Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Политика и геополитика / Китай и его роль в новом мировом порядке / Статьи
Россия в «тени» Поднебесной
Материал разместил: Небренчин СергейДата публикации: 17-10-2017

18 октября начинает работу XIX съезд коммунистической партии Китая. Переизбрание Си Цзиньпина в Китае в октябре 2017 года, а следом за этим ожидаемая победа сторонников Владимира Путина на предстоящих президентских выборах 2018 года (см.: «Бильдербергские знатоки» озабочены Россией) в России может привести к слому прежней прозападной системы мироустройства, кардинальному изменению картины мира и, прежде всего, серьезным преобразованиям на евразийском континенте, считает Сергей Небренчин, эксперт Фонда содействия общественной дипломатии, д.и.н., профессор, один из авторов монографии «КНР-сверхдержава XXI: перспективы российско-китайских отношений».

Поднебесная XXI века

В период после XIX съезда произошло значительное  усиление позиций Китайской народной республики в мировой политике и экономике, военно-технической сфере. За короткий промежуток времени Китай постепенно превратился в одну из крупнейших в мире экономических держав, укрепил национальный суверенитет и, как следствие, получил возможность оказывать всестороннее и все возрастающее влияние на ход развития основных международных политических и экономических процессов.  Китай готов принять самое активное участие в глобальном переформатирование мира, в том числе формировании основ нового валютного мира, в котором китайский юань выйдет на первые роли. Он активно конкурирует за лидерство в глобальных процессах освоения новых технологических укладов.

Одним из главных инструментов реализации китайского лидерства в мире выступает геоэкономическая инициатива Великого Шелкового пути (ВШП), которая нацелена на возрождение, расширение и развитие торгово-экономических отношений, на материке Евразия,   формирования  евразийской системы коллективной безопасности на принципах учета и гармонизации взаимных интересов, сотрудничества, обеспечения стабильности. Нынешняя глобальная евразийская инициатива  Пекина  — это гигантский интеграционный проект, комплекс уже спроектированных маршрутов или будущих транскоммуникаций, не только дорожных, но нефте- и газопроводных, а также Морской путь из Китайского моря в Европу. Проект далеко выходит за границы стран ШОС и охватывает практически всю Азию: Западную, Центральную, Восточную и Юго-Восточную Азию, другие регионы евразийского континента.

В стремлении в долгосрочном плане  обеспечить национальную безопасность, суверенитет и территориальную целостность страны  руководство КНР последовательно осуществляет стратегическое планирование. Начиная с 2012 года, когда состоялся XVIII съезд КПК и прихода к власти в стране Си Цзиньпина, была сформулирована «китайская мечта», определена цель по созданию «богатого, могущественного, демократического, цивилизованного, гармоничного и современного социалистического государства» к столетию со времени образования КНР (2049 г.). И на этом пути китайцы во многом преуспели.

С приходом к власти Си Цзиньпина резко активизировалась борьба с коррупцией, которая в Китае рассматривается как реальная угроза национальной безопасности страны. По разным оценкам, партийные чистки с последующим возбуждением уголовных дел, в той или иной мере ежегодно касаются  180 тысяч человек, для сравнения в 2012 г. – это 10-20 тысяч. В этом года по подозрению в коррупции был арестован Сунь Чжэнцай,  первый секретарь города центрального подчинения Чунцина, один из самых перспективных политиков Китая, способных реально конкурировать с нынешними руководителями страны.

В противостоянии  с внутренней коррумпированной оппозицией лидер  КНР вынужден усиливать позиции НОАК и военной бюрократии  в государстве и обществе, как гаранта национальной безопасности, суверенитета и территориальной целостности страны.

