Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Политика и геополитика / Иран: вчера, сегодня, завтра / Статьи
Москва - Тегеран: новые грани отношений
Материал разместил: -Дата публикации: 28-03-2017
Глава Исламской республики Иран обсуждает в Москве актуальные вопросы двухстороннего сотрудничества. Его встречи на высшем уровнем с российской стороной нацелены на достижение прорывных договоренностей в отношениях России и Ирана в нынешней сложной международной обстановке.

Международные события последнего времени, нарастание кризисных явлений в мировой экономике и финансах во многом предопределили улучшение двухсторонних отношений между Исламской республикой Иран и Российской федерацией. Активное военно-политическое сотрудничество двух стран по нормализации кризисной обстановки на Ближнем Востоке и, прежде всего, в Сирии содействовало налаживанию деловых связей и дальнейшему развитию торгово-экономического взаимодействия. В немалой степени сближению позиций Москвы и Тегерана на международной арене и, в частности, в региональных делах способствовало то обстоятельство, что против Ирана и России продолжают действовать западные санкции, что заставляет страны искать новых партнеров для решения задач экономического развития.

Современный иранский потенциал

Иран (до 1935 года – Персия), – это одно из древнейших государств мира. История Ирана, по письменным источникам, охватывает почти пять тысячелетий, а более 2500 лет страна входит в число влиятельнейших политических и культурно-мировых центров. ИРИ имеет выход к Индийскому океану и Персидскому заливу, находится на пересечении трансконтинентальных путей, граничит с Азербайджаном, Афганистаном, Арменией, Ираком, Оманом, Пакистаном, Туркменистаном, Турцией, крупнейшими странами региона.

В Исламской республике Иран проживает около 80 миллионов человек, из них более 60 процентов – это этнические персы, которые занимают ключевые посты в иранском истеблишменте. Кроме них, проживает значительное число азербайджанцев (16%), курдов (10%), луров (6%) и др. Несмотря на исламский характер государства, где 85 % составляют мусульмане-шииты, иранское общество отличает высокий уровень толерантности к представителям других национальностей и вероисповеданий. Даже борьба с мировым сионизмом, провозглашенная правительством в качестве одного из внешнеполитических приоритетов, не влияет на веротерпимое отношение к иранским иудеям и их святыням.

Тегеран сегодня (источник: http://www.webturizm.ru/photo/iran/pic-14199.php)

В Иране сильны демократические традиции, властные органы власти формируются на избирательной основе с широким участием гражданского населения. Главой государства является рахбар, сегодня это великий аятолла Сеййид Али Хосейни Хаменеи. Высший руководитель избирается Советом экспертов и подотчетен ему. Рахбар — верховный главнокомандующий вооруженными силами страны, руководитель военной разведки. Высший руководитель назначает людей на ключевые посты в государстве: председателей судов, руководителя полиции и командующих всеми родами войск, а также шестерых из двенадцати членов Совета стражей конституции[1]. Президент страны, ныне Хасан Рухани, остается вторым человеком в государстве. Влиятельным органом власти остается однопалатный Меджлис (парламент), который формируется на демократической основе.

Современный Иран – это фактически альтернатива существующей западной модели развития, которая все еще доминирует в мире. В стране создан некий социальный мусульманский правопорядок, государственная внутренняя политика основывается на принципах исламской справедливости, международная деятельность ведется с учетом национальных интересов[2]. Страна с более чем 2500-летней историей и уникальной восточной культурой обращена в будущее. Наука, образование, информационные технологии и интернет прочно вошли в повседневную жизнь иранцев, значительную часть которых составляет молодые люди. Государственными планами предусмотрено развитие электронного правительства, национальной информационной сети, обеспечение ее безопасности и идентификации пользователей. В 1992 году Иран стал второй страной на Ближнем Востоке, подключённой к всемирной паутине, и с тех пор правительство прилагает значительные усилия для развития информационно-коммуникационной инфраструктуры в стране. Количество пользователей интернет в ИРИ приближается к 40 миллионам человек, 49% от общей численности населения страны, из них 80% - мобильные пользователи[3].

Иран располагает большими природными ресурсами, в частности, обладает вторыми после России в мире разведанными запасами газа и третьими-четвертыми - нефти[4], а также крупными месторождениями угля, железной руды, марганца, цинка. Современный Иран - это самодостаточное независимое государство с относительно развитой промышленностью, опирающейся на современные технологические разработки, мощным аграрным сектором, высоким уровнем социальной поддержки населения. За годы экономической блокады иранцы подняли свой внутренний рынок, существенно развили производительную не сырьевую экономику, укрепили позиции национального бизнеса. Совместный всеобъемлющий план действий (JCPOA) по снятию санкций с ИРИ, подписанный в июле 2015 г. в Вене, предусматривает перечень мер направленных на ограничение обогащения урана и контроль над иранской ядерной программой со стороны Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). В том же году стороны - участники соглашения приступили к осуществлению мер предусмотренных планом. Однако, США в дальнейшем стали отходить от договоренностей, во многом сохраняя режим антииранских санкций.

