Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Политика и геополитика / Великая арабская революция / Статьи
Конец ваххабитского проекта интеграции Большого Ближнего Востока?
Материал разместил: АдминистраторДата публикации: 23-06-2013

Неубедительное голосование в середине мая по „катарскому” проекту резолюции Генеральной ассамблеи ООН по Сирии, а также заметное усиление раздражительной тональности в медиа, подконтрольных главным нынешним «интеграторам» Большого Ближнего Востока – Саудовской Аравии и Катару, свидетельствует о том, что с ваххабитским интеграционным проектом с каждым днем возникает все больше проблем.

Поэтому, судя по всему, регион и далее будет оставаться мировым «полигоном» для глобальных игроков.
 
В связи с существенным повышением роли энергетических ресурсов региона Большого Ближнего Востока в глобальной энергетической системе, пространство от Атлантики до Индии в последние десятилетия превратилось в один из ключевых центров формирования новой мировой геополитической конъюнктуры.
 
Впрочем, парадоксальность ситуации в регионе, до недавнего времени, заключалась в том, что хотя арабы (вернее будет сказать, арабоговорящие народы) составляют подавляющее большинство населения Большого Ближнего Востока и занимают львиную долю территории, в общей сложности формируя 21 государство (а если с „квази-государственной” Палестиной, то 22), неформальными лидерами региона являлись до прошлогодних революционных событий в регионе как раз неарабские страны.
 
Это Иран, Израиль и, в последнее время, Турция, которая, похоже, окончательно прекратила биться головой о глухую стену Евросоюза и повернула свой внешнеполитический вектор на Ближний Восток, а также полностью окунулась в оформление тюркской ойкумены.
 
Похоже, такое состояние дел уже начало изрядно раздражать чрезмерно разбогатевшие за счет повышения мировых цен на углеводороды арабские монархии Персидского залива и сподвигло некоторых не в меру активных правителей из этих стран на „интеграторские” подвиги.
 
Чем дальше развивались события т.н. «арабской весны», тем больше они напоминали «местечковую борьбу» за доминирование в арабском мире. И «линия фронта» все отчетливее просматривалась между авторитарно-теократическими монархическими режимами (Саудовская Аравия и т.н. «малые монархии» Аравийского полуострова, прежде всего, Катар) и режимами умеренно-жесткими, полувоенными, авторитарными и, что особо важно, светскими (в первую очередь, Египет, Сирия, Ливия, Алжир).
 
В сущности мы явились свидетелями «подмятия» под себя первыми вторых, символом чего явилось фактическое превращение Лиги арабских государств в «исполнительный орган» Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.
 
Следует выделить три составляющих успеха «заливников».
 
В первую очередь, это, разумеется, высокий уровень социально-экономического развития монархий Залива по сравнению с другими арабскими государствами, их относительно стабильная экономика и наличие значительных финансовых возможностей, обусловленных поступлениями от экспорта энергоносителей.
 
Однако, в информационную эпоху это не главное. «Ключевую» роль в успешной борьбе со своими светскими «заклятыми друзьями» сыграло активное использование в пропагандистских целях медийных ресурсов (прежде всего, спутниковых телеканалов «Аль-Джазира» и «Аль-Арабия») и социальных сетей, а также четко поставленная пропагандистская работа и умелое использование объективных трудностей других стран арабского мира (высокий уровень коррупции среди различных эшелонов власти, социальная поляризация общества, неотработанность механизма передачи власти и т.д.).
 
Ну и, разумеется, следует также отметить использование Катаром, Саудовской Аравией, монархиями Залива в собственных целях изменений стратегической линии США в отношении региона. Выражено это было в фактическом отказе от политики «тотальной демократизации» ближневосточных государств и курсе на вполне прагматичное формирование «оси умеренных государств для поддержания стабильности» на Ближнем Востоке как противовеса «оси экстремизма в регионе» (Иран-Сирия-«Хезболла»).
 
Поначалу события в Тунисе и Египте показали, что „блицкриг” у „интеграторов” вроде бы удался. Впрочем, дальнейшее развитие ситуации на ливийском и, особенно, сирийском фронтах отчетливо продемонстрировало, что нынешние успехи саудовско-катарского интеграционного «локомотива» в регионе были лишь тактические. Стало понятно, что говорить об успешности арабского интеграционного проекта под эгидой ССАГПЗ пока преждевременно.
 
В том, что ваххабитский интеграционный проект ныне терпит поражение, имеются веские причины. В первую очередь, на ментальном уровне.
 
В тех арабских государствах, где уже десятилетиями привыкли к прелестям светской жизни, все больше растут опасения насчет распространения на своей территории ваххабитской модели организации общества, присущей главным нынешним «интеграторам» арабского мира.
 
Поэтому рискну предположить, что, скажем, успехи исламистов в Египте являются временными. Тот, кто прожил там не один год и хорошо знает египтян, думаю, со мной согласится.
 
К тому же важно также учитывать наличие неарабских региональных «игроков» (уже упомянутых Ирана, Турции, Израиля), которые имеют отличные от арабских монархий Персидского залива амбиции как в регионе в целом, так и относительно арабской ойкумены, в частности.
 
И хотя объединительные региональные проекты, инициированные Турцией и Ираном, пока также выглядят малоперспективными в связи с традиционным недоверием «арабской улицы» относительно имперских амбиций обоих государств, все это заметно осложняет интеграционные потуги Катара и Саудовской Аравии.
 
В общем, несмотря на все усилия, кардинальных изменений в плане приобретения «субъектности» арабский мир пока не претерпел. «Интеграционный кураж» Дохи и Эр-Рияда заметно угасает в связи с неуступчивостью Дамаска. Лига арабских государств постепенно возвращается в свое обычное состояние – общеарабской говорильни, а на региональной авансцене все отчетливее просматриваются привычные очертания ведущих мировых игроков.
 
А это значит, что Большой Ближний Восток, в связи с неспособностью обустроить свое политическое, экономическое и гуманитарное пространство и создать стабильную систему внешних связей (скажем, наподобие Евросоюза), судя по всему, пока и далее будет оставаться мировым «полигоном» — объектом для отработки различных геополитических проектов «сильных мира сего» и, прежде всего, США.
 
Виталий Николаевич Билан кандидат исторических наук, эксперт по Ближнему Востоку, специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


Источник: http://ru.journal-neo.org/2013/06/17/konets-vahhabitskogo-proekta-integra/


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Политика и геополитика
Возрастное ограничение