ед. - в 2012 г. При этом Соединенные Штаты оставляют за собой право прекратить сокращение и нарас­тить ядерные силы для ответа на непредви­денную угрозу.

Одновременно ядерное оружие продолжает рассматриваться США не только как инструмент политического сдерживания противников, но и как средство их решительного разгрома.

Намерение Вашингтона распространить ядерное сдерживание не только на Россию, но и на страны, стремящиеся к обладанию ОМУ, может привести к полному торпедированию переговорного процесса о распространении ядерного оружия. Вместе с тем, нельзя полностью исключать возможность применения ядерного оружия в том или в ином регионе, где, по мнению США, существуют угрозы их интересам.

Исходя из принятой Стратегии национальной безопасности, новая военная стратегия США предусматривает сохранение группировок передового базирования в Европе, в АТР, а также в других регионах мира, где этого потребуют интересы Вашингтона. Главным театром военных действий считается богатая природными и энергетическими ресурсами Азия, что, независимо от заверений американского руководства, может рассматриваться как стремление обеспечить свое военное присутствие в районах, непосредственно примыкающих к границам РФ, для оперативного применения своих вооруженных сил в сочетании с невоенными средствами достижения внешнеполитических целей.

Геостратегическое размещение ВС США становится все более масштабным, что свидетельствует о возрастании роли и значения военной силы в политике Вашингтона. Пентагон сохраняет 100-тысячные груп­пировки войск в Европе и на Дальнем Востоке, а также со­здал 50-тысячную группировку в районах Ближнего Востока и Центральной Азии. Многотысячные воинские контингенты вооруженных сил США и их союзников ведут военные действия в Афганистане и оккупированном Ираке. Эти войска поддерживаются мобильными силами авиации и флота. Кроме того, расположенные на терри­тории США основные силы американской армии могут быть использованы для наращивания войск и ведения крупномасштабной войны в любом районе мира. По сути США сегодня являются единствен­ной страной в мире, способной осуществлять глобальное воен­ное вмешательство.

Естественно полагать, что рассмотренные изменения во внешней и военной политике США, которые формально выразились в принятии новой редакции ряда важнейших документов государственного и военного строительства, а на деле - в сильнейшее со времен окончания холодной войны обострение международной обстановки, оказывают влияние и на развитие военно-политической и военно-стратегической ситуации в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Администрация Белого дома рассматривает АТР как важнейшую зону обеспечения своих национальных интересов и наиболее перспективным регионом мира. Исходя из этого к основным це­лям политики США в регионе, имеющим комплексный характер и связывающим воедино политиче­ские, экономические и военные аспекты,относятся:

формирование под своим контролем системы коллективной безопасности;

недопущение обострения ситуации до уровня, ставящего под угрозу безопасность США и их союзников;

сохранение передового военного присутствия, развитие инфраструктуры и создание бла­гоприятных условий для переброски сил усиления ВС США как в АТР,так и на Ближний Восток;

обеспечение свободы мореплавания в акваториях, примыкающих к АТР и Индийскому океану;

противодействие развитию связей своих конкурентов с другими государствами региона.

Для реализации своих целей в условиях отсутствия дееспособных структур региональной безопасности в АТР Вашингтон активно участвует в деятельности Асеановского регионального форума (АРФ), Азиатско-тихоокеанского Экономического Сотрудничества (АТЭС), одновре­менно укрепляя двусторонние отношения с ведущими странами региона.

В целом, основными тенденциями развития обстановки как в мире, так и в Азиатско-Тихоокеанском регионе в ближайшие годы видятся следующие.

Первое. Перспективы развития политической обстановки будут определяться, с одной стороны, стремлением к утверждению однополюсного мира, основанного на доминирова­нии одной сверхдержавы, с другой стороны, - к формированию многополюсного мира с существующими и перспективными центрами силы.