В настоящее время экономика Ирана демонстрирует признаки выздоровления. Действующему правительству во главе с президентом Хасаном Роухани (в Иране посты премьер-министра и президента совмещены) в течение года после частичного снятия «калечащих санкций» Запада удалось улучшить практически все макропоказатели иранской экономики. Двузначная инфляция, которая десятилетиями преследовала ИРИ, сведена к 7,5% в 2016 году, рост ВВП составил 7%, уйдя с минусовой отметки, наблюдается внушительный объем инвестиций – около 10 миллиардов долларов. Положительную роль на улучшение социально-экономической ситуации в стране оказывает возращение Ирана на мировые рынки энергоресурсов, в частности, страна активно наращивает продажи нефти.

Иран не случайно претендует на роль региональной сверхдержавы. Он является лидером шиитского мира и персоязычных стран (Афганистан, Таджикистан), влиятельным членом международных организаций (ООН с 1945 г., ОИК, ОПЕК и др.). Иран активно участвует в урегулировании кризисных ситуаций в обширном регионе от Суэца до Тибета, оказывает заметное влияние на развитие стран Центральной Азии и Кавказа. Статус региональной сверхдержавы ИРИ держится на религиозно-политической, энергетической и военной мощи страны. Иранские вооруженные силы являются крупнейшими не только в зоне Персидского залива, но в мире. Их численность превышает 900 000 человек, они достаточно хорошо вооружены и оснащены, отличает высокий боевой дух, что в значительной мере определяется тем, что Иран является теократическим государством, в котором в качестве официальной религии принят ислам шиитского направления[5]

В целом, современный Иран – это наглядный пример независимого успешного развития для других стран мира. В планах ИРИ перспективы развития страны определены до 2025 года, в основу прогноза заложено пропорциональное национальное развитие с учетом культурных и исторических особенностей с опорой на нравственные принципы и исламские ценности, религиозную демократию, социальную справедливость, законную свободу и защиту достоинства и прав человека. Документ определил вектор национального развития на экономическое, научное и техническое лидерство Ирана в регионе Юго-западной Азии, включая Центральную Азию, Кавказ и Средний Восток[6].

 Сегодня ИРИ входит в число немногих государств мира, которые в действительности являются суверенными и развиваются не под внешним контролем и управлением, а самостоятельно с учетом своих национальных интересов. В настоящее время Иран, сохраняя преемственность курса – Ни Запад, ни Восток», свою внешнюю политику строит строго с учетом своих национальных интересов, на международной арене отстаивает позиции шиитского мира.

Сотрудничество в международной сфере

В настоящее время Иран и Россия вместе противостоят планам дальнейшей дестабилизации ситуации в обширном регионе от Суэца до Тибета, перекройки геополитической карты Евразии. Наряду с Китаем, они являются, по существу, главными оппонентами Запада, который пытается переформатировать мир в своих интересах. Чтобы успешно противодействовать негативному развитию событий на южных рубежах России, важно заблаговременно принять меры, в том числе включить современный Иран в евразийский контекст российской внешней политики. Это предполагает более активное вовлечение ИРИ в деятельность международных организаций с участием КНР и РФ и, в частности, ШОС и БРИКС, наращивание совместных дипломатических усилий по урегулированию конфликтных ситуаций в обширном регионе от Суэца до Тибета, в том числе вокруг Афганистана, Нагорного Карабаха (Северный Кавказ), Каспийского моря.

Стратегическим районом сдерживания дальнейшего вмешательства во внутренние дела обширно региона со стороны США и их союзников остается Сирия, где Россия и Иран, не без политической поддержки КНР, ведут борьбу с международным терроризмом. Три страны — Россия, Турция и Иран, — ведут совместную работу по урегулированию ситуации в Сирии. Казахстан стал политической площадкой для проведения масштабных международных переговоров по сирийской проблеме с участием всех заинтересованных сторон, в том числе представителей сирийской оппозиции. В кулуарах саммита идет обсуждение темы разделения сфер влияния в Сирии[7].

Однако Иран в Сирии преследует свои геостратегические цели, которые отличаются от планов России. В частности, речь идет об известном иранском проекте «Дервиш», направленный на формирование «шиитского пояса».