Современные претензии КНР на мировое лидерство в XXI веке встречают вполне обоснованное противодействие со стороны ведущих стран  Запада и, в частности, США и их «хозяев». В пику Пекину нагнетается ситуация вокруг Северной Кореи, которая грозит перерасти  в крупный вооруженный конфликт с участием других стран региона. Не без участия внешних сил провоцируется обострение обстановки на индо-китайской границе. Антикитайскую направленность имеет межрелигиозный конфликт в Мьянме, где мусульмане - Рохинджа в конфликте с властями пользуются прямой поддержкой союзников США и, в частности, Саудовской Аравии. Запад угрожает Пекину ограничить его торгово-экономическую экспансию в мире, грозит санкциями и ограничениями.

В ответ  официальный Пекин проводит политику сосредоточения  страны на своих внутренних проблемах и  интересах. Он озабочен вопросами гармонизации отношений в сфере производства, сдерживания внутреннего потребления, укрепления своих силовых структур и, в частности, НОАК. Особое значение придается  развитию взаимовыгодных политических и экономических связей с другими странами и международными объединениями. И, прежде всего, здесь речь идет о таких перспективных международных форматах, как БРИКС, ШОС, АСЕАН и др.

Общий рассклад политических сил

Наряду с большим количеством единомышленников и сторонников, сегодня у главы КНР Си Цзиньпина немало явных и скрытых оппонентов. Они критикуют лидера страны и его команду  за недостатки и просчеты, связанные с демографическими перекосами, нарастанием экологических, продовольственных, террористических угроз в стране, снижением темпов роста ВВП. Особенно рьяно оппоненты Си Цзиньопина во власти критикуют его за «излишнюю мягкость» в отстаивании интересов страны на международной арене. Они выступают против попыток сторонников председателя КНР отменить «формулу Дэн Сяопина «5+5», которая ограничивает двумя сроками переизбрания лидера страны.

Пэтому перед председателем Си Цзиньпином и его сторонниками сегодня стоит задача, с одной стороны, обеспечить сохранение власти в руках нынешней военно-бюрократической группировки КПК, нейтрализовать своих политических противников, недопустить появления предпосылок дезинтеграции страны по  советскому сценарию и, наконец, обеспечить реализацию стратегии особого китайского пути со своей спецификой. Фактически речь идет о претворении в жизнь китайской версии идеологии национал-социализма. Для того, чтобы решить эти задачи, председателю Си Цзиньопину надо получить поддержку своей политики на XIX съезде, попытать продвинуть своих сторонников на ключевые позиции в руководящих органах власти КПК.

Нельзя не забывать о том, что во многом на внутриполитический расклад  в КНР  влядеют мировые кланы и, в частности, Ротшильды. Несмотря на то, что в 2015 году в Лондоне был организован  беспрецедентный прием китайской делегации во главе с Си Цзиньпином, достигнуты договоренности о стратегическом партнерстве Лондона и Пекина, представители Ротшильдов предпочитают «хранить яйца в разных корзинах» и поэтому активно взаимодействуют и с другими политическими силами. Позиции клана сильны среди «комсомольцев» и «шанхайцев», руководства Гонконга, в некоторых влиятельных китайских диаспорах за рубежом. Кроме того, на ситуацию в Китае пытаются влиять и Рокфеллеры, которые сильны в США, а также Ватикан, стремящейся перехватить инициативу в социокультурной сфере жизнедеятельности китайского общества.

Все это говорит о том, что внешние силы постараются не допустить укрепления курса на суверенное развитие страны по итогам XIX съезда КПК. В китайском руководстве больше всего опасаются больше всего опасаются того, что внутриполитическая борьба иежду сторонниками и противниками Си Цзиньпина в КНР может «выйти из под ковра» и выплеснуться на улицы.