Второе. Повышение геополитического веса регионов, а также неравномерность эконо­мического развития и обеспеченности природными ресурсами различных государств объективно способствует формированию экономико-политических группировок. В Европе эти процессы будут определяться развитием институтов Европейского Союза и ОБСЕ, в АТР - развитием Асеановского регионального форума (АРФ), Азиатско-тихоокеанского Экономического Сотрудничества (АТЭС).

Третье. Военные и военно-политические союзы (НАТО, АНЗЮС, договор Рио и другие) будут сохранены и расширены. В соответствии с условиями многосторонних и двусторон­них договоров и соглашений ряд стран, включая Россию и США, сохранят свое военное присутствие в других государствах. Сохранится ядерное и другое оружие массового унич­тожения у США, России, Франции, Великобритании и Китая. К «клубу ядерных держав» присоединятся Индия, Пакистан, Израиль. Очевидно, к 2020 году ядерным и ракетным оружием будут располагать более 10 государств мира, химическим и биологическим - 20-30 стран.

Четвертое. В начале XXI века угроза всеобщей ядерной или крупномасштабной обычной войны останется минимальной. Вместе с тем, опасность возникновения различных по природе и масштабам локальных военных конфликтов многократно возрастет. Этому бу­дет способствовать распространение оружия массового поражения и современных видов обычного оружия в регионах с нерешенными территориальными, этническими, конфессиональными и другими проблемами, обострение борьбы за рынки сбыта, усиление кон­куренции стран за пользование природными ресурсами.

Пятое. Потенциальные конфликты в АТР будут напрямую затрагивать интересы многих региональных государств, способствовать интернационализации кризисных ситуаций. Наибо­лее вероятными очагами региональной напряженности останутся зона Южно-Китайского моря и Корейского полуострова.

Шестое. Стабильность в АТР будет предопределяться отношениями между основными странами этого региона - Японией, США, КНР и Россией.

Наличие большого числа противоречий в Юго-Восточной и Северо-Восточной Азии, возможность возникновения здесь локальных конфликтов, предлагает необходимость соз­дания этими странами коллективного механизма по обеспечению безопасности и ста­бильности в регионе. Отсутствие такового может привести к повторению печального опы­та Европы в конце XX века.

Седьмое. Основными особенностями обстановки в АТР и бассейне Тихого океана, очевидно, следует считать:

сохранение высокого уровня военного потенциала, наличие широкого спектра противо­речий, для разрешения которых может быть использована военная сила, расширение ус­ловий ее применения в миротворческой деятельности;

пересечение национальных интересов мощных в экономическом отношении государств региона и обострение соперничества между ними за лидерство в нем;

усиление демографической напряженности, нехватка ресурсов и жизненного пространст­ва, этническая неоднородность и религиозные противоречия, негативные последствия фи­нансовых кризисов;

распространение ракетно-космических технологий, перенос соперничества в воздушное и космическое пространство, рост числа государств, обладающих ядерным оружием.

На этом фоне отрицательно влияющим на региональный военный баланс фактором становится отсутствие заметного прогресса в военном сотрудничестве между имеющими общность многих интересов Россией и КНР, за исключением сотрудничества в военно-технической сфере.

Если на Западе отчетливо просматриваются перспективы военного сотрудничества России с Италией, Францией, Германией и некоторыми другими государствами, вплоть до совместного производства некоторых образцов авиационной, космической и др. видов техники, то российско-китайское сотрудничество на этом направлении заметно отстает.

Неиспользованными остаются резервы сотрудничества между Россией и КНР в рамках Шанхайской организации сотрудничества.

В целом у российско-китайского партнерства в военной области имеются возможности не только к дальнейшему углублению и развитию, но и к приобретению нового качества, связанного с общими вызовами, которые бросают России и КНР процессы глобализации, а также обусловленного стремлением к прагматизму в развитии двустороннего и многостороннего взаимодействия. Это в большей мере способствовало бы установлению в регионе более благоприятного для двух наших государств баланса сил, что, безусловно, будет играть важную роль в поддержании стабильности и безопасности в АТР.

Сергей Гриняев


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Политика и геополитика
Возрастное ограничение