Уже сегодня он простирается по всей иракской пустыне через, так называемый, «суннитский треугольник» и доходит до сирийской пустыни. Впервые со времен Второй мировой войны, достигнув берегов Средиземного моря, Тегеран сегодня ведет боевые действия в обширном регионе на многих фронтах[8]. Иран очень рассчитывает на эту сухопутную дорогу, которая смогла бы соединить весь шиитский полумесяц. При этом Иран извлекает максимальную выгоду из сотрудничества с Китаем и Россией, а также с Западом, который предоставил ему полную свободу для деятельности в Ираке на неопределенный срок.

Усиление позиций Тегерана в обширном регионе вызывает протесты во многих арабских суннитских странах и Израиле. Москва также не готова к новой роли Ирана на территории от Суэца до Тибета, но вынуждена поддерживать союзнические отношения с Тегераном, так как иранские армейские подразделения и вместе с шиитскими отрядами других стран играют главную роль в сухопутных операциях. Кроме того, как пишут зарубежные СМИ, «русские не могут полностью принять иранцев из-за их лояльного отношения к США»[9]. Дело в том, что процесс иранской экспансии в регионе одобряется Западом, который считает Иран важнейшим игроком, способствующим распространению западной стратегии по изменению региона.

Между тем, по признанию зарубежных экспертов, Москва внесла немалый вклад в возвращение Ирана в качестве полноценного геополитического игрока на международную арену. Учитывая нынешнюю антииранскую риторику новой администрации США, ей предстоит сделать еще больше, обеспечивая военно-политическое прикрытие Тегерана, что грозит Кремлю серьезным осложнением отношений со Штатами[10]. Поэтому Россия, пользуясь нынешним окном возможностей, хотела бы переформатировать характер и содержание военно-политических отношений двух стран с учетом своих геополитических и национальных интересов в регионе.

Еще одной сложной проблемой в ирано-российских двухсторонних отношениях может стать «курдский вопрос». Как становится известно, сегодня США активно продвигают проект строительства «Великого Курдистана»[11], который может возникнуть на части современных территорий Сирии и Ирака с населением около 12 миллионов человек. Несмотря на то, что Россия выступает за территориальную целостность Сирии и предоставление курдам широкой автономии, она поддерживает связи с курдскими организациями не только Сирии и Ирака, но и даже Турции, видит в них своей геополитический резерв в обширном регионе от Суэца до Тибета. В то время как Тегеран в создании курдского государства видит угрозу своей территориальной целостности, так как в современном Иране проживает от 3,5 до 4 миллионов курдов. Руководство этой страны исходит из того, что американские планы построения «Великого Курдистана» направлены не только против Турции и России, но и ИРИ.

Вместе с тем, по многим другим международным вопросам и, прежде всего, укреплению стабильности в Центральной Азии и на Кавказе российско-иранский потенциал сотрудничества остается высоким. Речь, прежде всего, идет об урегулировании армяно-азербайджанского конфликта в Нагорном Карабахе, развитии многосторонних отношений со странами Средней Азии и Кавказа. Иран относит к сфере своих традиционных национальных интересов персоязычные Таджикистан и Афганистан, а также другие среднеазиатские страны. Совместное сотрудничество с Россией здесь приносит немалые экономические выгоды, способствует укреплению стабильности в регионе. Иран в равной степени имеет немалое влияние на Ереван и Баку, поэтому мог бы играть большую роль в урегулированию проблемы Нагорного Карабаха, наряду с Россией, которая входит в состав Минской группы ОБСЕ.

Давно уже регулярными стали саммиты «каспийской пятерки» (Азербайджан, Иран, Казахстана, России, Туркмении)[12]. В 2017 г. – II Международный Каспийский технологический форум – «Технокаспий – 2017». Он призван расширить диалог государств «прикаспийской пятерки» и других стран. По словам Александра Жилкина, губернатора Астраханской области, …наши страны демонстрируют живой интерес к стратегическому партнерству в области инновационных, технологических решений для промышленности и энергетики, экологии, молодежной и образовательной кооперации[13].

В отношении двух стран регулярными становятся встречи на высшем уровне, глав международных и военных ведомств. В марте 2017 года в Москве приняли с официальным визитом президента Ирана Хасана Рухани. Его встречи на высшем уровнем с российской стороной изначально были нацелены на достижение прорывных договоренностей в отношениях России и Ирана в нынешней сложной международной обстановке. По оценкам специалистов двух стран, в ходе визита произошла ожидаемая экономическая перезагрузка в отношениях двух стран. На саммите был обсужден широкий круг торгово-экономических вопросов, подписан ряд прорывных соглашений и договоров, в том числе документ о создании зоны свободной торговли между Ираном и Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС).

