Центр стратегических оценок и прогнозов

Автономная некоммерческая организация

Главная / Политика и геополитика / Революции XXI века: ненасильственные методы / Статьи
«Мягкая сила Японии» в странах Центральной Азии
Материал разместил: АдминистраторДата публикации: 30-01-2014

В современных международных отношениях мягкая сила является важной составляющей успешной внешней политики. Понятие «мягкая сила», введенное в научный оборот профессором Гарвардского университета Дж. Наем в 1990 г., подразумевает способность достичь поставленной цели путем воздействия на поведение других акторов не через принуждение, а через сотрудничество и убеждение.

Мягкая сила государства состоит в его привлекательности, которая, прежде всего, основывается на трех видах ресурсов: культуре (насколько она является привлекательной для остальных), политических ценностях (в той мере насколько государство соответствует им), а также на внешней политике (когда она является легитимной и основана на моральном авторитете).

Япония как страна, отказавшаяся от применения военной силы в решении международных споров, а также редко прибегающая к экономическим методам принуждения (санкциям), естественным образом опирается на мягкую силу. Потенциал ее мягкой силы включает в себя традиционную и современную культуру, модель ведения бизнеса, инновации и другие аспекты.

Традиционно регионом, на который направлены главные ресурсы мягкой силы, является Восточная Азия. В то же время и в Центральной Азии мягкая сила является неотъемлемой частью общей внешнеполитической стратегии Японии.

В чем состоят особенности внешней политики Японии в Центральной Азии? Во-первых, это сравнительно недолгая история развития дипломатических связей. Отношения с молодыми центральноазиатскими республиками были установлены в начале 1990-х гг. За довольно недолгий промежуток времени Япония поставила целью закрепиться в регионе, и достигла в этом определенных результатов. Во-вторых, Япония изначально подчеркивала общую азиатскую идентичность с этими странами. Культурная и расовая схожесть и, как результат, особая эмоциональная близость стали неотъемлемой частью официальной риторики. В-третьих, в отличие от Восточной Азии, в этом регионе репутация Японии не омрачена опытом военной агрессии. Более того, некоторые ученые даже говорят о «теплых воспоминаниях стран региона, связанных с победой Японии над Россией в 1905 гг.» Жители Центральной Азии помнят о десятках тысяч японских военнопленных, находившихся на территории Казахстана, Узбекистана, Таджикистана после второй мировой войны. До сих пор сохранились здания, возведенные их руками, например, Центральный телеграф и Министерство культуры в Ташкенте, Академия наук в Алмате, Фархадская ГЭС в Таджикистане.

Интерес Японии к Центральной Азии существовал давно. Первым японцем, побывавшим в регионе, считают японского дипломата Ниси Токудзиро. В 1880 г. он совершил путешествие по российскому Туркестану, а в 1886 г. выпустил книгу «Описание Центральной Азии». Центральная Азия привлекала внимание не только как регион, где разворачивалась Большая игра между Россией и Великобританией, но и как источник неразведанных культурных богатств. В этой связи особенно следует отметить предпринятые в период между 1902 г. и 1914 г. три миссии, которые организовал граф Отани Кодзуи (1876-1948), 22-й настоятель монастыря Ниси Хонгандзи в Киото. Миссии внесли значимый вклад в дело изучения культурно-религиозного наследия Великого Шелкового Пути, сегодня коллекция Отани разделена между музеями в Киото и Токио, часть ее находится в Китае и Корее.

Обнаружение в советские времена буддийских руин Аджинатепа (на юге Таджикистана, 1960-е гг), Каратепа, вблизи г.Термез, Дальварзинтепа на юге Узбекистана способствовало росту интереса к региону, который достиг пика после трансляции телекомпанией Эн-Эйч-Кей многосерийного документального кинофильма «Великий Шелковый Путь» в 1980-х гг. Уже в конце 1980-начале 1990-х японские исследователи начали участвовать в совместных археологических экспедициях в регион.

Именно культурно-историческое значение Центральной Азии как пути, по которому буддизм пришел в Японию, легло в основу первых инициатив в регионе. По словам одного из разработчиков японской дипломатии на этом направлении Т.Хиросэ, первоначально Токио подчеркивал «микрокосмический характер» региона и его значение для человечества. С выдвижением Евразийской дипломатии больший акцент был сделан на исторические и культурные связи с Японией, что стало мотивом развития Дипломатии Шелкового пути после 1997 г. Неслучайно, выступая с речью, провозгласившей начало Евразийской дипломатии, бывший премьер-министр Р.Хасимото особенно подчеркивал «глубоко коренящуюся в Японии ностальгию по отношению к региону, идущую от славных времен Шелкового Пути».