В настоящее время внутриполитическая борьба особенно остро протекает между «комсомольцами», выходцами из молодежной среды, игравшей ключевую роль во время «культурной революции» небезызвестного Мао Цзэдуна. «Комсомольцы» опираются на городские слои и имеют немалую поддержку за рубежом, прежде всего, в Лондоне и Вашингтоне. Им противостоит «красная военная аристократия», («военно-бюрократическое крыло» , так называемые «принцы», опирающиеся на китайскую армию. Во внутриполитический конфликт также вовлечены «шанхайцы», представляющий крупнейший мировой центр торговли, самый большой по численности мегаполис  на океанском побережье, где всегда было сильно влияние Запада. Глубинныое взаимное неприятие между «комсомольцами» и силовиками («военно-бюрократическим крылом») партии возникло со времен применения военной силы, в том числе танков, против массовых выступлений в Пекине на площади Тяньаньмэ́нь  4 июня 1989 года. После этих событий вплоть до 2012 года во властных кругах Китая доминировали «комсомольцы» и «шанхайцы», ставленники финансового сектора элиты Китая, которых в прессе нередко называют «проамериканскими глобалистами». Они в свое время и открыли  китайский рынок перед западными товарами и привлекли в страну финансовые потоки.

На самых высших этажах власти выразителями конкурирующих линий являются председатель КНР Си Цзиньопин, который представляет силовиков, и глава правительства Ли Кэцян, стоящий на  позиции «комсомольцев». Как считают эксперты,  по инициативе премьера, но не без подачи извне,  не раз выдвигались инициативы, противоречащие интересам страны. В частности,  с его подачи  возникала тема федерализации страны. Как известно, премьер вел речь о сокращении полномочий центра и передачи их в пользу регионов. В условиях, когда в КНР сильны позиции региональных элит, такого рода инициатива могла иметь негативные последствия.

Российско-китайские параллели

Нынешний расклад политически сил в китайском обществе в немалой степени  напоминает российскую политическую картину. Группа Си Цзиньпина, руководство НОАК, некоторые региональные элиты представляют китайских «изоляционистов», которые  как и сторонники Владимира Путина в России стараются преследовать исключительно национальные интересы. В пику российским государственно-патриотическим силам  активно действуют прозападные институты «глубинного государства», которые наиболее последовательно выступают против российско-китайского стратегического партнерства.

Несмотря на то, что  китайское общество по сравнению с российскими реалиями  является более однородным в этнорелигиозном плане, оно также подвержено сильному влиянию извне. Представители китайских  деловых кругов и политико-экономической элиты оказываются тесно связанными коммерческими и идейно-политическими узами  со своими  западными партнерами. Поэтому они заинтересованы в отстаивании западных ценностей, продвижении соответствующией модели развития государства и общества. При формальном полном доминировании КПК в стране конкурирующие группировки, не всегда противоборствующие открыто между собой, тем не менее придерживаются взаимоисключающих взглядов на будущее КНР.

В России с большими надеждами ждут  решений 19 съезда и, прежде всего,  переизбрания Си Цзиньпина на новый срок. Между «военно-бюрократическим крылом» Китая и «государственно-патриотическими силами» России, которые сплотились вокруг президента Владимира Путина, существуют взаимнодоверительные отношения. Они   тесно взаимодействуют и поддерживают друг друга на международной арене, совместно участвуют в урегулировании отдельных конфликтов в Евразии,  возлагают немалые надежды на дальнейшее развитие торгово-экономических, военных и гуманитарных связей. Нахождение в «тени» Поднебесной  дает России исторический шанс выжить и  самосохраниться в эпоху глобальныз вызовов и угроз.

Переизбрание Си Цзиньпина в Китае в октябре 2017 года, а следом за этим ожидаемая  победа сторонников  Владимира Путина на предстоящих президентских выборах 2018 года   в России может привести не только к укреплению во власти  наших стран силовиков и других национально ориентированных сил, большему открытию друг другу внутренних рынков и расширению торгово-экономического сотрудничества. По оценкам экспертов, политические события в КНР и РФ неизбежно приведут к  слому прежней прозападной системы мироустройства, кардинальному изменению картины мира и, прежде всего, серьезным преобразованиям на евразийском континенте.

Сергей Небренчин

Теги: Россия , Китай


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Политика и геополитика
Возрастное ограничение