Военно-политическая сфера

В последние годы происходит активное военное сотрудничество на государственном уровне. Стали регулярными встречи министров обороны и их заместителей. Как известно, в начале 2015 г. состоялся первый, с начала «нулевых» годов, официальный визит министра обороны РФ Сергея Шойгу в Тегеран. По итогам переговоров с министром обороны Ирана Хосейном Дехганом было подписано соглашение о военном сотрудничестве между двумя странами.

Россия и Иран ведут переговоры о строительстве стратегического судоходного канала, который свяжет Каспийское море с Персидским заливом. Его условно называют иранским «Суэцким каналом»[14]. Благодаря иранскому проекту российские военные корабли смогут выходить в открытое море без необходимости следования по турецким проливам Босфор и Дарданеллы. По мнению иранской стороны. Так они смогут конкурировать с американским флотом, который сейчас свободно действует в Персидском заливе.

В сирийском вооруженном конфликте Иран и Россия активно взаимодействуют в политическом, информационном и сугубо военном плане, регулярно обмениваются разведданными. Иран играет важную роль в проведении сухопутных операций, а Россия – планировании и координации боевых действий и их воздушной поддержке. Иран не раз предоставлял российским ВКС возможности пролета через свою территорию и базирования на аэродромах. Между двумя странами активно идет военно-техническое сотрудничество.

России, активно вмешавшейся в войну в Сирии и занявшей лидирующую роль в ней, крайне важно в борьбе с международным терроризмом не только иметь надежных союзников, но и изучать их опыт в войнах подобного типа. В данный момент таким государством является ИРИ. Как считает эксперт М.Немтырев, иранское военное участие в Сирии и Ираке представляет собой яркий пример случая, когда государство, участвуя в вооруженном конфликте на стороне своего союзника Б. Асада, испытывает неприятие к себе (шиитам) со стороны радикальных исламистов суннитов. Тем не менее, конфликт интересов Тегеран оборачивает в свою пользу для увеличения собственного военно-политического влияния[15].

По оценкам западных экспертов, в Сирии Корпус стражей исламской революции собрал самых разных шиитских боевиков, от членов ливанской группировки Хезболла до добровольцев из Ирака, Ирана и Афганистана, в войско, насчитывающее несколько десятков тысяч бойцов. Эти боевики приобретают боевой опыт под руководством Корпуса стражей, и, когда сирийская война закончится, они могут стать ценным активом в российско-иранском военном сотрудничестве. В связи с этим США, Израиль и Великобритания прилагают особые усилия, чтобы не опустить образования стратегической российско-иранской оси» в обширном регионе от Суэца до Тибета[16].

Сотрудничество в военно-технической сфере (ВТС) двух стран является одним из приоритетов роста иранской экономики, в частности, оборонной сферы, которая наряду с энергетической отраслью, обладает потенциалом системности, чего пока так не достаёт современным российско-иранским отношениям. Сегодня Иран крайне заинтересован в поставках современных российских вооружений, в налаживании собственного производства, подготовке специалистов для своих вооруженных сил.

К настоящему времени, «разморожен» вопрос по ракетному комплексу С-300 для нужд иранской армии. По оценкам Центра анализа мировой торговли оружием, потери России от сворачивания ВТС с Ираном составили $11–13 млрд. Как известно, еще 22 сентября 2010 года президент Дмитрий Медведев запретил передачу Ирану комплексов С-300, а также других вооружений[17]. Соответствующий указ был подписан в рамках соблюдения резолюции СБ ООН от 9 июня, включающей в себя оружейное эмбарго Ирана.

Ассортимент военных поставок в Иран постоянно расширяется. В частности, ведутся переговоры о закупках иранской стороной военных самолетов, танков, морских судов и др. Тегеран проявляет особый интерес к получению российских лицензий на производство военной продукции в ИРИ. Так, в частности, Тегеран готов учредить с РФ совместное предприятие по производству вертолетов. Сейчас холдинг «Вертолеты России» (входит в «Ростех») ведет переговоры о поставке в Иран многоцелевых вертолетов «Ансат» и Ка-226Т[18].

Торгово-экономические перспективы

Активизация торгово-экономического сотрудничества двух стран шла по мере налаживания ми углубления военно-политического сотрудничества между двумя странами, усиления их взаимодействия в деле урегулирования сирийского кризиса. В настоящее время стороны крайне не удовлетворены нынешним уровнем товарооборота, который находится на уровне всего нескольких миллиардов долларов, и стремятся его увеличить в несколько раз, как минимум до 10 млрд, а также существенно расширить номенклатуру экспорта и импорта. Доля Ирана во внешнеторговом обороте России составляет около 0,2%, а доля РФ во внешней торговле Ирана — 1,1%, и эти цифр колеблются, плюс-минус 0.5 процентного пункта, с начала 2000-х гг.