Усилия по сохранению исторического и культурного наследия Центральной Азии, исходя из ее значения для развития мировой цивилизации, стали важной задачей Японии как государства, стремящегося играть видную роль в международном культурном сотрудничестве. Более того, некоторые усматривали в этом ее моральное обязательство по отношению к региону: поскольку Япония многое приобрела благодаря Великому Шелковому Пути, сегодня, достигнув высокого уровня развития и благосостояния, она должна «вернуть долг» Центральной Азии. Таким образом, историко-культурная общность стала элементом мягкой силы в отношениях со странами региона.

Опираясь на эту общность, Япония стремится развивать наиболее привлекательные аспекты своего имиджа. Одной из его составляющих долгое время позиционировалась послевоенная модель развития. Бывший министр иностранных дел Т.Асо резюмировал ее сущность как «мир и счастье через экономическое процветание и демократию».

Для государств Центральной Азии, находившихся перед выбором пути экономического развития и имевших традиции плановой экономики социалистического типа, японский вариант, предусматривающий доминирующую роль государства в экономике, безусловно, представлял интерес. В свою очередь Токио неоднократно подчеркивал преимущества плавного перехода к рыночной экономике, противопоставляя «японско-восточноазиатскую модель» «англо-саксонской». Из Японии были направлены эксперты, организованы курсы в сфере экономики и бизнес-управления, с тем, чтобы передать японский опыт.

Тема демократии постоянно присутствует в повестке дня отношений Японии и Центральной Азии, особенно активно ее продвигал Т.Асо, проводивший «дипломатию ценностей» в отношении «Дуги свободы и процветания», включающей Центральную Азию. Он считал, что Япония может играть важную роль в государственном строительстве и продвижении демократии, мира и свободы, прав человека, верховенства закона и рыночной экономики в регионе.

Представляется, что это может рассматриваться как элемент японской мягкой силы в регионе, поскольку японский подход к процессу демократизации в корне отличается от западного. Япония выступает за «демократию через развитие», считая, что подъем экономического благосостояния повлечет за собой улучшение ситуации с демократией и правами человека. Отчасти такой подход связывают с тем, что и в самой Японии демократия была привнесена извне в процессе послевоенного реформирования политической системы. Таким образом, продвигая идеи демократии в Центральной Азии, Япония выступает носителем западных ценностей с восточной спецификой, что гораздо более импонирует местным режимам, чем жесткий подход Европы и США.

Помимо модели экономического развития привлекательность Японии заключается в ее статусе лидера в сфере инновационного развития. И Япония, и страны региона неоднократно подчеркивали, что японские технологии и природные ресурсы Центральной Азии дополняют друг друга. Центр информационных технологий действует в Кыргызстане, идет обсуждение перспектив создания центра высоких технологий в Туркменистане. Лидеры государств Центральной Азии проявляют интерес к японским инновациям, а население считает Японию желательным партнером с точки зрения научно-технического сотрудничества (например, так ответили 47% респондентов в Казахстане и 45% в Узбекистане).

С этим связан и имидж Японии как государства, придающего особое значение вопросам окружающей среды. Токио активно участвует в проектах по спасению Аральского моря, а также по устранению радиоактивного загрязнения в районе Семипалатинска. Международная деятельность в сфере борьбы с изменением климата, развитые «зеленые технологии», налаженное безотходное производство – все это не только отражает опыт Японии, в свое время столкнувшейся с серьезными экологическими проблемами, но и основывается на традиционным японском понятии бережливости (моттайнай). В последнее время она делает акцент на продвижении технологий энергосбережения и использования возобновляемых источников энергии, что вызывает интерес в Центральной Азии.

Одним из наиболее успешных и наглядных примеров использования Японией инструментария мягкой силы является официальная помощь развитию. Еще в начале 1990-х гг. Япония заявила, что «как азиатская страна будет оказывать значительную помощь бывшим советским государствам Азии». Япония долгое время оставалась крупнейшим донором ОПР в регионе, при этом подчеркивая, что помощь носит бескорыстный характер, что Токио не стремится получить доступ к природным богатствам региона и настроен прежде всего на формирование долгосрочных дружеских связей со странами Центральной Азии.