Вместе с тем, надо иметь ввиду, что современный рынок Ирана является сформировавшимся и достаточно конкурентоспособным. По оценкам российских маркетологов, если компании не удалось реализовать свой потенциал в России, создать положительный имидж и узнаваемый бренд, маловероятно, что компания сможет добиться успехов на рынке Ирана[19]. Компаниям, выходящим на рынок Ирана, следует понимать, что на целевом рынке уже широко представлена продукция стран импортеров иранской нефти. Как правило, распространение получила продукция китайских, японских, южнокорейских и европейских производителей. Импорт данной продукции осуществляется реэкспортом из ОАЭ, либо напрямую из стран производителей. За свою долю иранского рынка придется вести конкурентную борьбу в иной культурной и языковой среде. В клановом иранском обществе, чиновники принимают решения, как на основании заключений экспертов, так и с согласованием лоббистов местной промышленности в лице многочисленных союзов и объединений. В ближайшем окружении любого должностного лица присутствуют представители иных политических и экономических групп и кланов, лоббирующих интересы, как местных производителей, так и зарубежных импортеров[20].

До самого последнего времени иранский экспорт в Россию составляли: овощи и некоторые съедобные корнеплоды и клубнеплоды (39%); съедобные фрукты и орехи (31%), соль; сера; земли и камень; штукатурные материалы, известь и цемент (6%), пластмассы и изделия из них (5%); продукты переработки овощей, фруктов, орехов или прочих частей растений (4%); фармацевтическая продукция (2%); органические химические соединения (2%); руды, шлак и зола (2%); кофе, чай, мате, или парагвайский чай, и пряности (1%); средства наземного транспорта, кроме железнодорожного или трамвайного подвижного состава, их части и принадлежности (1%) и др.[21]. Основная доля российского экспорта в Иран приходится на злаки; черные металлы; древесина и изделия из нее; древесный уголь; реакторы ядерные, котлы, оборудование и механические устройства; жиры и масла животного или растительного происхождения и продукты их расщепления; бумага и картон; изделия из бумажной массы, бумаги или картона; электрические машины и оборудование, их части; продукты неорганической химии (2%), печатные книги, газеты, репродукции и другие изделия полиграфической промышленности; топливо минеральное, нефть и продукты их перегонки; битуминозные вещества; воски минеральные; масса из древесины или из других волокнистых целлюлозных материалов.

Между тем, для российской стороны иранский рынок важен тем, что, в отличие от многих других стран, туда шли и продолжают идти не энергоресурсы, а промышленные товары, продукция с высокой добавленной стоимостью. Сегодня страны принимают большие усилия, чтобы изменить к лучшему положение дел в торгово-экономической сфере. Активно действует постоянная межправительственной комиссия России и Ирана. Она способствует развитию торгово-экономические отношения двух стран, продвижению интересов российского и иранского бизнеса. Международное взаимодействие по линии торгпредств, торгово-промышленных палат двух стран, российско-иранского и ирано-российского деловых советов.

В последние годы регулярными стали встречи российских и иранских предпринимателей. На международном бизнес–форуме, приуроченному к XIII заседанию постоянной межправительственной комиссии двух стран по торгово-экономическому сотрудничеству, в декабре 2016 года речь шла о развитии торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества, поддержке бизнеса на государственном уровне, укреплении промышленно-технических связей, взаимодействии в сфере энергетики, сельского хозяйства, финансовом и банковском секторах. Россия и Иран подписали дорожную карту по сотрудничеству в области торговли и промышленности до 2020 г.

Пятилетняя «дорожная карта» России с Ираном по развитию промышленности предполагает реализацию более 70 проектов в области машиностроения и поставок высокотехнологичной техники. По оценкам специалистов, этот документ содержащий проекты, востребованные реальным сектором экономики и вызывающие значительный интерес со стороны российских и иранских компаний, должен стать эффективным инструментом реализации приоритетных планов индустриального двустороннего сотрудничества с Ираном. В целях упрощения взаимных расчетов между субъектами торгово-экономического сотрудничества Россия и Иран планируется создать совместный банковский комитет.

Действует меморандум о совместной работе в области нефти и энергетики. В соответствии с межправительственными соглашениями Москва предоставит экспортные кредиты в размере 2.2. млрд евро на строительство ТЭС в Бендер-Аббасе на 1400 МВт и электрификацию участка железной дороги Гарма—Инче Бурун (495 км). Как известно, в Иране на площадке «Бушер» уже работает один атомный российский реактор, который вступил в строй в 2011 году. Реализация проекта «Бушер-2» займёт 10 лет. Запуск второго блока запланирован на октябрь 2024-го, третий блок будет запущен в апреле 2026 года. Генеральный подрядчик по проекту «Бушер-2» — АО «АCЭ».

Иран и Россия, на уровне Национальной организацией стандарта ИРИ и Федерального агентства по техническому регулированию метрологии РФ, наметили организовать и упростить сотрудничество области стандартизации и метрологии, обмене научной и технической информацией. В области информационных технологий предварительные договоренности затрагивают сотрудничество в области функционирования поисковых систем, прокладки волоконно-оптических линий, а также в сфере аппаратных средств. Завершены переговоры сторон относительно спутников дистанционного зондирования[22].

По оценкам экспертов и, в частности, Георгия Петрова, советника президента ТПП РФ, Россия может частично удовлетворить технологические потребности Ирана в сфере развития ядерной энергетики, нефтегазовой отрасли, машиностроение, а также помочь в привлечении инвестиций. В данном контексте Россия и Иран обсуждают программу «нефть в обмен на товары и услуги»[23]. Ее реализация позволит иранской стороне расширить географию поставок нефти, а российским хозяйствующим субъектам - помогла бы нарастить, в частности, экспорт промышленного оборудования для нефтегазового сектора, поставок в страну железнодорожного транспорта, наряду с автобусами, грузовиками, пассажирскими самолётами. По некоторым данным, половину стоимости нефти из Ирана планируется оплачивать деньгами, а половину — товарами.

В ходе визита в Москву главы Ирана Хасана Рухани, речь будет идти также о представлении преференций российской стороне в развитии нефтегазовой сферы. Речь идет о более активном участии не только Лукойла, но и Газпрома, Роснефти, Татнефти, Росгеологии, Росзарубежнефти и других компаний в разработке, добыче и транспортировки иранской нефти. Взамен, иранцы рассчитывают на получение доступа к российским газотранспортным системам.

Существенные перспективы для развития российско-иранских торгово-экономических отношений, а также стран Центральной Азии и Кавказа сулит строительство судоходного канала. Он, в рамках развития транспортного коридора «Север-Юг», соединит Каспийское море (Хазарское море – иранск.) и Персидского залива. Одновременно немалые возможности возникают в связи с началом реализации «Экономического пояса Шёлкового пути», который Китай планирует запустить через Иран[24]. Его южный маршрут может быть сопряжен с проектом «Север-Юг». В рамках развития этого транспортного коридора представители РЖД, иранских и азербайджанских железных уже договорились о 50%-м снижении тарифов на перевозки. В связи с этим интересны планы расширения трансграничного сотрудничества с участием России, Ирана и Армении. Как известно, Россия и Армения создают особую экономическую зону (ОЭЗ), которая начнет функционировать на границе с Ираном для наращивания товарооборота в рамках Евразийского экономического союза. Как считаю специалисты, если ОЭЗ откроется, это будет беспрецедентный проект на всём постсоветском пространстве. По двум причинам: во-первых, бизнес в зоне планируется освободить от уплаты НДС, налога на прибыль, а также - имущество. Вторая особенность ОЭЗ на армянской территории в том, что Сюникская область, где она создаётся, граничит с ИРИ, на иранской территории уже действует свободная экономическая зона «Арас»[25].

Сближение Ирана и России в последние годы, их совместная успешная военная деятельность в Сирии – это еще одна причина, по которой США и их ближайшие союзники по блоку НАТО подвергают ИРИ политико-дипломатическим, финансово-экономическим и информационным нападкам. Поэтому Запад, наряду с заигрыванием с ИРИ, продолжает оказывать давление на Тегеран, в основном сохраняет режим антииранских санкций. Однако, за годы экономической блокады иранцы подняли свой внутренний рынок, существенно развили производительную не сырьевую экономику, укрепили позиции национального бизнеса. И что еще важно – на фоне этих санкций в Иране мобилизовали духовное состояние своего народа. В результате они от санкций особо не пострадали. В этой связи для России крайне важен иранский опыт преодоления западных политических и экономических санкций, которые продолжают иметь место.