Одним из направлений оказания помощи является содействие в решении проблем, относящихся к сфере безопасности человека. Они включают в себя борьбу с бедностью, предотвращение стихийных бедствий, улучшение уровня медицинского обслуживания и здравоохранения и т.д. Так, например, опираясь на свой опыт единственной страны, испытавшей атомные бомбардировки, Япония взяла на себя инициативу по проведению конференции по Семипалатинску в 1999 г. и предоставила помощь в сфере медобслуживания жителям этого района. Большое внимание Токио уделяет проектам в сфере образования, помощи в развитии сельского хозяйства и др. Благодаря этим усилиям в Центральной Азии прочно закрепился имидж Японии как провайдера невоенной безопасности.

Важным инструментом проецирования мягкой силы является культурная и публичная дипломатии. В Японии эти два понятия тесно связаны, в материалах МИД они обозначены как публично-культурная дипломатия (кохо бунка гайко). По наблюдению профессора С.Кондо, японцы по своему характеру склонны представлять свою систему ценностей, которая является ресурсом мягкой силы, скорее опосредованно, через артистическое самовыражение или творчество, чем напрямую в форме слов и идей. Поэтому культурная дипломатия имеет особое значение для понимания политики мягкой силы Японии.

Основные направления культурной дипломатии включают распространение информации о Японии, ознакомление с традиционной и современной культурой, меры по популяризации японского языка, организацию людских обменов, а также сотрудничество с международными организациями в области культуры.

Культурная дипломатия, безусловно, играет ключевую роль в сближении Японии и государств Центральной Азии, улучшении взаимопонимания, поддержании эмоциональной близости. Речь идет как об огромном пласте традиционной культуры, так и об активном продвижении современной молодежной культуры. В Центральной Азии регулярно проводятся мероприятия, посвященные Японии, причем не только в столицах, но и охватывают широкую географию стран.

Особое внимание японское правительство уделяет образовательным программам, направленным как на молодежь, так и на специалистов. Действуют англоязычные программы для студентов, стажеров-исследователей, стажировки для преподавателей, программа «молодые лидеры», предназначенная для государственных служащих, работников в сфере здравоохранения, промышленных кругов, юриспруденции и т.д., подающих надежды в качестве будущих лидеров азиатских стран, программы магистратуры в японских вузах.

Одновременно развиваются межуниверситетские связи. Например, японские университеты Хосэй, Васэда, Цукуба и другие реализуют программы студенческих обменов с ведущими учебными заведениями региона. В университете Цукуба с сентября 2006 г. действует Международный Центр Средней Азии, где занимаются совместными исследованиями и разработками в области преподавания.

Запуск диалога «Центральная Азия плюс Япония» в 2004 г. способствовал формированию единого подхода к культурному взаимодействию со странами региона. Во-первых, культурные и гуманитарные обмены выделены в самостоятельное направление. Во-вторых, в 2004 г. министр иностранных дел Й.Кавагути объявила о планах Японии принять в течение 3 лет 1000 стажеров из Центральной Азии. Используя образовательные программы, Токио работает с молодежью из центральноазиатских стран, формирует новое поколение политической и деловой элиты, знакомое со Страной восходящего солнца, готовое и желающее с ней сотрудничать.

Представляется, что и запуск Интеллектуального диалога в рамках инициативы «Центральная Азия плюс Япония» можно рассматривать как одно из проявлений политики мягкой силы. С помощью этого диалога Япония вовлекает в работу экспертов, то есть лиц, имеющих влияние на формирование общественного мнения. Таким образом, сочетая работу с молодежью и диалог с представителями элиты, Токио укрепляет мягкую силу в регионе.

Важным элементом этой работы являются меры по популяризации японского языка. Преподавание японского языка в университетах Центральной Азии имеет сравнительно недолгую историю. Впервые курс японского языка был набран в 1990 г. на восточном факультете Ташкентского государственного университета. В 1991 г. преподавание японского языка началось в Кыргызстане, а в 1992 г. - в Казахстане. В трех государствах Центральной Азии — Казахстане, Узбекистане и Кыргызстане проводятся экзамены по японскому языку (норёку сикэн). С 1997 г. в этих странах ежегодно проводится конкурс японского языка среди студентов из Центральной Азии. В Таджикистане и Туркменистане знакомство с японским языком началось сравнительно недавно.

С помощью комплекса мероприятий, связанных с японским языком, а также благодаря поддержке ассоциаций преподавателей японского языка и других подобных объединений формируется и поддерживается сеть общения, определенное сообщество, связанное интересом к Японии и японскому языку.