Социально-культурная сфера

По оценкам российских и иранских специалистов, активизация сотрудничества ИРИ и РФ в социокультурной сфере является важной предпосылкой развития двухсторонних отношений во всех других сфера взаимодействия двух стран. До самого последнего времени именно здесь происходило торможение российско-иранских процессов. С одной стороны в России по-прежнему сильны позиции «финансово-экономических сил» во власти, которые тесно связаны с Западом, сохраняющим режим санкций против Тегерана. С другой стороны в Иране сохраняются недоверие и антироссийские предубеждения, связанные с коммунистическим прошлым страны.

Кроме того, объективно существенно различаются социокультурные уклады жизни в ИРИ и РФ, что не позволяет быстро снять целый ряд взаимных претензий, недоверия и острых противоречий. В Иране господствуют традиционный уклад, исламские идеалы и ценности, налицо исламизация политики и политизация ислама. В тоже время в России продолжают сохраняться и иметь сильное влияние на государство и общество так называемые либерально-демократические ценности и приоритеты западного потребительского общества, привнесенные в Россию в последние десятилетия извне. В восприятии иранской стороной они остаются по сути антирелигиозными, а потому мало отличаются от прежних коммунистических идеалов.

Кроме того, в отличие от России, где в информационном пространстве страны все еще сильны чужеродные взгляды, оценки мнения и позиции западного заидеологизированного «мейнстрима» (информационное течение – авт. С.Н.), то в ИРИ все обстоит иначе. Иранцы обладают значительным информационным суверенитетом, вооружены традиционного происхождения государственно-религиозной идеологией, проводят эффективную информационную политику, добились консолидации государственных и неправительственных информационных ресурсов, строго контролируют и пресекают враждебную пропаганду, осуществляют собственное вещание на зарубежные страны.

В данном контексте важнейшим направлением сближения позиций сторон может стать взаимопроникновение культур, поиск путей преодоления взаимных разногласий противоречий и недоверия. И здесь, страны имеют немалый потенциал расширения социокультурных связей. Прежде всего, речь может идти о налаживании регулярного и долгосрочного межрелигиозного диалога, как по линии наращивания контактов представителей шиитского духовенства и обществ с российскими исламскими институтами, так и Русской православной церковью. По оценкам признанию иранских специалистов, православное и шиитское вероучения во много сближают их особое место в мировых религия, соответственно, христианстве и исламе, заимствование и воспроизводство в религиозной догматике и ритуалах прежних национальных традиций и обычаев народов, особое отношение по вопросам мироустройства в современную эпоху.

Как известно нынешний Патриарх всея Руси Кирилл, будучи еще митрополитом Смоленским и Калининградским, в 1995 году побывал в Иране. Его визит был связан с посещением Свято-Николаевского собора в Тегеране, находившегося с момента основания в 1945 году в ведении Русской Зарубежной Церкви, а затем перешедший под юрисдикцию Московского Патриархата. В конце 2010 г. вниманию иранских властей был предложен документ «Основы социальной концепции Русской православной церкви». В СМИ отмечали, что представители иранской стороны не раз отмечали сходство подходов РПЦ и исламских лидеров Ирана ко многим вопросам современности[26].

В настоящее время, по признанию иранских специалистов, православное и шиитское вероучения во много сближают их особое место в мировых религия, соответственно, христианстве и исламе, заимствование и воспроизводство в религиозной догматике и ритуалах прежних национальных традиций и обычаев народов, особое отношение по вопросам мироустройства в современную эпоху. В России также видят немалый потенциал религиозного сотрудничества с участие РПЦ и мусульман двух стран в налаживании двухсторонних связей, сотрудничества в деле урегулирования конфликтных ситуаций, обеспечении диалога церквей в мире, борьбе с международным терроризмом.

Немалый вклад в развитие социокультурных связей могли бы внести представители предпринимательского сообщества двух стран, которые во многом являются носителями своих культур. Как и в России, в Иране предпринимателей, наряду с религиозными деятелями и военнослужащими, рассматривают в качестве одного из столпов традиционного общества, основой стабильного и устойчивого развития страны. Поэтому активизация торгово-экономических отношений позволит обеспечить желаемое взаимопроникновение культур.

Однако, по мнению иранской стороны, сегодня этого уже недостаточно. Чтобы выйти на новый уровень межгосударственных и неправительственных отношений двух стран целесообразно выстроить стратегию культурного и информационного взаимного обогащения наших народов, обмена социокультурным опытом, гуманитарного сотрудничества на государственном и неправительственном уровне. Наряду с регулярными деловыми контактами и бизнес-форумами, в постоянную практику должны войти научные и религиозно-философские дискуссии, обмен достижениям в области искусства, литературы и кинематографа, информационных технологий, образования, здравоохранения. Необходимо активнее использовать возможности туризма, стимулировать свободное передвижение трудовых ресурсов, товаров и услуг.

В целом, в современных российско-иранских отношениях требуется последовательная работа, практически в каждодневном режиме, на всех уровнях межгосударственного общения и при крайне важном участии общественных структур двух стран. Необходимы запуск и эффективная реализация совместных проектов с акцентом на сферы, которые Иран обозначил для себя приоритетными, и где партнёрство с Россией носит для него во многом безальтернативный характер. России крайне важно быстрее освободиться от пагубного внешнего влияния и заидеологизированных предрассудков в отношениях с такой важной мусульманской страной, какой сегодня является Исламская республика Иран. Пришло время строить российскую внешнюю политику с иранской стороной на взаимовыгодной основе, исключительно с учетом своих национальных интересов. Активное взаимодействие РФ и ИРИ в эпоху глобальных вызовов и угроз, жесткой конкуренции на мировых рынках товаров и услуг сулит немалые выгоды нашим государствам и народам, будет способствовать укреплению стабильности в мире и, прежде всего, на материке Евразия.

 

Небренчин Сергей

 

[1] Подробнее см.: Википедия. // https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%98%D1%80%D0%B0%D0%BD

[2] См.: Небренчин С.М. Иран в Евразийской политике России. // «Вестник МГЛУ». 2013. - С.148.

[3]См.: Интернет по всему миру: Иран, Ирак, Саудовская Аравия. // https://geektimes.ru/company/mailru/blog/285580/

[4] См.: Нефть и газ Ирана. //https://utmagazine.ru/posts/8539-neft-i-gaz-irana

[5] Армия Ирана способна нейтрализовать любую неядерную угрозу. // Армейский вестник. http://army-news.ru/2016/03/armiya-irana-sposobna-nejtralizovat-lyubuyu-neyadernuyu-ugrozu/

[6] Подробнее см.: Иран 2016. Бизнес справочник. //www.iranterra.ru | Терра когнита |

[7] Зоны дискомфорта: перемирие или раздел Сирии на сферы влияния? //http://csef.ru/ru/oborona-i-bezopasnost/509/zony-diskomforta-peremirie-ili-razdel-sirii-na-sfery-vliyaniya-7349

[8] См.: Карты на крови: «Великий дьявол» поддерживает «Вилаят аль-факих» с целью его продвижения к Средиземному морю. //http://inosmi.ru/politic/20170313/238865190.html

[9] Русские не могут полностью принять иранцев из-за их лояльного отношения к США.

[10] Россия обозначает цену своей политической поддержки. //http://csef.ru/ru/politica-i-geopolitica/484/rossiya-oboznachaet-iranu-czenu-svoej-politicheskoj-podderzhki-7453

[11] Коц А. США строят «Великий Курдистан»?//КП.27.0.2017

[12] В Астрахани обсудят инновационные возможности Каспийского региона. // КП. 22.03.2017.-С.7.

[13] Международный Каспийский технологический форум. //http://caspy-forum2016.astrobl.ru/

[14] Каспий — Персидский залив: Иран и Россия создают альтернативу турецким проливам. //

http://www.putin-today.ru/archives/24212

[15]Немтырев М. Шиитские военизированные формирования в сирийской войне: иранский фактор. //http://csef.ru/ru/oborona-i-bezopasnost/509/shiitskie-voenizirovannye-formirovaniya-v-sirijskoj-vojne-iranskij-faktor-7201

[16] См.: http://kommersant.ru/doc/3254056Ось Россия-Иран. // inosmi.ru/politic/20160919/237876822.html

[17] Вооенно-техническое сотрудничество России и Ирана. //

[18] Подробнее см.: О чем договорились Россия и Иран на межправкомиссии в Тегеране. // http: //www.iran.ru /news/analytics/103850/O_chem_dogovorilis_Rossiya_i_Iran_na_Mezhpravkomissii_v_Tegerane

[19] См.: Иран 2016. Бизнес справочник. //www.iranterra.ru | Терра когнита |

[20] См.: там же.

[21] Торговый оборот между Россией и Ираном за 2015 год. //http://www.rusexporter.ru/research/country/detail/4239/

[22] Там же.

[23] Россия-Иран: экономическая перезагрузка. //http://www.vestifinance.ru/articles/82565

[24] Там же.

[25]См.: Рустем Фаляхов, Россию и Иран сблизит армянская зона, https://www.gazeta.ru, 16.03.2017. 

[26] См.: Православие в Иране. Википедия. // https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BE%D1%81%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D0%B8%D0%B5_%D0%B2_%D0%98%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B5

 


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Политика и геополитика
Возрастное ограничение