За первые годы преподавания японского языка в странах Центральной Азии его популярность значительно выросла, однако сегодня наблюдается тенденция к уменьшению числа студентов и учебных заведений, где изучается язык. Так, по данным на 2009 г. преподавание японского языка в Центральной Азии составляло всего лишь около 0.3% от общего числа от всех учебных заведений в мире, где преподается этот язык. По этому показателю Центральная Азия находится на предпоследнем месте, перед Северной Африкой. На 2009. г студенты японского языка в Центральной Азии составляли 0.1% изучающих японский язык в мире. Растет число студентов, выбирающих в качестве второго иностранного языка в ВУЗе китайский язык, в том числе переходящих с японского языка на китайский в процессе обучения и изучение японского языка как хобби.

Осуществление политики мягкой силы в основном происходит через посольства, а также совместные центры развития человеческих ресурсов, учрежденные соглашениями между правительствами центральноазиатских стран и Японским агентством международного сотрудничества (ЯАМС), также известные как Японские центры.

Первые посольства Японии в Центральной Азии открылись в Казахстане и Узбекистане в январе 1993 г., Таджикистане – в январе 2002 г., в Кыргызстане – в январе 2003 г, в январе 2005 г – в Туркменистане. Посольства участвуют в информационно-просветительской работе, а также в реализации учебных и культурных программ Японского фонда.

Совместные центры развития человеческих ресурсов с начала 2000-х гг. функционируют в Кыргызстане, Узбекистане и Казахстане. Их основные мероприятия включают в себя бизнес - курсы, обучение японскому языку, компьютерные классы, содействие информационному и культурному обмену. Центры играют важную роль в распространении японского языка. Если ранее японский изучался в основном в государственных учреждениях, то с открытием центров язык стал доступен всем желающим. Кроме того, центры оказывают поддержку преподавателям языка и учебным заведениям - проводят курсы для преподавателей, предоставляют учебные материалы. В них проходят мероприятия, связанные с языком, например, конкурсы, тематические встречи, лекции, а также проводятся экзамены для стажировок в Японии. В Туркменистане и Таджикистане подобные центры отсутствуют.

В то же время особенностью мягкой силы является то, что она не может быть сведена только к государственной политике, напротив, в ней играют видную роль негосударственные акторы. В этой связи стоит отметить, что на первом этапе становления связей между Японией и Центральной Азией большое значение имел личностный фактор. Речь идет как о высокопоставленных чиновниках, отстаивающих укрепление связей с конкретными странами, так и о деятелях культуры (известный художник Хираяма Икуо, один из соавторов идеи создания культурно-просветительского центра «Международный караван-сарай культуры» в Узбекистане), а также о рядовых гражданах, внесших существенный вклад в укрепление связей (инженер Осаки Сигэкацу, на собственные средства основавший в Узбекистане школу японского языка Норико гаккю). Деятельность этих людей можно рассматривать как проявление мягкой силы, поскольку они внесли личный вклад в формирование благоприятного отношения к своей стране среди жителей Центральной Азии.

За годы, прошедшие со времени установления дипломатических отношений, Япония наработала значительный потенциал мягкой силы в Центральной Азии. Популярность японской культуры и спорта, успешная деятельность центров развития человеческих ресурсов, активные гуманитарные обмены свидетельствуют об интересе жителей региона к Стране восходящего солнца. Имидж Японии как технологически развитой страны, лидера в решении глобальных проблем, модели экономического и демократического развития импонирует странам Центральной Азии.

В то же время, в силу особенностей политики мягкой силы, нацеленной на долгосрочную перспективу и скорее на формирование благоприятной среды, чем на достижение конкретных результатов, ее эффективность измерить достаточно сложно. Опросы общественного мнения, популярность японских центров и культурных мероприятий не дают четкой картины, позволяющей говорить о влиянии Японии в регионе. Кроме того, мягкая сила наиболее эффективна, когда она подкреплена другими факторами взаимной заинтересованности, например, экономической, и она должна рассматриваться в комплексе с другими составляющими дипломатии. Можно предположить, что японская мягкая сила в регионе будет сталкиваться с новыми вызовами, обусловленными активной культурной дипломатией Китая, а также растущим присутствием Южной Кореи.

Ольга Добринская


Источник: http://analitika.org/international-affairs/geo/2637-myagkaya-sila-yaponii-v-stranah-centralnoy-azii.html


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: Политика и геополитика
Возрастное ограничение